쿺

Настоящий Ингушский Форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Форум » «За отказ говорить не могут сделать ничего»


«За отказ говорить не могут сделать ничего»

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Что нужно знать, если вас останавливает полиция

http://s2.uploads.ru/t/k50qW.jpg

На этой неделе в интернете обсуждали полицейскую проверку во время концерта «Пасош» в саратовском клубе. Посетители жаловались на задержания без оснований, кого-то «записали в журнал, отказавшись назвать причину». В конце лета СМИ облетели новости о внезапном рейде с задержаниями в московском клубе «Конструктор». В июле стало известно о ситуации, когда по требованию полиции мужчине пришлось полностью раздеться для досмотра прямо в метро. The Village решил узнать у адвоката и полицейского, как должна проходить процедура осмотра, почему любого могут без видимых причин остановить для проверки и что делать, если полицейский превысил свои полномочия.

Александр Васанов
адвокат национальной юридической фирмы «Инфралекс»

Для того чтобы просто проверить документы человека на улице, у полицейского должны быть основания: соответствие какой-то ориентировке, совершение административного правонарушения на глазах у полицейского либо сообщение третьего лица о том, что этот человек якобы совершил правонарушение. На практике же такие проверки часто проводятся без каких-либо оснований. Да, можно сказать, что это незаконно, но все отдается на откуп субъективному восприятию сотрудника, который всегда может сослаться на ориентировки: якобы человек показался похожим на подозреваемого в преступлении, даже если это совсем не так.

Если гражданин намерен отстаивать свои права, то, безусловно, он может требовать от сотрудника полиции соблюдения законной процедуры. Ссылатьcя при этом нужно на статью 27.7 Кодекса об административных правонарушениях. Досмотр проводится, во-первых, лицом того же пола, что и досматриваемый, во-вторых, с участием двух понятых того же пола, в-третьих, о произведенном досмотре должен составляться административный протокол. Если сотрудник полиции не соблюдает какое-то из этих правил, можно на месте брать телефон, звонить в «112» и сообщать о противоправных действиях. По телефону нужно назвать фамилию, имя, отчество и номер нагрудного жетона полицейского.

Но тут есть другой момент: требование соблюдения законной процедуры может закончиться значительными потерями времени. Ссылаясь на какие-то ориентировки, полицейские могут проводить человека в полицию и продержать там три часа. Конечно, человек может потом обращаться в вышестоящие органы с жалобами, но все равно время и нервы будут потеряны. Не исключены и случаи провокации со стороны сотрудников полиции, когда подбрасывают какие-то вещества или предметы.

На незаконные действия должностных лиц можно жаловаться в территориальный отдел полиции. Достаточно прийти в дежурную часть и написать заявление с просьбой найти такого-то сотрудника, затем можно написать жалобу в прокуратуру. Если впоследствии будет установлено, что факт нарушения прав задержанного был, то на полицейского могут завести уголовное дело либо применить дисциплинарное взыскание.

Когда всех заметают в клубе, «общая проверка» — это недостаточное основание, чтобы вас задержали. Нужно основание, что конкретное лицо причастно к совершению правонарушения. Поэтому, если сотрудник говорит: «Пройдите в отделение», — нужно поинтересоваться, зачем. В теории можно отказаться, но, как показывает практика, лучше не противодействовать: сотрудники полиции могут применить физическую силу, и потом будет крайне сложно доказать, что это было незаконно. Полицейский имеет право применять физическую силу, если имеется угроза причинения вреда гражданам.

Если человека задержали во время рейда в клубе и забрали для прохождения медицинского освидетельствования, то по закону он имеет право отказаться. За отказ может быть назначен штраф от 4 тысяч рублей или административный арест на срок до 15 суток. Точно такое же наказание и за потребление наркотических средств и психотропных веществ. То есть статья за административное правонарушение будет висеть в обоих случаях. Но если будет подтвержден факт употребления, то эта информация может попасть в служебные базы ФСБ, а это может негативно отразиться на дальнейшем трудоустройстве, например. Поэтому, наверное, лучше заплатить штраф, отказавшись от освидетельствования.

Адвоката можно требовать в любой момент, как только полицейский обратился к лицу с вопросом или требованием. Представитель правоохранительных органов обязан дать возможность вызвать адвоката


Адвоката можно требовать в любой момент, как только полицейский обратился к лицу с вопросом или требованием. Представитель правоохранительных органов обязан дать возможность вызвать адвоката. Поэтому нужно всегда иметь какой-то контакт, чтобы в неожиданной ситуации позвонить и проконсультироваться.

Если вы понимаете, что вы в слабой позиции, лучше отказываться от любых разговоров. Правда, если мы говорим об административном производстве, не об уголовном, у сотрудника полиции отсутствует обязанность ожидать адвоката. Поэтому, если вы отказываетесь сдать анализы без адвоката, ваши действия будут расценены как отказ от прохождения освидетельствования, а это административное наказание. Если речь не о наркотиках, а о какой-то ситуации, где человека требуют дать объяснения, то он может совершенно спокойно не отвечать, и полицейским ничего не останется, кроме как ожидать. За отказ говорить они не могут сделать ничего. Общий срок административного задержания не должен превышать трех часов.

Геннадий
сотрудник правоохранительных органов

Порядок личного досмотра регулирует Кодекс об административных правонарушениях: статья 27.1  — там перечисляются все правила; статья 27.7 — «личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице». Также «Закон о полиции» — статья 13 и статья 14.

Первое основание для осмотра — если сотруднику показалось, что человек подходит под ориентировки. Каждое утро на совещаниях до полиции доводят оперативную информацию о совершенных преступлениях за сутки или за неделю. Если сотрудник видит человека, который подходит по приметам, он может попросить документы, удостоверяющие личность. У гражданина чаще всего их с собой нет, тогда его должны проводить в ближайшее отделение. Перед посадкой в полицейскую машину в целях личной безопасности сотрудник должен сверху прощупать человека на случай наличия оружия, ножей — всего, чем можно причинить вред. Это называется визуальный осмотр гражданина.

Также полицейский может подойти, если его смущает внешнее состояние человека: психофизические признаки говорят, что у гражданина могут быть запрещенные предметы или вещества. Тогда сотрудник постовой службы вызывает следственно-оперативную группу территориального отделения, и оперуполномоченный обязан провести личный досмотр гражданина. Досмотр по правилам проходит в присутствии двух понятых — обязательно того же пола, что и досматриваемый. Перед этим досматриваемому лицу должны разъяснить его права и обязанности, в частности статью 51 Конституции.

Если у вас при себе ничего нет, а вы принимали наркотики, вы вправе также отказаться от медицинского осмотра


Если есть подозрение, что что-то спрятано в интимных местах, то человека ведут в досмотровую комнату. Вообще, лучше досматривать прямо на месте, но на практике чаще отправляют в отдел для полного досмотра. Это не есть хорошо: потом у прокурора возникают подозрения, что могли подкинуть наркотик, начинаются вопросы, почему на месте не изъяли, зачем в отдел доставляли.

Если во время личного досмотра у вас найдут наркотики, будет возбуждено уголовное дело либо административное дело (зависит от веса найденного вещества). А также материалы направят в подразделение психоневрологического диспансера, чтобы вас поставили на учет. Если у вас при себе ничего нет, а вы принимали наркотики, вы вправе также отказаться от медицинского осмотра, и ничего вам не будет.

По закону задерживать для выяснения личности могут не свыше трех часов. Но допустим, что человека задержали, изъяли наркотики, доставили в отдел и посадили в клетку. Изъятый наркотик направляется на исследование, которое обычно делается долго. Следовательно, в течение трех часов невозможно принять процессуальное решение — не знаем, что возбуждать, по какой части. Поэтому, бывает, человек сидит больше трех часов — формально, конечно, нарушение, но если он посидит пять часов и против него возбудят уголовное дело по статье за хранение наркотиков, я думаю, вряд ли его выпустят и усмотрят в этом нарушение закона. В противном случае в отношении того, кто выпустил преступника в течение трех часов, можно будет возбуждать дело о халатности или превышении должностных полномочий.

Жаловаться на полицию за превышение полномочий можно в прокуратуру. В отношении органов внутренних дел подается иск. В судебном порядке вы можете требовать возместить сумму ущерба или выплату за утерю какой-то выгоды из-за задержания.

http://www.the-village.ru/village/city/ … top-police

0

2

Личный опыт: Как проверить документы у полицейского

Олеся Шмагун 23 апреля 2012 за актуальность статьи не отвечаю в любом случае нужно штудировать закон о полиции 192.168

http://s5.uploads.ru/t/ElCwh.jpg

Корреспондент The Village Олеся Шмагун приняла участие в акции «Проверь документы у полицейского» и убедилась, что персонификация делает общение с людьми в форме более интимным.

От меня убегал сотрудник полиции. Он в бронежилете, я в легком платье, у него пистолет в кобуре, у меня в руках — закон «О полиции» и печеньки. «Подождите, товарищ сержант!» — немного комично кричала я. Он озирался, на ходу затягиваясь сигаретой, и всё ускорял шаг. Наконец мой спутник Андрей Козенко догнал его: «Здравствуйте, могли бы вы представиться и показать документы?». Это не полицейский у нас, это мы у полицейского спрашивали документы. А всё дело в том, что в воскресенье в Москве прошла странная акция «Проверь документы у полицейского», которую организовал замдиректора российского отделения Transparency International Иван Ниненко.

ЗАКОН — ПОЛИЦИИ
По Федеральному закону «О полиции», принятому недавно и с большой помпой после «всенародного обсуждения», каждый сотрудник органов, несущий службу в общественном месте, обязан носить нагрудный знак с личным номером, чтобы можно было идентифицировать того, кто тебя задержал, арестовал, избил, обокрал, изнасиловал и что там еще бывает. Только вот вспомните всех полицейских, с которыми вам, не дай бог, конечно, приходилось общаться в последнее время, — есть ли у них подобный знак? Гражданские активисты решили отследить, как выполняется новый закон.

http://s2.uploads.ru/t/NAtW2.jpg

«Должностная инструкция» участников акции гласила, что к сотруднику полиции надо подойти, поздороваться и объяснить, что согласно федеральному закону они обязаны иметь нагрудный знак. Если такого знака на сотруднике не окажется, надо попросить его представиться, — отказаться от такого предложения он не сможет, так как тот же закон обязывает полицейского называть по просьбе любого гражданина свое имя, фамилию, должность и звание. Личные данные полицейского надо записать, а потом отправить жалобу в Прокуратуру на нарушение закона. Таким образом организаторы надеются подтолкнуть руководство МВД выдавать своим сотрудникам бейджи.

ПЕЧЕНЬКИ И ПЛОЩАДЬ ТРЕХ ВОКЗАЛОВ
Наш рейд начался на улице 1905 года, возле памятника героям революции. В торжественной обстановке специально обученный вежливый полковник полиции представился, назвал свое имя, фамилию и показал нагрудный бейдж. Он улыбался несколько смущенно, но в целом держался уверенно: чего не сделаешь по приказу начальства. Московское ГУВД об акции знало, поэтому небольшую группу активистов на площади окружала кучка полицейских — все как один с нагрудными знаками.

«Полицейский должен назвать свои данные, отдать честь. Но мы же понимаем, что честь в итоге можем отдать и мы»


Активисты разделились на небольшие группы. Моя состояла из четырех человек, один был с камерой. Честно, нам было страшно: это здесь сотрудники подготовленные, вежливые, а что будет в других районах Москвы? На всякий случай мы решили купить в ближайшем магазине печенье, чтобы выдавать его хорошим полицейским, если таких вообще встретим.

Так мы оказались на Казанском вокзале с печеньками. Вокруг были десятки полицейских, в Москве их действительно очень много, это замечаешь, только если специально ищешь. Но практически каждый сотрудник на вокзале имел нагрудный знак. Бомжи, пассажиры с огромными сумками, куча фанатов, приехавшие на матч «Спартак» — «Анжи» и орущие свои кричалки, и полицейские — все с нагрудными значками. Ну просто образцовая картина на площади трех вокзалов.

Но вдруг в отдалении мы заметили двух полицейских. Бликов от солнца на груди не было, значит они без знака. Мы еще раз просмотрели инструкцию, выдохнули и направились в сторону нарушителей. Когда мы двинулись к ним, они двинулись в сторону турникетов. «Уйдут», — произнес Андрей, и мы ускорили шаг.

Полицейские уже были за турникетами пригородных поездов, когда один из нас закричал: «Товарищ старший сержант!» На секунду в нашей компании повисла пауза, мы несколько оробели, сотрудник обернулся.

— Мы проводим исследование выполнения закона «О полиции», — начала я жалобно. — По закону каждый сотрудник обязан носить нагрудный значок с номером. К моему удивлению, полицейский широко и дружелюбно улыбнулся.
— Здравствуйте, на наше подразделение значки еще не выдали.
— Тогда могу я записать ваши данные?

И вот стоит передо мной человек в синей форменной рубашке, в штанах с красными лампасами — и никто не знает, как он сейчас отреагирует. То есть в руках у нас брошюра, подписанная президентом, которая гласит, что он должен назвать свои данные, отдать честь. Но мы же понимаем, что честь в итоге можем отдать и мы.

«Спасибо, что носите нагрудный знак и выполняете закон, скушайте вот, пожалуйста»


Тем не менее сотрудник улыбнулся, кивнул ободряюще и без промедления назвал себя. Мы всё записали и разошлись, он пошел по своим полицейским делам, мы — по своим, гражданским. Но настроение сильно улучшилось. Затем мы проверили еще несколько сотрудников, пытались кому-то всучить печеньки: «Спасибо, что носите нагрудный знак и выполняете закон, скушайте вот, пожалуйста». Но все почему-то отказывались.

Мы поговорили, наверное, с десятком полицейских. Кто-то от нас убегал со словами «Вот начальство, спросите» или «Я уже не работаю, я уже ухожу». Смущало только одно: в пределах Садового кольца полицейские все предупрежденные, а вот в спальных районах, наверное, ситуация сложилась бы по-другому. Чтобы это проверить, мы поехали на станцию «Черкизовская».

http://s4.uploads.ru/t/xnEBK.jpghttp://s1.uploads.ru/t/FE58s.jpg
http://sf.uploads.ru/t/9r2iQ.jpghttp://s2.uploads.ru/t/Tagd3.jpg

НА «ЧЕРКИЗОВСКОЙ» СВОИ ЗАКОНЫ
— А у меня ведь регистрации нет московской, — сказал вдруг один из нашей команды, Дима. Все стали вспоминать, как их принимали на несанкционированных митингах, и головокружение от успеха на Комсомольской площади моментально улетучилось.

На выходе из метро «Черкизовская» было пустынно. Мы прошли небольшой вещевой рынок, вышли к стадиону «Локомотив» и невдалеке заприметили группу из шести полицейских. Ни на одном из них не было нагрудного знака. Идти к ним не хотелось: силы были явно не равны, плюс неподалеку стояла машина как раз для таких, как мы.

Люди в форме что-то активно обсуждали и нас четверых заметили не сразу.

— Здравствуйте, мы проводим исследование выполнения закона «О полиции», — храбрилась я. Полицейские выжидающе на нас смотрели. — Каждый сотрудник полиции должен иметь нагрудный знак...
— У вас разрешение на съемку есть? — грубо перебил меня один. — Кто вы, представьтесь, документы предъявите.
— Я обычный человек, по закону «О полиции» вы должны представиться по просьбе любого... — я стала судорожно искать нужную страницу в брошюре.
— По просьбе любого гражданина, да? — мягко вставил стоящий рядом сержант.
— Покажите свои документы, — настаивал злой.
— Вы поймите, мы понимаем, что это не ваша вина. Мы хотим просто записать ваши данные, и вы должны представиться.

Тут развернулось сразу несколько событий одновременно: я пыталась убедить самого агрессивного сотрудника представиться, несколько полицейских молча улыбались, тем временем сзади незаметно подошел еще один и схватил Диму, который был с камерой, за руку. Сильно так схватил.

«Плевать нам на Конституцию, на федеральные законы, мы начальство свое слушать должны»


И несдобровать бы нашей камере и нам заодно, если бы их начальник не принял решение погасить конфликт. Он попросил своего подчиненного отпустить руку активиста. Мы снова стали повторять, что просто следим за тем, как выполняется закон, — накал спадал. А затем включился «закон тестостерона»: это когда мужики сперва дерутся из-за дамы сердца, а потом находишь их в одной песочнице пьяных и уже помирившихся. Вот и полицейским вдруг захотелось с нами помириться, поговорить за жизнь.

— Да в законе еще не такое напишут. Нам вот тоже говорили, что в полиции мы станем больше получать, а нам в милиции не в пример лучше жилось. Вот у меня оклад был 15 тысяч, но раньше я 31 тысячу получал плюс тринадцатую зарплату, плюс квартальные. А теперь 31 тысяча, зато официальная! И никаких тебе надбавок, и все квартальные премии убрали. Вот как мне жить с такой зарплатой?

— Да вы поймите, мы работаем с особо опасными преступниками. Давайте нам, помимо бейджа, повесим на грудь домашний адрес: живет здесь, столько-то детей, деньги хранит под кроватью. Вы хотите, чтоб нас по этим опознавательным знакам потом отсидевшие находили?

— Да вы поймите, ваш закон...

— Вот этот ваш закон никто никогда выполнять не будет! Есть же не только этот закон, есть у нас внутренние указы. И плевать нам на Конституцию, на федеральные законы, мы начальство свое слушать должны.

Перед нами были уже не полицейские, а обычные люди, которым мало платят, люди, заключенные в форму, в которой сами себя людьми не ощущают. Запуганные, недоверчивые, как мы все в сложных обстоятельствах. Но если им улыбаться, если погода хорошая, могут же они говорить по-человечески. В итоге пятеро из шести назвали свои имена, а самый упрямый все-таки отказался.

ЖАЛОБЫ И ЖАЛОСТЬ
Акция закончилась, надо было составлять жалобы в Прокуратуру, а мы чувствовали себя как-то потерянно. Что будет, если мы укажем имена этих сотрудников из Черкизова? А вдруг на них полетят все шишки от начальства: мол, зачем вступали в разговор с этими белоленточниками? А зачем называли свои имена? В таком внутреннем разговоре они вряд ли смогут прикрыться законом «О полиции», которым прикрывались мы. Для нас эти полицейские стали просто людьми, хоть и в форме. Я ведь знаю, что того, со скошенным носом, зовут Петр, а другого, высокого плотного — Кирилл. И все-таки, посоветовавшись, мы решили жалобы отправить: в конце концов, ни они, ни мы не делали ничего противозаконного. А так, кажется, и действует нормальное общество.


http://www.the-village.ru/village/peopl … -politsiya

0


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Форум » «За отказ говорить не могут сделать ничего»