쿺

Настоящий Ингушский Форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Этническая чистка 1992 года » -=К Беслан Костоев: "Преданная нация"


-=К Беслан Костоев: "Преданная нация"

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s019.radikal.ru/i602/1206/52/a481c84e2dab.jpg

Книга Б. Костоева представляет интерес дли широкого круга читателей как откровенный и бескомпромиссный разговор челове­ка, знающего проблемы межнациональных отношений на Север­ном Кавказе, дающего оценку вооруженному осетино-ингушскому конфликту 1992 года и чеченским событиям" начиная с 1991 года до наших дней.

Дорогие читатели!

Издание настоящей работы в Ингушской Республике невозможно из-за жесточайшей цензуры, введенной во всех средствах массовой информации генералом Р. Ауше­вым, и по этой причине брошюра издана за пределами Ингушетии.
Народным Советом и Гуманитарным фондом Ингушетии готовятся к печати и ряд других материалов по ингушскому национальному движению, проблеме города Владикавказа и Пригородного района.
Большинство из этих материалов увидят свет впервые. Попыткой начать говорить правду ингушскому народу при сегодняшнем его трагическом положении и является моя работа «Преданная нация».
Беслан Костоев

1995 год.
____________________________________________

Об авторе

Костоев Беслан Усманович родился 9 марта 1936 года в г. Ор­джоникидзе (ныне Владикавказ) СО АССР, в семье известного в Ингушетии религиозного деятеля, участника первой мировой и гражданской войн Усман-муллы, ингуш, образование высшее, окончил Грозненский нефтяной (1961) и Московский инженерно-экономический (1966) (ныне Государственная Академия управле­ния) институты. Родители были раскулачены до его рождения.
Отец исповедовал тарикат накшбендийского толка (вирд Дени-шейх Арсанова), мать — тарикат кадирийского толка (вирд Кунта-Хаджи Кишиева).
Более тридцати лет работал на различных рабочих, инженер­ных и руководящих должностях в пищевой, нефтеперерабаты­вающей, нефтедобывающей и химической промышленности, на строительстве, монтаже и пуско-наладке нефтегазовых и хими­ческих объектов.
С 1957 года Б. Костоев — один из активнейших участников ингушского национального движения за восстановление прав репрессированных народов.
Б. Костоев — автор многих публикаций по национальной ингушской проблеме. Он также является одним из авторов и редакторов «Письма двадцати семи коммунистов в Политбюро ЦК КПСС «О нарушениях ленинской национальной политики КПСС в Чечено-Ингушской АССР» (март — апрель 1972 г.); Письма в ЦК КПСС «О судьбе ингушского народа» и Письма ингушского народа на имя Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева (октябрь — ноябрь 1972 г.); «Обращения ингуш­ского народа к руководителям ЦК КПСС и Советского прави­тельства (октябрь 1988 г.). На Втором съезде ингушского народа (сентябрь 1989 г., г. Грозный) выступил с докладом «О соци­ально-политическом положении ингушского народа». В дни вооруженного осетино-ингушского конфликта от имени Народного Совета Ингушетии сделал Заявление о российско-осетинской агрессии против ингушей перед российскими и иностранными жур­налистами в гостинице «Россия» 3 ноября 1992 года. 28 февраля 1994 года обратился со специальной Запиской в Совет безопасно­сти РФ с рядом предложений по справедливому решению Ингуш­ского вопроса. 20 апреля 1995 года на имя Президента РФ Б. Н. Ельцина направил новую Записку по решению Ингушского вопроса, мирному выходу из чеченского кризиса и стабилизации ситуации в Северо-Кавказском регионе и в России в целом.
Неоднократно принимал участие в составе различных делега­ций Ингушетии по национальной ингушской проблеме на перегово­рах, встречах, конференциях и съездах.
В мае 1972 года на начальном этапе повальной кампании репрессий, развязанных по указке ЦК КПСС Чечено-Ингушским обкомом партии и КГБ против участников ингушского нацио­нального движения, был исключен из членов КПСС с последующим обвинением в национализме, антипартийной и антисоветской деятельности. В течение 18 лет в категорической форме отка­зывался признать свои «ошибки» и раскаяться. 14 сентября 1990 года восстановлен в партии и полностью оправдан.
Решительно выступает против института президентства в Ингушской Республике, как излишнего звена в строительстве национальной государственности. В ее структурах не приемлет тейпизма и кумовства.
Член президиума Народного Совета Ингушетии. В 1992 году основал премию имени выдающегося демократа и общественного и политического деятеля Кавказа Висан-Гирея Джабагиева. Пре­зидент Гуманитарного фонда Ингушетии и Генеральный дирек­тор Кавказской ассоциации делового сотрудничества. Женат, имеет трех сыновей.
__________________________________

«Политика слишком серьезное дело, чтобы его доверять во­енным».
Франклин Д. Рузвельт, Прези­дент США, 1933 г.
«В истории все крупные политиче­ские деятели были военными».
Генерал Р. Аушев, 1993 г.

Ингушский вопрос. Государственность Ингушетии как составная часть Ингушского вопроса. Причины и корни ингушской трагедии. Как генерал Р. Аушев взял власть в Ингушской Республике. От группировки С. Апряткина к группировке Р- Аушева. От Ингушской Республики к «Рес­публике Аушетия». «Аушевизация» ИР. Институт президен-ства как антидемократический путь в развитии ингушского общества. Кризис демократической власти и пути выхода из него. Как решить Ингушский вопрос? Общенациональный конгресс чеченского народа (ОКЧН). Чеченская война и ее последствия. Пути стабилизации на Северном Кавказе.
I
С горбачевских времен одна за другой в кровавые точки Кавказа посылаются многочисленные комиссии, а затем сле­дуют заверения о «неотвратимости наказания» виновных в кровопролитии. В итоге же можно перестрелять, перебить, переколоть десятки тысяч, после чего свести следствие к «амнистии» и «общественному согласию». Само собой разу­меется, через некоторое время всеобщее озверение повто­рится вновь.
Основная функция любого государства — обеспечение безопасности своих граждан — по сути, сводится к нулю.
Налицо взрывоопасная идеология, случайно ли, созна­тельно ли, но явно провоцирующая межнациональный пси­хоз между российскими народами.
Нынешнее трагическое положение ингушей создалось не вдруг, а постепенно, исподволь. Начало вытеснению ингу­шей со своих исконных исторических земель было положено еще в XVIII веке русским царизмом. Но то, что сделали с
ингушским народом по части ущемления его прав в сталин­ский период, по своим масштабам намного превосходит сде­ланное царизмом. Именно в сталинский период в результате политического заговора осетинского руководства и возник Ингушский вопрос, все признаки которого были закреплены в октябре — ноябре 1992 года, уже при демократическом режиме, без коммунистов.
Шоковое состояние, в котором в те дни оказался ингуш­ский народ, потерявший веру в добро и справедливость, стало благодатной почвой для захвата власти.в Ингушской Респуб­лике военными, чем воспользовались генералы-«афганцы» Руслан Аушев и Борис Агапов из Комитета по делам воинов-интернационалистов государств — членов СНГ. Ингуши, с древнейших времен управлявшие своими исконными обще­ствами на основе принципов равноправия, уважения прав каждого человека, кто бы он ни был, демократически, кол­лективно решавшие свои проблемы, в наши дни вдруг, кто молчаливо, а кто и с восторгом, приняли чуждый их духу диктаторский режим в лице одного человека — Президента Ингушской Республики генерала Р. Аушева.
Ингушская интеллигенция, как и в 1973 году, оказалась бесхребетной и беспринципной, представители ее, кто молча, а кто угодливо, приняли приход к власти единоличного дикта­тора — генерала в облике ингушского президента. И ни у кого не нашлось личного мужества высказаться против института президентства в карликовой республике, а многие даже и понадеялись на генеральские блага...
Немаловажную роль в укреплении диктаторского режима генерала Р. Аушева в Ингушетии играет идейная борьба верующих ингушей, представляющих различные вирды религиозных сект. Именно межвирдовые раз­борки — один из важнейших факторов раскола ингушского общества. Истинные же ценности ислама для многих ингу­шей-суннитов давно уже отошли на задний план.
В маленькой, с необозначенными границами или вовсе безграничной республике восседает генерал-президент с огромным аппаратом, ежемесячно проедающий сотни мил­лионов рублей народных денег. Вопреки Указу Президента РФ о запрещении коммерческой деятельности работающим в госучреждениях, генерал Р. Аушев продолжает оставаться председателем Комитета по делам воинов-интернационали­стов государств — членов СНГ, занимающегося масштабной коммерческой деятельностью. Генерал, сидящий одновре­менно на двух креслах — руководителя коммерческой орга­низации и Президента Ингушской Республики,— это золотое Эльдорадо для криминальных структур. Даже Президент РФ Б. Ельцин не смог бы удержаться в своем кресле, руко­водя одновременно коммерческим предприятием, а генерал Р. Аушев может благодаря прежде всего низкой политиче­ской культуре современного ингушского общества и окруже­нию, подобранному им по тейпово-«афганским» принципам.
Сегодня все недруги ингушского народа весьма успешно манипулируют статьями «Закона Российской Федерации об установлении переходного периода по государственно-терри­ториальному разграничению в Российской Федерации» за №3198—1, подписанного Президентом РФ 3 июля 1992 года, где в статье 1 установлен переходный период государ­ственно-территориального разграничения в Российской Федерации до 1 июля 1995 года. Но закон не имеет обратной силы и не может быть применен к «Закону Российской Феде­рации об образовании Ингушской Республики в составе Рос­сийской Федерации» за № 2927—1, подписанному тоже Пре­зидентом РФ 4 июня 1992 года, в котором в статье 4 устано­влен переходный период до марта 1994 года. Закон этот уже провален.
Когда, пытаясь небезуспешно затормозить становление Ингушской Республики, А. Галазов, Р. Абдулатипов, С. Шахрай и другие говорили о моратории на государ­ственно-территориальное разграничение до 1 июля 1995 года, попутно добиваясь отмены статей 3, 6 и 7 «Закона о реабилитации репрессированных народов», это всем понятно. Но уму непостижимо, когда этим занимается опыт­ный юрист, прокурорский генерал Иса Костоев, по имею­щимся у меня достоверным сведениям, сам ингуш, правдами и неправдами ставший депутатом в Совете Федерации от Ингушской Республики. Порой создается впечатление, что он совершенно не знаком с законодательными актами по ингушской национальной проблеме. С горьким сожалением приходится говорить и о низкой правовой культуре ингуш­ских юристов при решении стоящих перед их народом исклю­чительно сложных политических и государственно-правовых задач, не говоря уже о гражданском мужестве.
После ставшего легендарным приветствия Б. Н. Ель­цина в Назрани: «Салам-алейкум, ингуши!» — за три месяца до его блистательной победы на президентских выборах в Российской Федерации в июне 1991 г., победы, с которой я тогда искренне поздравил его телеграммой из трех слов: «Борис, ты прав!» — и геноцида ингушского народа в 1992 году, Россия дала шесть «гениев» в качестве глав Временной Администрации в зоне действия фактически введенного на
постоянной основе ЧП на территориях Северной Осетии и Ингушетии. Разве они не гении, если сумели израсходовать сотни миллиардов рублей из карманов российских налого­плательщиков, и ни на шаг не продвинулись за тридцать четыре месяца в решении поставленных перед ними задач.
Впрочем, один из этих «гениев», последний глава ВА Владимир Лозовой все-таки сделал один шаг. Подчиненные В. Лозовому военные в начале октября 1994 года взорвали в горной Ингушетии, прилетев на двух боевых вертолетах, древнюю боевую башню XII века, которая должна была быть включена в списки ЮНЕСКО как достояние мировой культуры. Правда, военные все же признались, что они не знали, какую ценность представляет эта башня. Это уже прогресс по сравнению с шайкой Берия-Кобулова, которая после выселения ингушей в 1944 году, подкатила в Джейрах-ском ущелье артиллерийские орудия и прямой наводкой, в упор, расстреляла древний ингушский -башенный комплекс Эбан, сравняв его с землей. Но для ингушской и мировой культуры разницы здесь нет никакой, и, говоря по-русски: «Хрен редьки не слаще». Что касается генерала Р. Аушева, то он просто запретил журналистам снять даже телесюжет о варварских действиях военных из войсковых подразделений Временной Администрации в зоне осетино-ингушского кон­фликта, видимо, оберегая своих коллег-военных. Воистину: «Бог не выдаст, свинья не съест». Уже в дни чеченской бойни российский ОМОН поджег в горной Ингушетии более трехсот гектаров ценнейших пород леса без всяких неприят­ных последствий для себя. Идет целенаправленный разруши­тельный процесс не только в Чечне, но и в Ингушетии.
Если Россия не пересмотрит свои концепции по нацио­нальной политике на Северном Кавказе и не перейдет от геополитических подходов к подлинно демократическим началам, ничего хорошего нам ждать не следует. Но эту новую, истинно демократическую политику должны осуще­ствлять новые люди, свободные от чрезмерных амбиций вла­столюбия и служебного меркантилизма. Им надлежит быть мудрецами в отличие от краснодарских подростков Миннаца России, привезенных в Москву бывшим министром Н. Его­ровым.
Что касается главы В А В. Лозового, то его, на мой взгляд, необходимо немедленно отстранить от всех занимае­мых им постов, лишив даже права пребывания на Кавказе. Трагедию ингушского народа такие люди могут только усу­губить и дополнительно дестабилизировать обстановку на Кавказе, и этим они особо опасны. И тем не менее по Указу Президента РФ от 15 февраля 1995 г. за № 130 «О мерах по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта октября — ноября 1992 г.» В. Лозовой становится председа­телем Временного Государственного комитета по ликвида­ции последствий этого самого конфликта. Словом, бросили щуку в реку.
Президенту РФ Б. Ельцину надо бы принять однажды нестандартное решение, чтобы его Указы выполнялись. Главой Временного Государственного комитета вместо В. Лозового, учитывая масштабность проблемы ингушей, должен быть человек с более широким кругозором, человек мужественный, решительный, честный, изнутри знающий ингушскую национальную проблему, готовый беспрекос­ловно обеспечивать выполнение российских законов в зоне конфликта, способный нейтрализовать любые действия, направленные против парламентских законов, правитель­ственных постановлений, президентских указов и Конститу­ции РФ.
А пока я хотел бы сказать о некоторых уроках становле­ния Ингушской Республики в условиях действия армейской диктатуры генерала Р. Аушева. О том, как решить Ингуш­ский вопрос, и пойдет наш нижеследующий, далеко не пол­ный рассказ.
II
Трагедия ингушского народа, виновником которой явля­ются реакционные верхушки Северной Осетии и России, стала уже достоянием мировой истории, а сам Ингушский вопрос - самостоятельным политическим фактором не только Кавказского региона, но и России в целом.
Сегодня мы уже хорошо знаем, что все попытки Народ­ного Совета Ингушетии (НСИ), предпринятые для предо­твращения вооруженного нападения осетинских национал-экстремистов вкупе с реакционными российскими кругами, были обречены на провал.
Сказанное выше полностью подтверждается Заключе­нием независимых военных экспертов о подготовке и ходе осетино-ингушского конфликта на территории РФ и публи­кацией в пяти январских номерах «Известий» за 1994 год статьи Ирины Дементьевой под заголовком «Война и мир Пригородного района», в которой дан убедительный анализ причин и методов по уничтожению ингушского народа, учи­ненного осетинским руководством. Майские публикации в московских газетах («Россия», «Станет ли «дело Тезиева» процессом о коррупции?», Алексей Басаев 18—24 мая 1994 года; «Новая ежедневная газета» за 17, 25, 31 мая и 4 июня этого года «Премьер-министр с большой дороги», «Власть по фальшивым авизо», «Галазов в Москве, а где Тезиев?» и «Her» предложила Галазову подать в суд. Галазов отка­зался») с неожиданной стороны показали нам истинных виновников этнической чистки ингушей Пригородного рай­она и г. Владикавказа в октябре — ноябре 1992 года. Эти и другие публикации освобождают меня от необходимости писать об этнической чистке и изощренных методах борьбы галазовщины против ингушского народа. Читателям небе­зынтересно будет знать, как на заре Октябрьской револю­ции городской голова Владикавказа осетин Г. Баев ходатай­ствовал перед начальством Терской области о высылке с Кавказа в Сибирь ингушей, а депутат Государственной Думы терский казак Караулов предлагал якобы для водворения порядка и спокойствия на Северном Кавказе расселить по всей необъятной России не только всех ингушей, но и че­ченцев.
Осетинская сторона, получив накануне конфликта заве­рения в нейтралитете со стороны руководства Чечни в слу­чае возникновения войны между осетинами и ингушами, раз­вязала антиингушскую агрессию, предварительно добившись 31 октября 1992 года на заседании Совета безопасности и одобрения своей агрессии, и информационной блокады из зоны осетино-ингушского конфликта с последующим введе­нием российских войск для поддержки осетинской стороны и усмирения непокорной Чечни. Именно для этой цели и была переброшена мощная «наступательная группировка россий­ских войск, оснащенная установками «Град», САУ, танками, артиллерией и штурмовой авиацией (всего свыше 30 тысяч человек), что совершенно несоразмерно для задачи разъеди­нения осетин и ингушей в Пригородном районе. Всего про­тив ингушей воевали с осетинскими вооруженными форми­рованиями 68 тысяч человек. А все миротворческие силы России, введенные в зону грузино-абхазского конфликта, составляют всего три тысячи человек!
Итог этой чудовищной операции, проведенной под руко­водством бывшего вице-премьера Г. Хижи, всем известен — убитые, пропавшие без вести, тысячи сожженных домов и около 70 тысяч депортированных ингушей, ограбленных, бездомных, оскорбленных и униженных, судьба которых до сих пор остается неопределенной и безрадостной.
В свое время Северная Осетия вела широкую организованную кампанию против Б. Н. Ельцина, а в дни августов­ского путча во главе с А. Галазовым активно поддерживала гекачепистов, в то время как 97,5 процента ингушей прого­лосовали за избрание Б. Н. Ельцина Президентом России.
И вот менее чем за год тому же руководству СО ССР (РСО) во главе с А. Галазовым удалось, по меткому замеча­нию военных экспертов в сделанном ими Заключении, «из рядов непримиримых противников президента стать его союзником. Эта странная метаморфоза объясняется тем, что именно на Северную Осетию с ее развитым промышленным потенциалом (и антиисламской идеологией.— Б. К.) сделало руководство РФ ставку в осуществлении геополитических интересов России в этом регионе».
Это подтверждает и «Концепция национальной политики Российской Федерации на Северном Кавказе», разработан­ная рабочей группой специальной межрегиональной комис­сии при Совете безопасности России. Главная цель доку­мента — «обеспечение безопасности южных рубежей Рос­сийской Федерации».
В связи с осетино-ингушским конфликтом прошла серия назначений и освобождений глав Временной Администрации на территориях Северной Осетии и Ингушской Республики. Главная цель этих назначений — запутать, замести следы преступлений против ингушского народа, дезинформировать мировую общественность, спасти виновных от наказания. В итоге же еще один обман ингушей.
Каждый из назначенцев Президента РФ на Северном Кавказе выполнял свой блок заданий и после этого происхо­дила его замена. Так, на смену Хиже приехал С. Шахрай, который, не решив (а может, и решив.— Б. К.) поставлен­ную ему задачу, вернулся в Москву. Его сменил генерал А. Котенков, покинувший зону конфликта, выполнив свой блок заданий и передав полномочия специалисту по «горя­чим точкам» в СНГ генералу Ю. Шаталину, который, завер­шив свой блок боевого задания и ни на шаг не продвинув­шись в решении вопроса, тоже покинул Северный Кавказ. Пришедший после него бывший второй секретарь ЦК ком­партии Азербайджана Виктор Поляничко, попытавшийся сделать практический шаг в решении проблем ингушских депортантов, был убит 1 августа 1993 года в Северной Осе­тии, а правоохранительные органы РФ оказались абсолютно несостоятельными, несмотря на громкие заявления в СМИ С. Шахрая найти и наказать убийц. И снова Юрий Шаталин, которого в ранге вице-премьера заменил бывший второй секретарь Оренбургского обкома КПСС Владимир Лозовой,оказавшийся также непригодным для роли главы ВА и не выполнивший до сих пор ни одного Указа Президента РФ на вверенном ему участке работы.
Итак, за 34 месяца решение ингушской проблемы не продвинулось ни на йоту. В чем же дело? Почему снова идет игра? Почему ингуши оказались сегодня у роковой черты военного противостояния с осетинами? Что ждет ингушей впереди? Каковы пути выхода из тупика?
Сегодня, по сути дела, от кризиса власти к власти кризиса привел народ Ингушетии зловещий альянс местных функ­ционеров КПСС, «афганцев» и новоявленных «демократов». О том, что этот кризис надвигается, о конкретных виновни­ках политического хаоса в Ингушетии, я и мои товарищи много раз говорили и на встречах с населением, и в средствах массовой информации, и в руководстве РФ, но, к сожале­нию, власть имущие не прислушались к нашему голосу.
III
После принятия «Закона РФ о реабилитации репрессиро­ванных народов» зашевелились «вожди» Ингушетии, не под­нявшиеся со своих кресел, чтобы этот закон был принят. Дважды, 20 июня и 15 сентября 1991 года, сфальсифициро­ванный лидерами партии «Нийсхо» так называемый испол­ком депутатов всех уровней Ингушетии во главе с известным организатором мифических конных «походов» в Северную Осетию И. Кодзоевым провозгласил Ингушскую Респуб­лику. Народный Совет Ингушетии просил всех руководите­лей ингушских районов не делать этого, особенно с учетом начавшихся в Чечне событий после августовского путча 1991 года. Но И. Кодзоев с А.-Х. Аушевым, председателем Наз-рановского райсовета народных депутатов и одновременно первым секретарем Назрановского РК КПСС, прибыли в Грозный к руководству Общенационального Конгресса чеченского народа (ОКЧН) и передали состряпанный ими «документ» об образовании Ингушской Республики, попро­сив вдобавок, чтобы их имена не называли, боясь гнева ингушского народа, о чем тогда иронично сообщала по чечено-ингушскому телевидению будущий Генеральный прокурор Чеченской Республики Э. Шерипова.
В этой сложнейшей обстановке Оргкомитет по восстано­влению государственности ингушей провел в Грозном 6—7 октября III Общенациональный съезд ингушского народа, на котором была принята резолюция и избран
Народный Совет Ингушетии. Заключительный этап III съезда решено было провести позже, подготовив ряд документов о сложившейся на Северном Кавказе и в России в целом ситуации.
В связи с клеветническими высказываниями ингушских недоброжелателей о том, что Народный Совет Ингушетии разделил чеченский и ингушский народы, приведу один, чет­вертый, пункт Резолюции III Общенационального съезда ингушского народа:
«Считать нецелесообразным объявление ингушской государственности до полного возврата под юрисдикцию Чечено-Ингушетии всех аннексированных в период сталин­щины ингушских территорий. Провозглашение Ингушской Республики считать возможным только по результатам референдума среди ингушского населения, проживающего на территории ЧИР, Северной Осетии, Казахстана, Кыргыз­стана. Объявление 20.06.91 г. и 15.09.91 г. ингушской госу­дарственности в г. Назрани рассматривать лишь как декла­рацию намерений». '
10 июля 1995 года, выступая на заседании Конституцион­ного Суда, вице-премьер Сергей Шахрай, подтверждая это положение, заявил, что «Третий съезд ингушского народа высказался за неделимость Чечено-Ингушетии в составе России».
Но рвущиеся к власти группировки и в Чечне, и в Ингу­шетии ничего не хотели слышать. Чечня объявила свою государственность с выходом из состава России, предвари­тельно разогнав парламент Чечено-Ингушетии, при одобре­нии и 'поддержке российского руководства, а Ингушетия повисла в воздухе. Ингуши же, по образному выражению И. Дементьевой, перешли в разряд «потерянного народа».
Вот в такой безвыходной обстановке Народный Совет Ингушетии организовал и провел под пулями и сжигаемыми урнами на избирательных участках референдум, на котором ингуши и казаки высказались за вхождение в состав России со своей республикой. Определенные круги в руководстве Чечни и Северной Осетии выступили против референдума.
По итогам референдума 4 июня 1992 года был принят Закон РФ «Об образовании Ингушской Республики в составе РФ», а в июле уже в Назрань прибыло представительство РФ по Ингушской Республике во главе с бывшим командующим 40-й Армией в Афганистане генералом В. Ермаковым. Одновременно с ним прибыл и представитель Президента России генерал юстиции И. Костоев. Оба генерала, как известно, никогда не занимались и не интересовались
14
Ингушским вопросом, оба блестяще провалили поручен­ное им дело государственной важности. Что же касается генерала В. Ермакова, то за пару недель до начала осе­тино-ингушского конфликта он незаметно исчез из Ингу­шетии, очевидно, посчитав, что данное ему боевое зада­ние выполнено. Каков характер этого задания, нам пред­стоит еще узнать. Примечательно, что ингушское руко­водство сегодня даже не ставит вопроса об ответственно­сти В. Ермакова и И. Костоева, которые представляли власть РФ в Ингушской Республике в период событий октября — ноября 1992 года, но зато дружно набрасыва­ется на лидеров Народного Совета Ингушетии, не обле­ченных тогда никакими властными полномочиями, как и в наши дни. Валить с больной головы на здоровую — хорошо отработанный прием лжепропаганды во все вре­мена.
Оба генерала приложили, и небезуспешно, много уси­лий, чтобы не допустить назначения главой ингушской администрации выдвинутого всем ингушским народом, всеми тремя райсоветами и общественно-политическими движениями Ингушетии народного депутата РФ, кандидата экономических наук Б. Богатырева, обладающего уни­кальным опытом и знаниями по национальной проблеме. Шла аппаратная игра, с одной стороны, в которой были задействованы лица ингушской национальности, вдруг пожелавшие стать «отцами нации» на любых условиях, и с другой — упорное нежелание президентского окружения прислушаться к голосу народа. Характерно, что Б. Бога­тырева не хотели видеть во главе администрации Ингуш­ской Республики в одинаковой мере руководство Осетии, Чечни и России и та незначительная часть ингушей, обма­нутых ингушскими сексотами, которых народ метко окре­стил «матросами КГБ», находящимися на службе у осетин­ских и российских спецслужб. Об отношении к личности Б. Богатырева весьма красноречиво говорит и заявление Ю. Болдырева, бывшего начальника Контрольного упра­вления в аппарате Президента, ныне депутата Госдумы от фракции «Яблоко», сделанное им ингушской делегации: «Нам там (в Ингушетии.— Б. К.) в качестве главы админ-страции нужен человек, который бы беспрекословно выполнял волю Президента, а у Богатырева слишком жесткая позиция по Пригородному району».
Кто знает, не помешай тогда генералы В. Ермаков и И. Костоев назначению Б. Богатырева или кого-либо дру­гого главой администрации ИР, случилась ли бы трагедия
ингушей 1992 года? Во всяком случае, масштабы ее были бы неизмеримо меньше.
В обстановке продолжающегося кризиса власти в Ингуш­ской Республике Народный Совет Ингушетии, хорошо пони­мая о надвигающейся угрозе со стороны милитаризованной Осетии, добился 20 октября 1992 года вынесения Государ­ственной комиссией решения о необходимости до 31 декабря 1992 года восстановления границы между Северной Осетией и Ингушской Республикой по состоянию на 23 февраля 1944 года в полном соответствии с принятыми по Ингушской Рес­публике законами Российской Федерации.
Народные депутаты РФ от Ингушетии, члены Госкомис­сии по ингушской проблеме от Ингушетии, руководство Народного Совета Ингушетии, узнав в Москве о готовя­щейся провокации, приняли все возможные меры, чтобы не допустить разрастания конфликта: 23—24 октября они обра­тились в ВС РФ, Правительство РФ, силовые министерства и Прокуратуру РФ с требованием немедленно направить пол­номочную правительственную комиссию для предотвраще­ния надвигающегося конфликта. Однако никаких мер руко­водство России не приняло, многоходовая комбинация севе­роосетинских милитаристов, одобренная позже 31 октября Советом безопасности РФ, уже началась.
После серии убийств ингушей 24 октября в п. Южном Пригородного района состоялся общенациональный траур­ный митинг, на котором была принята резолюция отчаяния с предложением: во всех ингушских селах Пригородного рай­она провести сессии сельских Советов и решить вопрос о выходе- из состава Северной Осетии с вхождением в состав Ингушской Республики в полном соответствии с законами РФ. Но это, конечно, не устраивало руководство РСО, как и все инициативы НСИ, урегулировать возникшие вопросы для погашения разрастающего конфликта мирным путем. У команды А. Галазова были совершенно противоположные планы, которые она и форсировала, начиная с 30 октября 1992 года.
Прилетевший 30 октября в 13 часов во Владикавказ народный депутат РФ Б. Богатырев до позднего вечера про­сил ингушей не поддаваться на провокации осетинских бое­виков, ибо это могло помешать утверждению Закона «Об образовании Ингушской Республики» на предстоящем в декабре VII съезде народных депутатов РФ. Выступления Б. Богатырева перед ингушами в тот день происходили в присутствии автора этих строк.
IV
В условиях начатой Осетией антиингушской агрессии 1 ноября 1992 года был образован Чрезвычайный комитет по спасению ингушского населения из зоны осетино-ингуш­ского конфликта, председателем которого избрали народ­ного депутата РФ Б. Богатырева и под руководством кото­рого организовали оборону ингушей и вывод ингушского населения из Пригородного района.
Прибывший вечером 2 ноября в г. Назрань генерал Р. Аушев, собрав в кабинете председателя райсовета ингу­шей, среди прочего заявил следующее: «Не надо было при­нимать законы «О реабилитации репрессированных наро­дов» и «Об образовании Ингушской Республики в составе Российской Федерации», не надо было проводить референ­дум среди ингушей по вопросам образования своего государ­ства, нам не нужна республика». Подошедший Б. Богатырев вынужден был пристыдить окончательно растерявшегося Героя Советского Союза. Симптоматично, что не боевой генерал, а гражданский человек, народный депутат Б. Бога­тырев возглавил оборону и спасение уничтожаемых ингу­шей. Что касается генерала Р. Аушева, то у него, как пока­зали последующие события, были другие планы.
Ввиду полной информационной блокады об антиингуш­ской агрессии стал вопрос о ее прорыве. Решили выступить перед народными депутатами РФ. Эту миссию по настоянию большинства присутствующих взял на себя Б. Богатырев. Прибыв в Москву 5 ноября, уже 6 ноября он выступил перед народными депутатами, раскрыв чудовищную, преступную акцию, предпринятую российско-осетинскими реакцион­ными кругами против мирных граждан ингушской нацио­нальности, граждан России. 11 ноября Б. Богатырев вто­рично выступает перед парламентом уже с новыми фактами о геноциде ингушского народа. Российский парламент узнал правду о преднамеренном убийстве ингушского народа, но практических шагов по защите ингушей не сделал.
Наконец информационная блокада была прорвана, а в это время в г. Назрани некоторые ингуши делили власть. Главой Временной Администрации ИР стал генерал Р. Ау­шев, тут же объявивший настоящую войну Народному Совету Ингушетии, в нарушение всех законов запретив его деятельность. Следом как из рога изобилия посыпались интервью генерала в средствах массовой информации, по числу которых он сегодня стал по праву чемпионом СНГ.
Как правило, в этих интервью много путаницы из-за незна­ния им Ингушского вопроса и мало скромности. Чтобы знать взгляды этого человека,'надо хотя бы вкратце сказать о его публичных высказываниях и умолчаниях.
Никогда генерал Р. Аушев не занимался и не хотел зани­маться проблемами своего народа, как и его отец С. Аушев, шарахавшийся в сторону при встрече с ингушскими патрио­тами после январского митинга в 1973 году, боясь, что об этом может узнать обком КПСС. Сегодня же отец генерала развил бурную деятельность, пытаясь изнутри подорвать ингушское национальное движение. Он активно вмешива­ется в кадровую политику сына, за что ингуши с горькой иронией нарекли Аушева-старшего «начальником управле­ния кадрами Ингушской Республики», а раболепствующий Союз писателей Ингушетии принял его даже в члены своего Союза, хотя сей «известный» писатель ничего стоящего, как известно, не создал.
Что касается самого Р. Аушева, то он молча отсидел в течение двух с половиной лет в Верховном Совете бывшего СССР в качестве народного депутата и не проронил ни еди­ного слова в защиту обездоленного ингушского народа, о чем мной в резкой форме было сказано его отцу в присут­ствии Председателя Президиума Верховного Совета ЧИ АССР X. Бокова и народного депутата РФ. Б. Богатырева.
В 1992 году, до начала осетино-ингушского конфликта, генерал Р. Аушев семь раз выступил по телевидению Рос­сии, но опять-таки у него не нашлось слова в защиту ингу­шей. Не нашлось у него этого слова и в получасовой прямой передаче «Час пик» с В. Листьевым 5 октября 1994 года, будучи уже дважды «избранным» Президентом ИР. Правда, генерал Аушев, вмешиваясь в чеченские дела, проявил боль­шую озабоченность судьбой Президента Чечни генерала Д. Дудаева, сателлитом которого он является и поныне.
Ни разу за три года работы народных депутатов РФ от Ингушетии и членов Народного Совета Ингушетии в россий­ских структурах власти генерал не только не помог им, но даже не поинтересовался, чем они занимаются.
Весьма примечательны нижеследующие два эпизода, характеризующие личность генерала Р. Аушева и его пре­небрежительное отношение к ингушской проблеме.
В связи с непрекращающимися провокациями осетин­ского руководства, и прежде всего руководителей правоох­ранительных органов, против ингушей в Северной Осетии, в феврале 1992 года группа ингушей, среди которых были народный депутат РФ Б. Богатырев, генерал юстиции И. Костоев, кинорежиссер С. Мамилов, председатель Народного Совета Ингушетии Б. Сейнаров, член прези­диума НСИ С. Наурбиев и другие, подготовили Заявление на имя Президента РФ, Председателя ВС и Правительства РФ с просьбой положить конец зверствам, чинимым против ингу­шей со стороны осетинского руководства. Присутствовав­ший при этом в гостинице «Россия» генерал Р. Аушев кате­горически отказался подписать это Заявление, сославшись на то, что он не будет подписывать документы против осе­тинских генералов, в том числе и против осетинского гене-рала-«афганца» Кима Цаголова, в эти же дни занимавшегося подготовкой осетинских боевиков для предстоящей этниче­ской чистки ингушей Пригородного района и г. Владикав­каза, того самого К. Цаголова, который в ранге заммини­стра по делам национальностей и региональной политики РФ со своим коллегой, бывшим главой ВА в зоне осетино-ингушского конфликта, генералом А. Котенковым разраба­тывал позорную операцию штурма Грозного 26 ноября 1994 г.
Когда Б. Богатырев, Б. Сейнароев и С. Наурбиев, пыта­ясь добиться решения Ингушского вопроса, обратились к генералу Р. Аушеву с просьбой встретиться с вице-президен­том РФ Александром Руцким, чтобы он убедил Б. Ельцина в необходимости решить национальную проблему, генерал Р. Аушев без обиняков заявил, что нам (сыновьям С. Ау­шева. — Б. К.) отец категорически запретил вмешиваться в это дело. Затем генерал Р. Аушев все же смилостивился, сказав, что «если вы очень просите, то я пойду к А. Руц­кому», но брать с собой никого не будет. Предложив собрав­шимся не расходиться и ждать ответа, Р. Аушев исчез и больше не появился. Прождав его до 20 часов вечера в зда­нии ВС РФ, С. Наурбиев позвонил генералу домой, женский голос ответил, что он давно... спит. Конечно, Р. Аушев у А. Руцкого не был, он просто обманул доверившихся ему людей. Сегодня генерал Р. Аушев обманывает уже весь ингушский народ.
Собрав свою команду, новый глава Ингушской Админи­страции поехал к генералу Д. Дудаеву в Грозный. Президент Чечни резко отчитал генерала Р. Аушева, что наглядно показало чеченское телевидение. С наставлениями от Д. Ду­даева Р. Аушев возвращается со свитой в Назрань и следом, 19 декабря 1992 года, подает в отставку со своего поста. Ничего не ведая, ингуши с удовлетворением восприняли этот шаг генерала. На поверку заявление Р. Аушева о своей отставке оказалось лишь трюком в предвыборной кампании, которую готовили Р. Аушев и его окружение.
Буквально через несколько дней Р. Аушев приезжает из Москвы в Назрань и заявляет исполняющему обязанности главы Временной Администрации Ингушской Республики генералу М. Султыгову, что он хочет стать Президентом Ингушской Республики и просит помочь ему провести съезд, где его выдвинут кандидатом в Президенты ИР. И генерал М. Султыгов благословил генерала Р. Аушева, уговорив главу ВА на территориях СО ССР и ИР генерала А. Котен­кова поддержать Р. Аушева в условиях действия ЧП, хотя никакого съезда ингушского народа не проводилось. Собра­лась группа родственников и близких друзей Р. Аушева, под­готовила келейно списки своих сторонников и провела соб­рание, на котором была выдвинута единственная кандида­тура генерала Р. Аушева. Выдвижение альтернативной кан­дидатуры на этом «съезде» командой Р. Аушева не допуска­лось.
Сегодня это собрание трансформировано в «Чрезвычай­ный съезд народов Ингушетии», фактически ставшее поли­тической партией генерала, исключая несогласных с полити­кой генерала из списка делегатов. Все политические и парла­ментские кульбиты, выдаваемые генералом за спиной ингушского народа, получают благословение от «Чрезвы­чайного съезда народов Ингушетии», заседания которого проводятся в любой день, когда это нужно Р. Аушеву.
Как родственники генерала Р. Аушева «избирали» деле­гатов на этот «съезд», весьма красноречиво характеризует следующий факт. В Грозном, где проживает около 25 тысяч ингушей, «выборами» делегатов на ингушский «съезд» зани­мался племянник Р. Аушева, Б. Бузуртанов, один из органи­заторов антиингушской кампании после известного январ­ского митинга ингушей в 1973 году. Обладая опытом в анти­ингушской деятельности, Б. Бузуртанов втайне составил списки делегатов Грозного на ингушский «съезд» из числа родственников и таких же, как и он, единомышленников без всякого ведома ингушей Грозного. Сегодня он работает в команде генерала Р. Аушева. Уже один этот безобразный факт говорит о нелегитимности прихода к власти Р. Аушева.

0

2

Другой организатор кампании по «избранию» Р. Аушева, его родственник А.-Х. Аушев, не только бывший, но и настоящий партократ, крупный «специалист» по антиислам­ской пропаганде и ярый противник справедливого решения ингушской проблемы, тот самый А.-Х. Аушев, который в теснейшем контакте с И. Кодзоевым, как мы уже говорили выше, нанес серьезный урон ингушскому национальному движению. После январских событий в Грозном в 1973 году
Чечено-Ингушский обком, организовавший репрессии про­тив ингушских лидеров, как пример для подражания приво­дил слова А.-Х. Аушева: «Вопрос о Пригородном районе подняла кучка отщепенцев, а не весь ингушский народ.
Эти люди хотели встать у власти в этом будущем «ингуш­ском районе».
Сегодня сей муж, имея весьма смутное представление о банковском деле, возглавляет Главное управление Центро­банка России по Ингушской Республике с благословения того же генерала Р. Аушева.
Среди инициаторов по «избранию» Президентом Р. Ау­шева оказался и бывший вожак назрановских комсомолят К. Костоев, даже в наши дни пытающийся прославиться, как и бывший глава Администрации Президента Р. Плиев, охаи­вая верующих ингушей, и ставший теперь советником Пре­зидента ИР, одновременно «руководя» и молодежью Ингу­шетии.
Было бы несправедливо не сказать о других персонажах, сыгравших свою зловещую роль в театре абсурда для ингуш­ского зрителя. Запретив все общественные, политические организации и партии 12 ноября 1992 года, генерал Р. Аушев благословляет рождение так называемого «национального фронта Ингушетии» для собственного «избрания». Доста­точно напомнить ингушам о некоторых фигурах в этом фронте и прежде всего об О. Гадаборщеве, бывшем редак­торе республиканской газеты «Сердало». Даже в канун II съезда ингушского народа в 1989 году он запретил упо­минать Пригородный район на страницах газеты. Противни­ком Ингушской Республики был и М. Точиев, проректор Чеченского госуниверситета, который в 1973 году, в быт­ность секретарем парткома Чечено-Ингушского госунивер­ситета, с группой лиц, включая и вышеназванного Б. Бузур-танова, открыл гнусную антиингушскую кампанию, поливая грязью ингушских лидеров, в том числе Д. Картоева, А. Газ-диева, И. Базоркина, А. Куштова и других. В одной упряжке с ними оказался и уголовник X. Ажигов. Председателем этой кампании стал Руслан Идрисович Мальсагов, имеющий к ингушскому национальному движению такое же отноше­ние, как ингушская арба к китайской опере, как, впрочем, и сам генерал Р. Аушев со своей командой. Характерно, что именно этому человеку не без помощи все того же О. Гада-борщева, помогавшего в подготовке пресловутой статьи «Кунаки всегда поладят» корреспондентов «Правды» Халина и Грачева, опубликованной 5 марта 1990 года в «Правде», неправая «Правда», этот флагман антиингушской истерии в
течение десятков лет, предоставила свои страницы для обмана широкой общественности. Провокационные заявле­ния сего господина на страницах российской печати о создании вооруженных полков национального фронта Ингу­шетии послужили хорошим поводом для дополнительного вооружения Северной Осетии, о чем в печати сообщил министр МВД РСО генерал Кантемиров.
Выполнив свою роль «Пятой колонны» в ингушском народном движении при «избрании» генерала Р. Аушева, кампания Р. Мальсагова без лишнего шума ушла в тень в ожидании нового приказа своих хозяев.
Что касается российского генерала М. Султыгова, то он, оказав истерзанному ингушскому народу медвежью услугу, укатил на свою службу.
На безальтернативных «выборах» Президента Ингуш­ской Республики в феврале 1993 года на основе временного положения неизвестно кем составленного и узаконенного, генерал Р. Аушев «одержал» убедительную победу, набрав 99,94 процента от всех проголосовавших избирателей, опере­див, таким образом, на 0,87 процента коммунистического лидера западного полушария Фиделя Кастро, одержавшего «победу» на выборах у себя на Кубе.
Генерал Р. Аушев до и после своего избрания, как гово­рилось выше, стал раздавать направо и налево свои интер­вью. Вот некоторые из них.
«Аргументы и факты», № 8 1993 г.: «Начнем с того, что я своей кандидатуры не выдвигал. Из Ингушетии ко мне приехала целая делегация, которая привезла более ста тысяч подписей в мою поддержку. Вскоре за этим состоялся съезд ингушского народа, была выдвинута единственная кандида­тура, моя. Съезд альтернативы не допустил». Как он себя выдвигал и как «съезд» готовился, мы выше уже говорили.
«Российские вести», 19.02.1993 г. Касаясь переговоров делегации Северной Осетии и Ингушетии, Р. Аушев гово­рит: «Насколько я знаю, в составе делегации — представи­тели так называемого Народного Совета. Эти люди всюду заявляют, что были лидерами ингушского народа, но офици­ально их для участия в переговорах никто не назначал и не утверждал». Даже если она исходит от генерала, ложь не становится краше. Народный Совет Ингушетии не участво­вал в переговорах, но был против подобных переговоров, ущемляющих интересы ингушей, и против тех переговоров, на которые генерал Р. Аушев согласился, придя к власти, приняв все кабальные условия, выдвинутые осетинами. Это он подтверждает и своей соглашательской позицией: «Пусть Пригородный район останется в составе их (РСО.— Б. К.) республики».
От обвинений в адрес Народного Совета Р. Аушев пере­ходит к совершенно неожиданному заключению в «Комсо­мольской правде» за 26.03.1993 г.: «Сейчас еще никто не может сказать, кто это (виновник.— Б. К.) — Аушев, Галазов, Иванов или Сидоров. Поэтому я искренне пожал руку Председателю Верховного Совета Северной Осетии». И это после всего, что сотворил А. Галазов с ингушами при пря­мой поддержке Ивановых и Сидоровых, тот самый А. Гала­зов, выдвинувший фашистский, по сути, тезис о невозможно­сти совместного проживания граждан Северной Осетии ингушской и осетинской национальностей.
Я умышленно не привожу множество хвастливых заявле­ний Р. Аушева о своей персоне, лишенных элементарной скромности, с оскорблениями в адрес тех, кто действительно в отличие от него отстаивал и продолжает отстаивать народ­ные интересы.
Нельзя не сказать сегодня еще об одном «афганце», полковнике Руслане Плиеве, обеспечивавшем в афганской бойне Р. Аушеву идеологическое обоснование, еще недавно возглавлявшем Администрацию Президента Ингушской Рес­публики. Совершенно не зная национальной проблемы, он вместе со своим генералом окончательно завел в тупик решение Ингушского вопроса. Во многих его интервью и выступлениях проявляется его политическая некомпетент­ность, желание выделить свою персону, не имея к тому же никаких заслуг в ингушском движении. В этом смысле харак­терно его интервью в сентябрьском номере ульяновской газеты «Симбирский курьер» за 1993 год корреспонденту этой газеты Людмиле Дувановой. Говоря о борьбе ингушей за возвращение своих земель с 1957 года, полковник Р. Плиев, ничтоже сумняшеся, заявляет: «Особенно здорово эта борьба проявилась в 1972—1973 годах. Тогда, кстати, и мой отец со своими друзьями был исключен из партии, изг­нан с работы за то, что они посмели написать в ЦК КПСС письмо «О бесправном положении ингушей в Пригородном районе и националистических проявлениях там руковод­ства».
Мы сохранили здесь стиль полковника Р. Плиева, для которого специально сообщаем, что его отец не был уволен с работы за участие в ингушском движении, а пришел в наше движение, уйдя на пенсию. А письма же, о котором Р. Плиев нам поведал, в природе не существует, а есть два письма 1972 года. Одно — на имя Генерального секретаря ЦК КПСС
Л. И. Брежнева на 13 страницах машинописного текста и второе — на 80 страницах, которому его литературный редактор и один из авторов, Алихан Костоев, дал короткий заголовок «О судьбе ингушского народа».
В связи с многочисленными заявлениями полковника Р. Плиева о мужестве своего отца Султана Плиева в ингуш­ском национальном движении небезынтересен нижеследую­щий документ, который я привожу полностью:
«Протокол № 54 Заседания бюро
Чечено-Ингушского обкома КПСС
24 июня 1988 г. Окончание: 24 июня 1988 г.
Начало:
Аппеляция к XIX Всесоюзной конференции КПСС т. Плиева Сул­тана Хадисовича (состоял членом КПСС с декабря 1947 года по август 1973 года, партбилет №06259492).
(Доклад т. Емельянова В. И. Присутствовал т. Плиев С. X.)
6 марта 1973 года первичная парторганизация райисполкома, 19 марта 1973 года бюро райкома КПСС, 24 августа 1973 года пленум Сунженского райкома партии исключили т. Плиева С. X. из членов КПСС за националистические и антипартийные дей­ствия, выразившиеся в составлении коллективных писем, напра­вленных на подрыв дружбы народов и извращающих советскую действительность.
Рассмотрев по поручению КПК при ЦК КПСС апелляцию к XIX Всесоюзной конференции КПСС, бюро обкома КПСС поста­новляет:
Учитывая, что т. Плиев С. X. свои ошибки признает, критиче­ски оценивает содержание подписанных им коллективных писем и осуждает их вредность, в настоящее время характеризуется положительно, восстановить его в члены КПСС с декабря 1947 года с перерывом в партийном стаже с августа 1973 года по июнь 1988 года.
Сунженскому райкому КПСС выдать т. Плиеву С. X. партий­ный билет».
Я не стану комментировать этот документ. Только хоте­лось бы сказать коротко вот о чем. 22 июня 1988 г. меня вызвали к председателю парткомиссии Чечено-Ингушского обкома КПСС Н. М. Чиж, где мне предложили осудить кол­лективные письма ингушей, январские события 1973 года и митинг ингушей в г. Грозном, и тогда партия смилостивится и восстановит меня в своих рядах. Я отказался. Это был мой пятый отказ с 1973 года.
Уже уходя из обкома, в коридоре я встретил С. X. Плиева вместе со своим младшим сыном Алисханом, ныне здравствующим экс-мэром Сунженского района ИР. Я рассказал им о своем отказе осудить ингушские события и письма, которые мы с Султаном Хадисовичем и нашими товарищами по борьбе подписали, и сказал ему, что мы оба уже в том возрасте, когда поздно менять свои убеждения, тем более предавать интересы народа ради партбилета. Не получив вразумительного ответа, я, попрощавшись, ушел.
10 июля 1988 года газета «Грозненский рабочий», смакуя факты, сообщила о восстановлении в партии С. X. Плиева и отказе в апелляции к XIX Всесоюзной партконференции А. М. Газдиеву.
Я хорошо знал, как восстанавливают в партии, и это мне дало право заявить в своем докладе «О социально-политиче­ском положении ингушского народа» перед делегатами и гостями II съезда ингушского народа 9 сентября 1989 г.:
«В 1973 году были исключены из партии целый ряд ком­мунистов ингушской национальности, и главную инициативу в этой антиингушской деятельности проявил секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС X. X. Боков (ныне зам­министра по делам национальностей и региональной поли­тики РФ и главный редактор журнала «Жизнь национально­стей».— Б. К.). Позже часть из них была восстановлена в рядах КПСС с перерывом в партстаже, но предварительно у них вырвали признание своих «ошибок». А те, кто не при­знал себя виновным, то есть не признал правильным суще­ствующее положение ингушского народа, до сих пор не вос­становлены в партии».
Это была чистейшая правда, как и то, что я не хотел называть на съезде имена своих товарищей, восстановлен­ных в партии после признания ими своих «ошибок».
Ничего этого не понял выступивший на этом съезде полковник Руслан Плиев, начальник политотдела воинской части в Ворошиловграде. Не понял и сегодня.
Да, я знаю, кто подличал в ингушском движении и кто занимается этим в наши дни. В одном полковник Р. Плиев может быть спокоен: правду ингушскому народу я скажу, невзирая на лица и родственные отношения. Я думаю, что готовящиеся к печати материалы по ингушскому движению умерят пыл полковника Р. Плиева и иже с ними.
Как и генерал Р. Аушев, полковник Р. Плиев продол­жает сегодня клеветать на членов Народного Совета Ингу­шетии. Теперь он уже выступает даже в роли обкомовского функционера КПСС, походя обвиняя и ислам во всех ингушских бедах все в той же антиингушской газете «Правда» за 29 сентября 1994 г. в своем пространном интервью под заголов­ком «Докажи раскаяние милостью», которое он дал Любови Пятилетовой. Но у него не хватило мужества сказать читате­лям правду о сегодняшней трагедии ингушского народа. Говоря его же словами, полковника не хватило даже на «пустую амбразуру, откуда не строчит пулемет».
Хотелось бы напомнить чересчур хвастливому полков­нику мудрую русскую пословицу: «Ври, да знай же меру!». Глава Администрации Президента ИР Р. Плиев после разбо­рок с генералом Р. Аушевым, не имеющих никакого отно­шения к решению ингушских проблем, отстранен от должно­сти вместе со своим братом А. Плиевым, главой администра­ции Сунженского района. Теперь они, надо полагать, активно «включатся», как в свое время и их отец, в решение проблем ингушского народа. Конечно, ссора двух «афган­цев», повязанных одной веревкой, не могла длиться долго. Р. Плиева генерал Р. Аушев без труда 20 июля 1995 года протащил председателем ингушского парламента вместо недостаточно преклоняющегося М. Султыгова, а ранее, 11 июля, сделал членом совместной осетино-ингушской рабо­чей комиссии по распродаже ингушских территорий. Сло­вом, ингуши «приобрели» с помощью генерала Р. Аушева четвертого спикера Национального Собрания Ингушетии, чтобы окончательно похоронить нерешенный Ингушский вопрос.
Во всех высказываниях Р. Аушева красной нитью прохо­дит идея отказа от Пригородного района, по сути дела, пре­дание забвению интересов ингушского народа, что наглядно показало «Соглашение о мерах по комплексному решению проблемы беженцев и вынужденных переселенцев на терри­ториях Ингушской Республики и Северо-Осетинской ССР», подписанное в г. Кисловодске 20 марта 1993 года.
Р. Аушев пошел на подмену Постановления VII съезда народных депутатов ВС РФ, которым было решено вернуть ингушей в места их традиционного проживания без всяких предварительных условий. Этим соглашением генерал Р. Аушев полностью проигнорировал интересы своего народа, особенно депортированных ингушей, определяя им ингушские резервации там, где укажут осетины. Правда, в Соглашении это называется «расселением их в согласованных (с осетинами.— Б. К.) местах компактного прожива­ния». Не могут вернуться в свои дома ингуши, если по состоянию на 31 октября 1992 года они не имеют прописку в Северной Осетии, а таких ингушей более 36 тысяч. Каждый ингуш, возвращающийся в свой разрушенный осетинами дом, должен иметь документально подтвержденное право жить в своем очаге. Таких ингушей из почти 70 тысяч у В. Лозового набралось 15 тысяч. Если же ты защищал соб­ственный дом и семью от осетинских боевиков, грабителей, насильников, то лишаешься права вернуться домой. Вину ингуша определяет не суд, а команда А. Галазова.
Почему до сих пор не выявлены и не преданы суду глав­ные организаторы и исполнители этой чудовищной антиин­гушской акции, этого очередного геноцида? Почему не дана объективная политическая оценка этим событиям? Почему преданы забвению российские законы на российской терри­тории? Вот кардинальные вопросы, на которые руководство России обязано дать ответы. Мировая практика современно­сти не знает подобного цинизма в области прав человека.
В дополнение к Соглашению в Кисловодске советский генерал Р. Аушев в роли Президента ИР принял участие в совещании руководителей республик, краев и областей Северного Кавказа в г. Нальчике 7 декабря 1993 г. под пред­седательством Президента Российской Федерации Б. Н. Ель­цина. Документы, принятые на совещании в г. Нальчике, единогласно, четко говорят об отказе ингушской стороны от Пригородного района и от изменения существующих границ между субъектами Российской Федерации без согласия на это самих субъектов, отмене статей 3 и 6 Закона Российской Федерации «О реабилитации репрессированных народов».
Без единого замечания генерал Р. Аушев и бывший спи­кер кукольного парламента М. Келигов подписали «Договор об общественном согласии» 28 апреля 1994 года в Кремле, как будто решены все вопросы, связанные с ингушской тра­гедией, что нельзя расценивать иначе как очередное пренеб­режение ингушскими интересами.
Герой афганской бойни, генерал Р. Аушев безропотно принял все унизительные для ингушей условия гекачеписта А. Галазова, презрев интересы собственного народа, Ингушской Республики, для образования которой он вместе со своей командой палец о палец не ударил. Ингушам сего­дня навязали осетинский вариант Брестского мира, но без перспективы вернуть свои земли. Указ № 2131 Президента Российской Федерации по итогам Нальчикского совещания от 13 декабря 1993 года «О возвращении и расселении беженцев и вынужденных переселенцев в места их прежнего ком­пактного проживания в населенные пункты Чермен, Донга-рон, Дачное, Куртат Пригородного района» не меняет поло­жения. Кстати, и этот Указ В. Лозовой, как и следовало ожидать, до сих пор не выполнил, идя на поводу А. Галазова, как и генерал Р. Аушев.
Следует отметить, что в этом Указе не определены вре­менные рамки возвращения ингушских беженцев в свои села Пригородного района, а судьба ингушей из г. Владикавказа вообще неизвестна. Подтверждать статус Пригородного рай­она как территории, находящейся в составе Республики Северная Осетия, при никем не отмененном Законе «О реа­билитации репрессированных народов», следовало лишь вре­менно. Те, кто готовил Указ, пользуясь чрезвычайной загру­женностью Президента РФ, сделали свою черную работу не только против ингушей, но и против Президента, придав этому Указу характер антиингушской направленности.
Подписанный этими тремя господами 26 июня 1994 года в г. Беслане «Порядок возвращения и расселения беженцев и вынужденных переселенцев в места их прежнего компа­ктного проживания в населенных пунктах Чермен, Донга-рон, Дачное, Куртат Пригородного района Республики Северная Осетия» всего лишь очередная ширма для обмана мировой общественности, так же как и совместное Заявле­ние Президента РСО А. Галазова и Президента ИР Р. Ау­шева, подписанное в г. Беслане 24 сентября 1994 г., о необ­ходимости «заключения полномасштабного Договора о дружбе и сотрудничестве между Республикой Северная Осе­тия и Республикой Ингушетия (Ингушской Республикой)», что само по себе является откровенной издевкой над ингу­шами.
Прошедшие в РСО торжества в связи с 220-летием добро­вольного вхождения Осетии в состав России и 210-летием со дня основания г. Владикавказа, возникшего на исторически исконных ингушских землях, дали понять всем кавказским народам, что владеть Кавказом с помощью российских шты­ков хотят осетины, подтвердили лишний раз цинизм новой демократии по отношению к ингушам. А. Галазов торже­ственно открыл даже аллею «героев», погибших в антиин­гушской войне.
Характерно, что в эти же дни генерал Р. Аушев запретил ингушским беженцам отмечать вторую годовщину памяти погибших в результате этнической чистки, но тут же органи­зовал грандиозное празднование дня ангела — сорокалетие собственного дня рождения с дорогими подношениями, грандиозной пьянкой, музыкой, частушками в исполнении пля­шущего Президента ИР. Сотни миллионов рублей затратила власть Ингушетии на организацию и проведение этого постыдного балагана рядом с братскими могилами погибших безвинно в 1992 г. ингушей — женщин, стариков, детей. И пусть сами ингуши ответят теперь на вопрос: «Есть ли у генерала Р. Аушева совесть или нет?» Даже императрица Екатерина Вторая, большая любительница увеселительных мероприятий, и та в своем постановлении «Как управлять государством» при оказании помощи терпящему бедствие народу высказалась однозначно: «Запретить празднества, увеселения, музыку». Но это генералу Р. Аушеву понять и прочувствовать не дано.
Ситуация в зоне осетино-ингушского конфликта удиви­тельно напоминает политический цирк. Посередине манежа с кнутом стоит Президент РСО А. Галазов, а по кругу бегают: впереди — Председатель Временного Госкомитета (ВГК) В. Лозовой, сзади него — Президент ИР Р. Аушев. Взмахом кнута А. Галазов отправляет В. Лозового и Р. Ау­шева за кулисы, изрядно поиграв с ними перед зрителем, до очередного представления. Так изо дня в день, из месяца в месяц идет самый страшный процесс привыкания ингушей к свершившейся трагедии.
Вот для таких «героических» подвигов ради так называе­мого спасения Отечества генерал Р. Аушев, пришедший к власти благодаря национальной трагедии, генералу от ВПК Г. Хиже и генералу от прокуратуры И. Костоеву и собрал свою команду из родственников и «афганцев». С помощью все того же «чрезвычайного съезда народов Ингушетии», то бишь партии Р. Аушева, Республике навязали еще одного генерала — «афганца» и компаньона генерала Р. Аушева по коммерческим делам, потомственного чекиста Бориса Ага­пова, но уже в качестве вице-президента ИР. Как заявил новоиспеченный вице-президент, он «прибыл в Ингушетию» «по зову сердца», имея за плечами богатый чекистский опыт (разведка и контрразведка): окончил Высшее погранучи-лище, Институт восточных языков при МГУ, восточный факультет Дальневосточного университета, Военную Ака­демию имени Фрунзе и даже успел выучить китайский язык, чтобы лучше знать... ингушей. О себе Б. Агапов говорит скромно: «Я могу быть здесь полезным»,— не уточняя, для кого и в чем. Ясно и так, для кого он будет полезен.
Бывшему шефу ФСК-ФСБ Сергею Степашину не было никакой необходимости создавать агентурную сеть на Север­ном Кавказе, как об этом сообщила Александра Луговская в
«Известиях» еще 17 мая 1994 года. Во всяком случае, такая агентурная сеть в Ингушетии из «матросов КГБ» прекрасно функционирует со своим резидентом, во главе с генерал-чекистом Б. Агаповым, прибывшим на Кавказ, как сказал поэт, «на ловлю счастья и чинов».
Становится не только смешно, но и грустно на душе, когда сей господин присутствует на религиозных праздниках или на мовлиде в тюбетейке, восседая на почетном месте, а наивные ингушские старцы предлагают чекисту Б. Агапову прочесть дуа (молитву), воздев руки к Аллаху, прося милость для ингушей. Прямо российский Лоуренс на Кав­казе. Правда, в отличие от английского гомосексуалиста Лоуренса Аравийского, принявшего ислам и в совершенстве владевшего арабским языком и знавшего Коран, наш, рос­сийский, ни черта лысого не понимает ни в арабском языке, ни в Коране. К тому же он и ислам не принимал. А зачем? Для ингушей и так сойдет.
Политические игры на народной беде продолжаются. Для отвлечения внимания от своих истинных целей генерал Р. Аушев в течение тридцати четырех месяцев продолжает систематически клеветать на членов Народного Совета Ингушетии, перед которыми он и его окружение испыты­вают и страх, и ненависть, ибо Народный Совет Ингушетии сегодня может и должен до конца отстоять интересы избрав­шего его народа. Именно поэтому, как отмечалось выше, армейская группировка Р. Аушева и запретила деятельность этого органа. Почти как в Гаити, но без американцев.
К этой недостойной для ингушского мужчины работе генерал Р. Аушев подключил и новоявленного «полито­лога», бывшего депутата РСО, бывшего комсомольского секретаря при ректоре Северо-Осетинского Госуниверси­тета А. Галазове, Якуба Патиева, ингуша-беженца, предва­рительно устроив его на работу в своей конторе. Интервью сего господина газете «Ингушетия» за 4 ноября 1994 года — блестящий образец раболепия перед своим бывшим шефом А. Галазовым. Походя облив грязью и Закон «О реабилита­ции репрессированных народов» и тех, кто добивался его принятия и образования Ингушской республики, «полито­лог» Я. Патиев пытается протащить пресловутую концеп­цию осетинских авторов о приоритетах рыночной эконо­мики, перед восстановлением территориальной целостности необоснованно репрессированных ингушей.
"Р. Аушеву оказался не нужным и парламент: «В Ингуше­тии нужна сильная (тейпа Аушевых.— Б. К.) власть». Для этого силовые структуры полностью поставлены под кон-троль Аушевых, так же как и все ведущие министерства, комитеты и банки (хотя мы этой Республики добивались для всего ингушского народа и представителей других нацио­нальностей, проживающих в Ингушетии). Собрав 21 апреля 1993 года в Москве ингушей из столичной диаспоры, генерал среди прочих ляпсусов выдал и такой: «У ингушей нет офи­церов. Я не виноват, что среди Аушевых оказалось много военных. Вот и приходится назначать в органы безопасно­сти, МВД Аушевых». Так что ингушские офицеры, у кото­рых фамилия не Аушев, пусть помалкивают.
Правда, спасая клан Аушевых у власти, генералу при­шлось пожертвовать двумя министрами-пенсионерами М. Аушевым и Б. Аушевым, полностью провалившими работу министерств безопасности и внутренних дел. Но это на время, чтобы успокоить народ. Тем более своих он заме­нил своими же, с солидным процентом кадровой русифика­ции... по линии КГБ.
В Ингушской Республике форсированно создается тейпо­вая карликовая республика генерала Р. Аушева, а это пря­мой путь к коррупции, взяточничеству, хищениям, круговой поруке, нарушению прав человека. К сожалению, этот «про­цесс уже пошел». Ингуши с горькой иронией говорят об «аушевизации» государственных структур и создании вместо Ингушской Республики «Республики Аушетия». Попытки академика Х.-М. Ибрагимбейли обелить создаваемую тейпо­вую Республику Аушевых, заявляя, что они между собою не родственники, выглядят неубедительными, как и его заявле­ние в газете «Сердало» за 10 августа 1994 года, что «автори­тету, решительности, энергии первого Президента Ингуше­тии нет альтернативы». Есть альтернатива! Это чекист, генерад-лейтенант Б. Агапов, для которого придумали должность вице-президента маленькой Ингушской Респуб­лики, фактически расположенной сегодня на назрановских огородах! К чести Х.-М. Ибрагимбейли следует отметить, что в последнее время он занял в Ингушском вопросе более объективную позицию, хотя знание им ингушской проблемы и истории ингушского движения оставляет желать лучшего. Следует отметить как весьма отрадное явление его резко критическое отношение к осетино-ингушскому Соглашению от 11 июля 1995 г., по которому генерал Р. Аушев уступил осетинской стороне все аннексированные в годы репрессий ингушские территории.
Генерал Р. Аушев из своих родственников и близких дру­зей создал группировку с четко очерченной армейской струк­турой, которую обслуживают вспомогательные фигуры из его же окружения. Если в свое время действовавшая в Чечено-Ингушетии мощная группировка С. Апряткина при ущемлении прав чеченцев и ингушей соблюдала внешние формы объективности партноменклатуры, то группировка Р. Аушева в своих властных устремлениях действует по отношению к ингушам с армейской прямотой и бесцеремон­ностью.
Характерным для Р. Аушева является очередное интер­вью, которое он дал 21 мая 1993 года «Вестнику В А» на территориях Северной Осетии и Ингушетии под заголовком «Мы не имеем претензий к Северной Осетии». На провока­ционный вопрос корреспондента А. Степанова: «Где живут и чем занимаются «вдохновители» ингушского народа — Бога­тырев, Сейнароев, Куштов?» генерал ответил: «Они не живут в Ингушетии и стараются не появляться перед людьми. Опасаясь, видимо, резонного вопроса: «Зачем вы толкнули нас на этот конфликт?» Чтобы читатели поняли, зачем лукавит генерал Р. Аушев, сообщу правду о назван­ных им людях. Бывший народный депутат РФ Б. Богатырев до октябрьских событий 1993 г. работал в Москве на посто­янной основе, являясь членом Комиссии по законодательству ВС РФ. Сегодня живет среди ингушей. Во время штурма Грозного российскими войсками 31 декабря 1994 г. Б. Бога­тырев был тяжело ранен, четыре месяца пробыл в больнице, квартиру его доблестные солдаты и офицеры российской армии до основания обчистили, он в настоящее время нахо­дится в Москве, пытаясь в отличие от генерала Р. Аушева добиться справедливого решения Ингушского вопроса, не будучи к тому же депутатом Федерального Собрания. Есть ингушам сегодня над чем призадуматься!
Сейнароев живет в трех минутах ходьбы от мэрии Сун­женского района ИР. К сожалению, он серьезно виноват в том, что без ведома Народного Совета Ингушетии

0

3

13 января 1993 года опубликовал в газете «Сердало» Заявление об отставке с поста председателя Совета, чем немало помог укреплению армейского, антидемократического режима генерала Р. Аушева в Ингушетии, фактически играл на нескольких фронтах, предал ингушское народное движение, так и не сумев освободиться от своих непомерно раздутых амбиций. Он дошел до того, что вопреки решению Народ­ного Совета Ингушетии вместо Б. Богатырева на посту главы ингушской администрации втайне от всех сделал пись­менное представление на себя.
Куштов — безработный, бездомный, депортированный ингуш из Пригородного района. Дом его сожжен, все имущество разграблено осетинами, родной брат убит. В момент, когда Р. Аушев давал свое пресловутое интервью, Куштов лежал на операционном столе в одной из грозненских боль­ниц. Вот такова правда.
И то, что 8 июня 1994 года Р. Аушев повторил в «Литера­турной газете» этот свой ложный тезис, наводит на мысль — генерал свою задачу видит в отвлечении внимания обще­ственности от истинных виновников ингушской трагедии, набрасываясь на ни в чем невинный и запрещенный им Народный Совет Ингушетии. Правда, ведя клеветническую кампанию против Народного Совета, на своем «съезде» 27 августа 1994 года в докладе «О политической ситуации» Р. Аушев вынужден был признать, что агрессию против ингушей в 1992 году в РСО все же развязали осетинские реакционные круги, а не члены Народного Совета Ингуше­тии. Для господ аушевых, патиевых и иже с ними,'клевещу­щих до сих пор на членов Народного Совета Ингушетии, хочу напомнить весьма примечательный факт. 4 июня 1992 го­да, в день принятия Закона «Об образовании Ингушской Республики», первый заместитель Председателя ВС РФ и нынешний глава Администрации Президента РФ Сергей Филатов сказал: «Ингушские лидеры не сделали ни одной ошибки на пути восстановления государственности своего народа. Они действовали в высшей степени грамотно, кон­кретно в рамках парламентской и дипломатической этики и российских законов, а потому им нельзя было отказать. Я восхищен манерами поведения этих людей. Ингуши могут гордиться своими лидерами». А вот после чеченской бойни некоторым новоявленным ингушским лидерам придется дер­жать ответ за свою сепаратистскую деятельность накануне осетино-ингушского конфликта и в период чеченской войны.
Размышляя о до невероятности трагическом положении ингушского народа на конец 1993 — 1994 годов и предвыбор­ных и послевыборных фальсификациях, допущенных ингуш­ской администрацией, невольно «спотыкаешься» о казус «мадам Момджан».
А дело в том, что доселе совершенно неведомая ингуш­скому народу, абсолютно ни в чем и никогда не проявившая себя в деле разрешения ингушской проблемы и не подающая никаких надежд на сколько-нибудь плодотворную работу в этом направлении мадам оказалась «избранницей» ингуш­ского народа в российский парламент. Чисто по Крылову — «совсем без драки попала в большие забияки».
Почему и как это произошло? Почему ей удалось на вираже выборной трассы обойти 13 конкурентов-ингушей?
Причем многие из этих конкурентов по многу лет участво­вали в ингушском национальном движении, а некоторые из них внесли значительный вклад в разрешение проблемы образования Ингушской Республики. Кем и за какие заслуги была выдвинута ее кандидатура? По какому признаку? Кому, наконец, это было нужно? В чьих интересах была провернута эта весьма сомнительного свойства комбинация? Пока обо всем этом приходится только гадать. Но ведь изве­стно, что все тайное со временем становится явным.
Сейчас же этот факт вполне заслуживает того, чтобы предложить Республике основательно поразмыслить над ним.
Ведь, в самом деле, если в обществе двух безальтерна­тивно избранных в Федеральное Собрание генералов Р. Ау­шева и hj Костоева должна была быть одна женщина, то почему эта женщина должна быть женой третьего генерала, которому калмыцкий народ на пост Президента предпочел предпринимателя Кирсана Илюмжинова? Неужели же среди ингушских женщин нет ни одной, способной достойно пред­ставлять свой народ в российском парламенте? Конечно же, есть! Но ради своих меркантильных интересов генерал Р. Аушев оскорбил всех ингушских женщин. Я не имею здесь ввиду отдельных ингушских политдам, вертящихся вокруг генерала Р. Аушева, имена которых от Москвы до Назрани хорошо известны, и ничего общего не имеющих с величавостью истинной ингушской женщины.
Впрочем, разгадку «феномена» мадам Момджан дает нам ее доверенное лицо — министр юстиции ИР М. Дзагиев, зая­вляя печатно, что Александра Васильевна Момджан — жена генерала Валерия Очирова, друга и соратника нашего Пре­зидента Р. Аушева. Веские основания стать депутатом Гос­думы от Ингушетии!
Скажем прямо: выборы депутатов в Совет Федерации и Госдуму генерал Р. Аушев превратил в свою вотчину. Гене­ралов в Совет Федерации, генеральшу в Госдуму, выдавая в день выборов гуманитарную помощь ингушским беженцам как заслугу Момджан.
Приведем и другие факты. 12 декабря 1993 года мадам Момджан добивается «избрания», а следом ее муж подает в отставку с поста заместителя главы Временной Администра­ции в зоне осетино-ингушского конфликта. Причем отставка мотивируется этическими соображениями. Он, видите ли, не может занимать этот пост исключительно в связи с тем, что его супруга взяла на себя обязательства защищать интересы ингушского народа. Глава В А Лозовой 27 декабря принимает отставку В. Очирова. Какая трогательная семейная жертвенность! Какое трогательное служение бедствующему народу!
Заявляя избирателям накануне выборов, что нужно решить проблему южных осетин (не тех ли, кто глумился над мирным ингушским населением в октябре — ноябре 1992 го­да), которых притесняет Грузия, мадам Момджан даже не задумывалась над тем, что она вмешивается во внутренние дела суверенного государства.
Следует сказать и вот о чем. Сегодня госпожа Момджан-Очирова не желает из-за ингушей, своих избирателей, портить отношения с осетинскими депутатами в Госдуме и в первую очередь с Александром Дзасоховым. Эта тот самый Дзасохов, который с бывшим премьер-министром РСО, ныне замминистра МЧС РФ Сергеем Хетагуройым летал в Цхинвали за несколько дней до начала кровавой депортации ингушей из Пригородного района и уговаривал Олега Тезиева, этого, по выражению «Новой ежедневной газеты», «премьер-министра с большой дороги», защитить осетин от ингушей. Депутат Госдумы от ИР Момджан-Очирова отказа­лась даже принять от ингушских женщин Заявление на имя руководства России, в котором они говорили о.бедах ингу­шей и, попросту говоря, плюнула в лицо своим избирателям.
Работая в Госдуме уже два года, мадам Момджан-Очи­рова не поставила ни один принципиальный вопрос, касаю­щийся ингушской проблемы, и занимается своими личными делами, разъезжая по странам мира, а ее покровитель — генерал Р. Аушев — не перестает расхваливать сию даму перед ингушами на все лады, прекрасно зная, что он обманы­вает своих доверчивых избирателей.
Ингуши не только потеряли единственное депутатское место в Госдуме, а подарили это место благодаря генералу Аушеву Северной Осетии, ибо мадам Момджан-Очирова стала фактически выразителем осетинских интересов в Гос­думе. Нужен ли ингушскому народу сегодня, с позволения сказать, такой депутат Госдумы, этот национальный позор? Думаю, ответ здесь может быть только однозначным — нет! Ее не только нужно было срочно отозвать независимо от оставшегося срока, но и спросить с тех, кто сфальсифициро­вал избрание этой госпожи в Госдуму и прежде всего с гене­рала Р. Аушева, от которого как депутата Совета Федера­ции ингушам нет абсолютно никакого толка.
Следует отметить, что депутат Совета Федерации Р. Аушев больше занят подсиживанием другого нашего депутата, И. Костоева, нежели решением ингушской проблемы. Последний тоже не остается в долгу и платит генералу Р. Аушеву взаимностью. В итоге — в лице трех своих депу­татов в Федеральном Собрании Ингушетия взамен решения Ингушского вопроса получила сегодня жирный парламент­ский кукиш.
Прошедшие новые выборы Президента и первого Парла­мента Ингушетии на основе, ущемляющей гражданские права прежде всего ингушей, этих палестинцев СНГ, есть не что иное, как очередное издевательство над ингушами в угоду группировке Р. Аушева с очередной фальсификацией итогов выборов все того же председателя избиркома ИР Б. Талдиева из тейпа Аушевых и министра юстиции ИР М. Дзагиева, автора положения о выборах в Ингушский пар­ламент с установлением возрастного и образовательного цензов, чего не знает современная парламентская практика мирового сообщества. Но именно такой авантюрист, с юри­дическим уклоном, способный на любую ложь ради патрона, вполне устраивает сегодня генерала Р. Аушева.
При всех своих, постыдных для честного генерала, подта­совках и фальсификациях выборов в Ингушской Республике Р. Аушев без тени смущения в «Независимой газете» за 27 января 1995 года заявляет: «У нас, всех граждан России, есть еще возможность спастись — это сделать шаг на выбо­рах и выбрать тех людей, которые смогут вернуть нам и стране самоуважение.
Будем анализировать, чем кандидат раньше занимался, что говорил и что делал, с кем был заодно и как вел себя в драматические моменты. Другого не остается». Как видим, политический цинизм генерала Р. Аушева не знает границ!
Нелишне здесь отметить и следующий весьма примеча­тельный факт. Политический советник генерала Р. Аушева и профессор марксистско-ленинской философии М. Кели-гов, автор проекта Конституции ИР, угодной генералу, ста­новится первым спикером карманного парламента Р. Ау­шева. Однако он был тут же отстранен со своего поста по настоянию правителя Ингушетии. В надежде остаться в истории «отец» ингушской Конституции влип в историю. Вслед за ним генерал 20 мая 1994 года с помощью милиции разогнал и весь парламент, подтвердив ранее сделанное им заявление о нецелесообразности иметь в Ингушетии пред­ставительный орган. Впрочем, генералу Р. Аушеву не нужна и Конституция. Зачем? Когда есть Устав караульной службы. Правда, генерал вскоре сменил гнев на милость и, заменив нового спикера Висан-Гирея Гагиева Магомедом Султыговым, разрешил депутатам Национального Собрания «творить» на законодательной ниве до нового, очередного разгона. Однако спикер М. Султыгов, на все лады расхвали­вавший генерала Р. Аушева, тоже, как отмечалось выше, отстранен.
Ингушская Республика по самым животрепещущим вопросам жизни и деятельности находится в информацион­ном вакууме. Делается это главным образом для того, чтобы скрыть от народа неблаговидные дела группировки Р. Аушева. Вся печать, радио и телевидение Ингушетии генералом взяты под жесткий контроль. Придворные журна­листы стараются перещеголять друг друга, пытаясь угодить Р. Аушеву, в надежде получить дополнительную похлебку с генеральского стола за счет российских налогоплательщи­ков. Всякая критика антиингушских действий генерала в Рес­публике пресекается, печать ИР сегодня охаивает тех, кто десятилетиями боролся, чтобы создать Ингушскую Респуб­лику. К сожалению, среди раболепствующих журналистов есть даже бывшие члены Народного Совета Ингушетии и таким бесславным способом добывающие свой жалкий хлеб. Прямо как в 1973 году, когда эту грязную кампанию возглав­лял Чечено-Ингушский обком КПСС.
Даже небольшое интервью народного депутата РФ Б. Богатырева «Независимой газете» 30 июня 1993 года, где он подверг генерала Р. Аушева критике за целый ряд серьез­ных ошибок, вызвало переполох в стане Р. Аушева. Телеви­дение, радио, печать ИР организовали кампанию травли про­тив Б. Богатырева и его товарищей, не давая ему возможно­сти выступить в СМИ Ингушетии. Сегодня генерал Р. Аушев столько дров наломал в Республике, что можно это интервью смело отнести к разряду пророческих.
С сожалением приходится констатировать, что у ингуш­ских журналистов наблюдается катастрофический дефицит гражданского мужества, и искусственно созданный вокруг ингушской проблемы информационный вакуум прежде всего на их совести. Следует к этому добавить, что российские СМИ — одни искренне желая помочь Ингушетии, другие — специально запутывая Ингушский вопрос, — на все лады пре­возносят не существующие заслуги генерала-«афганца» Р. Аушева, чем наносят немало вреда, внося дополнительно путаницу в решение зашедшей в тупик ингушской проблемы и, по сути дела, льют воду на мельницу А. Галазова, которая и без этого хорошо крутится.
Еще на начальном этапе, видя свою неспособность решить ингушскую проблему, генерал Р. Аушев начал искать виновных в своей команде. Именно поэтому он
отправил в отставку все правительство ИР во главе с Р. Та-тиевым, предшественников которого он также полностью заменил.
Здесь прослеживаются две линии. Одна — попытка сва­лить свои неудачи на других, другая — избавиться от тех, кто не согласен с его курсом.
Работа правительства ИР во главе с Т. Дидиговым уже признана неудовлетворительной, которое в полном составе тоже отправлено в отставку. Сформировано новое прави­тельство во главе с М. Дидиговым, чтобы легче было им управлять при нависшей угрозе очередной отставки. Впро­чем, этого,:можно было и не делать, ибо в новом правитель­стве ИР нет ни одной фигуры, способной противостоять армейским.,,замашкам генерала Р. Аушева. Сменивший Т. Дидигов^ новый Председатель Правительства ИР М. Ди-дигов отличается от своего предшественника лишь меньшей компетентностью и большим раболепием перед генералом Р. Аушевым. Несмотря на старания М. Дидигова и его команды, отставка и этого правительства неизбежна. Что касается экономических «экспериментов» нового Прави­тельства Ингушетии, то это тема отдельного, особого разго­вора. Хотелось бы только заметить, что говорить о нормаль­ном функционировании экономики, в том числе и зоны эко­номического благоприятствования «Ингушетия», без поли­тического решения Ингушского вопроса, с четко очерчен­ными границами Ингушской Республики, нереально.
А заявление Президента ИР Р. Аушева в ноябре 1994 г. на пресс-конференции перед журналистами, что мы «за 2—3 года превратим Ингушетию в недотационную республику»,— всего лишь генеральская байка человека, не имеющего эле­ментарных познаний ни в экономике, ни в промышленности, ни тем более в сельском хозяйстве и постоянно путающего армейскую халяву с рыночной экономикой. К сожалению, как и следовало ожидать, из-за «экономических» экспери­ментов генерала Р. Аушева действие зоны экономического благоприятствования «Ингушетия» постановлением Прави­тельства РФ за № 460 от 17 мая 1995 года приостановлено, по-видимому, с последующим закрытием, хотя оплаченная в СМИ реклама зоны продолжается. Советский генерал Р. Аушев, пытаясь оправдать свое добровольное участие в оккупации Советской Армией Афганистана по уничтоже­нию ни в чем не повинного афганского народа, в междуна­родной газете «Человек и право», № 1 за 1993 год, дошел до того, что борьбу против испанских фашистов и грязную войну в Афганистане, развязанную кликой Брежнева, поста-
38
вил на одну доску: «Я не согласен с тем, что интернациона­лизма не было. Был у нас интернационализм. Почему мы должны от него отказываться? Когда я добровольно (два­жды.— Б. К.) ехал в Афганистан, то сознавал свой интерна­циональный долг. Участвуя в боевых действиях, я сражался не против афганского народа, не против мирного населения, а против тех бандформирований, которые мешали людям нормально жить. А разве не ездили советские люди в Испа­нию защищать свободу от фашистов?» Терминология, хорошо известная читателю в наши дни благодаря армей­скому сленгу воюющих в Чечне российских генералов.
Российские парни, гибнущие на таджикско^фганской границе сегодня,— это отзвуки «интернационального» долга, с блеском исполненного советским генералом Р. Ау­шевым в Афганистане, куда его никто не звал. Еще долгие годы нам всем придется расхлебывать эту грязную бойню против ни в чем не повинного афганского народа.
Даже бывший заместитель заведующего Международ­ным отделом ЦК КПСС Андрей Грачев и тот в № 8 «Совер­шенно секретно» за 1994 год признался: «Я бы поставил афганскую авантюру в один ряд с унизительным пораже­нием царской 'России в войне с Японией в начале века. Тогда результатом проигранной войны стала стремительная радикализация социального и политического положения в стране, приведшая в течение 12 лет к трем революциям, краху царского режима и крушению исторического Россий­ского государства.
Нечто подобное произошло и после Афганистана. Рож­дественская «афганская война» Брежнева обернулась вои­стину худшим из преступлений — ошибкой. Анемичный, едва державшийся на ногах режим просто не мог ее себе позволить и... надорвался».
А генерал Р. Аушев все еще продолжает бахвалиться своим «героизмом» в Афганистане. Уже в дни Чеченской войны, 21 января 1995 года, генерал Р. Аушев хвастливо заявляет в «Московском комсомольце»: «Своими руками я убил двадцать моджахедов». Благодаря вот таким «героям», как Р. Аушев, вполне мирные и дружественные до ввода печально известного «ограниченного контингента советских войск» афганцы ныне превратились во внушительную и враж­дебную России военную силу, медленно, но уверенно продви­гаясь по территории бывшего СССР. Сегодня афганские мод­жахеды появились уже на Северном Кавказе. И невдомек
39
ингушам, что с таким национальным лидером, презревшим высоконравственные постулаты ислама, нечего им делать в мусульманском мире, ибо ни одно государство мусульман­ское не захочет иметь нормальные отношения с Республи­кой, во главе которой стоит генерал, совершивший геноцид над их единоверцами — афганцами. Есть над чем призаду­маться ингушскому народу, если он верит Аллаху, пророку Мухаммеду, да благословит его Аллах и приветствует, и своим устазам, и если он способен покаяться перед Всевыш­ним и афганским народом за тяжкие грехи своего Прези­дента, выразить ему всеобщее недоверие и общенациональ­ный импичмент. Может, тогда Всевышний повернется лицом к ингушскому народу. Говоря о покаянии перед афган­ским народом, на которое оказался неспособен генерал Р. Аушев, формально даже являющийся мусульманином, нельзя не сказать о высоком благородстве и нравственной чистоте другого советского офицера, воевавшего в Афгани­стане и в знак покаяния перед всеми мусульманами приняв­шего ислам, совершившего хадж в Мекку и даже имеющего религиозный сан правоверного. Этот удивительный чело­век — алмаатинец Олег Рубец.
Занятые своими личными делами, новоявленные ингуш­ские правители забыли проблему почти 70 тысяч ингушских депортантов, официально именуемых беженцами, и судьбу заложников, о которых до сих пор ничего не известно. Правда, ими весьма успешно спекулируют на различных переговорах, выборных кампаниях, при получении гумани­тарной-помощи и даже при сборе средств на различных теле­марафонах. До чего ж армейская голь на выдумки хитра!
Видимо, пытаясь угодить А. Галазову, генерал Р. Аушев своим Указом образовал новый Джейрахский район, оторвав Джейрахское ущелье от Назрановского района и закрепив тем самым ингушский Пригородный район, расположенный между Назранью и Джейрахским ущельем, за Северной Осе­тией. В благодарность за верную службу генералу в Назра-новском районе заложили булыжник на месте будущей мифической столицы Ингушской республики. А Галазов даже обещал и помощь. На самом же деле там столицу едва ли построят, но сотни миллиардов рублей из российского бюджета за счет российских же налогоплательщиков уйдут далеко не по назначению. Но и этих денег для новой столицы ингушам теперь, после разрушенного Грозного, не видать как своих ушей, ибо две столицы не под силу поднять даже российскому бюджету.
Что касается пресмыкающейся перед «афганским» гене-
40
ралом Р. Аушевым ингушской прессы, то она организовала самую широкую кампанию, как назвать эту самую ингуш­скую «столицу». Предложения сыпались как из рога изоби­лия. Аушевы без ложной скромности предлагали назвать столицу именем Руслана Аушева.
Однако всех в стремлении выслужиться перед генералом превзошел Суламбек Котиев, «режиссер-журналист ТВ, политолог», как он себя именует в своей публикации в газете «Сердало» за 18 мая 1994 года. Предлагая название будущей «столицы» Ингушетии, «режиссер-журналист ТВ, полито­лог» пишет дословно следующее: «Руслан-Аре» -- Русла-ново поле. Поле Руслана Аушева — первого Президента Ингушетии, действительно начиналось отсюда, с этих про­стор, т. к. предки его жили рядом с будущей столицей с незапамятных времен. И сегодня Аушевы в Сурхохах соста­вляют большинство.
Любимец россиян, легендарный герой, блистательный генерал и просто добрый, красивый человек, обаяние, чело­вечность, честность, мужество и стойкость которого при­знаны всемирно и всенародно. Он при жизни занял достой­ное место на подиуме российского Олимпа великих людей XX века. Вспомним. В первые же часы ингушской трагедии 1992 года он появился как молния (Р. Аушев прибыл на тре­тий день конфликта вечером.— Б. К.) в черной ночи и зас­веркал над Кавказом, чтобы высветить врага и показать его миру. Он взвалил на свои плечи муки и страдания истерзан­ного ингушского народа в самый критический момент его очередной трагедии. Он поднял его дух неистребимый на дыбы.
Дух — верхом на коне! — сказал он ингушам. — Разве и не такое видали предки наши! Измученные горем люди на гла­зах выпрямлялись, поднимая головы к Солнцу и только росинки слез искрились на непокоренных лицах ингушей. Битва за Солнце продолжается. Впереди — Руслан Аушев. А это значит — мы победим».
Для вящей убедительности мы сохранили стиль и пун­ктуацию сего господина, утверждающего к тому же на стра­ницах чеченской газеты «Свобода» за 22—28 июля 1994 года, что он 50 лет занимается проблемой репрессированных ингу­шей. Спешим уведомить читателей, что С. Котиев не зани­мался судьбой репрессированных ни один день, никогда не входил в ингушское народное движение. В каком движении находился «режиссер-журналист ТВ, политолог», ему лучше знать самому. Относительно названия будущей «столицы» Ингушетии могу сказать, что зря старался господин С. Ко-
41
тиев. Как сообщила газета «Сердало» 31 августа 1994 года на прошедшем 27 августа 1994 года «очередном съезде народа Ингушетии», то есть открытом «пленуме» партии генерала Р. Аушева, она будет называться Магас, а может, и Этруск, как предложил нам это название «столицы» ИР М. Ахиль-гов, зять бывшего главы Администрации Президента и нынешнего спикера парламента Р. Плиева.
Генерал Р. Аушев до сих пор вообще не ставит вопрос о границах вновь созданного государственного образования — Ингушской Республики, название которой без всякого согла­сия и воли народа самочинно изменил на «Республику Ингу­шетия» своим Указом от 3 декабря 1993 года. Даже В. Лозо­вой в своем.интервью в «Российских вестях» за 5 июля 1995 го­да отметил: «Ингушетия, как это ни парадоксально, остается единственным субъектом Российской Федерации без призна­нных границ», характеризуя это положение как ненор­мальное. ,
Более того, в определении границ ИР, входящей в состав Российской Федерации, российская сторона согласно ст. 2 Договора между Чеченской Республикой и Ингушской Рес­публикой «О принципах определения границ их территорий» не может быть допущена не только как участник, но даже в качестве посредника. Как генерал Р. Аушев собирается (собирается ли вообще?) решить важнейший вопрос вновь образованной ИР — определение ее границ, один Аллах ве­дает.
Безоговорочно уступая А. Галазову одну позицию за дру­гой, Р. Аушев свел на нет ту огромную созидательную работу по восстановлению прав репрессированного ингуш­ского народа, которую в течение десятков лет вели его луч­шие сыны и дочери.
К своей пятьдесят первой годовщине национальной тра­гедии 23 февраля 1944 года, не без помощи нынешнего руко­водства ИР, ингуши пришли обобранными до нитки со всех сторон, подойдя к пропасти, за которой — новая националь­ная трегедия.
Все действия генерала Р. Аушева приводят к неизбеж­ному выводу: его основная задача не допустить существова­ния Ингушской Республики в ее исторических границах, сохранить ингушские территории, аннексированные Стали­ным в пользу осетин в составе Северной Осетии, удовлетво­рив все незаконные притязания соседей к ингушам. Он оди­наково устраивает всех противников справедливого решения Ингушского вопроса. Все противоречия на Северном Кав­казе сегодня определенные круги пытаются решить за счет
42
ингушей, предварительно сломив их волю и доведя до от­чаяния.
Подписав целый пакет документов антиингушской
направленности, генерал Р. Аушев оказался как политик у
разбитого корыта, а его показное возмущение бесприн­
ципностью Временного Госкомитета в зоне осетино-
ингушского конфликта всего лишь пустой звук перед
ингушами, депортированными из Северной Осетии, кото­
рых генерал перед захватом власти, по разработанному в
Москве сценарию, обещал вернуть в течение двух меся­
цев. Но это не мешает генералу на страницах «Литератур­
ной газеты» за 8.VI. 1994 г. делать очередное лживое зая­
вление: «Я никому никаких обещаний не давал, даже
когда баллотировался в президенты». •,
Совершенно не зная для чего, генерал Р. Аушев в течение двух лет добивался от российских властей отмены чрезвычайного положения в зоне осетино-ингушского кон­фликта, и наконец ему пошли навстречу. Ситуация после вывода войск МВД РФ, как и следовало ожидать, по вине осетинской стороны резко осложнилась. Теперь ингуш­ское руководство снова жалуется Президенту РФ и стало просить срочно ввести в Пригородный район подразделе­ния МВД России. Думаю, что, прежде чем будет удовле­творена эта просьба, генералу Р. Аушеву, как полностью обанкротившемуся политику, следует уйти в отставку и перестать морочить голову всему ингушскому народу.
К сожалению, сегодня занял явную антиингушскую позицию один из разработчиков Закона «О реабилитации репрессированных народов» лидер ПРЕС, депутат Госдумы и «казачий» полковник Сергей Шахрай, опубликовавший 23 марта 1994 года в «Независимой газете» свой имперский проект «Политической оценки Совета Безопасности РФ обстоятельств вооруженного конфликта на территориях Северо-Осетинской ССР и Ингушской Республики в октяб­ре—ноябре 1992 года». Этой публикацией бывший министр по делам национальностей и региональной политике РФ доказал свое абсолютное несоответствие занимаемому посту. И последовавшая за этим его отставка лишний раз подтвердила слова всемирно известного политолога, про­фессора Абдурахмана Авторханова о С. Шахрае: «Я не хочу гадать, какую цель преследовал Президент РФ, назна­чая такого неподходящего человека на неподходящее место в неподходящее время, но люди с такой шапкозакидатель-ской психологией причиняли России самые большие бед-
43
ствия». Своей непродуманной, неразумнрй идеологией С. Шахрай причинил немало бед и ингушам.
Что касается преемника С. Шахрая на посту шефа Мини­стерства по делам национальностей и региональной поли­тики Н. Егорова, то и он продемонстрировал лишь убываю­щий профессионализм и возрастающую некомпетентность в деятельности его сотрудников, в разрешении межнациональ­ных конфликтов, особенно на Кавказе. Даже С. Шахрая в развале межнациональных отношений на Северном Кавказе превзошел его преемник Н. Егоров, один из «полководцев» Чеченской войны, фактически превративший Миннац в министерство по делам агрессий и антинациональной поли­тики в России. Сей аника-воин, протрубивший на весь мир, что Грозный будет взят 5 января 1995 года мирным путем, ко всему еще является председателем Общественного совета по делам казачества при Президенте РФ, что само по себе уже нонсенс. Не стоит удивляться, если возглавлявшееся госпо­дином Н. Егоровым ведомство подготовит нам еще одну горячую точку в РФ, вдобавок к уже существующим в Север­ной Осетии, Ингушетии и Чечне, создавая новый плацдарм для ковровых бомбежек, разрушения городов и сел, с унич­тожением мирных граждан, руководимой П. Грачевым рос­сийской армией, хорошо подготовленной для такой «работы» в Чечне и Ингушетии.
Как сообщила газета «Вольная Кубань», обанкротив­шийся политик Н. Егоров в звании полковника намерен заключить с генералом П. Грачевым контракт и отпра­виться воевать против чеченцев. Вот кто у нас делал в России национальную политику, горькие плоды которой мы пожи­наем все! Самое удивительное — это то, что господин Н. Егоров до недавнего времени восседал в кресле вице-премьера РФ. С 17 августа он назначен помощником Прези­дента РФ по национальным вопросам. Словом, доверили козе капусту. Правовая и политическая оценка «Проекта», представленного С. Шахраем, отсутствует. Что же касается исторического аспекта данного «Проекта», то ее авторы наг­лядно показали, что они совершенно не знают историю рус­ско-кавказских отношений вообще и осетино-казачье-ингуш-ских отношений в частности. С такими подходами к истории Кавказа невозможно распутать клубок межнациональных отношений, но усугубить положение — да.
В унисон С. Шахраю выступил в той же «Независимой газете» от 4 июня 1994 года кандидат военных наук Алексей Петрович со статьей «Казаки и Северный Кавказ». Неком­петентность, несостоятельность доводов А. Петровича.
44
совершенное незнание предмета «избранного исследования» блестяще доказал академик Х.-М. Ибрагимбейли в своей обстоятельной статье «Северный Кавказ: геноцид, депорта­ции и ЧП» в «Независимой газете» за 12 июля 1994 года.
Говоря о нежелании РФ разрешить внутренний конфликт на своей территории, академик Х.-М. Ибрагимбейли нашел очень точные слова: «Великая страна, влияющая на судьбы планеты, стабилизирующая обстановку в центре Европы (Босния и Герцеговина), прекращающая огонь в горячих точках СНГ, решающая судьбы Палестины и Израиля, не может решить проблему осетино-ингушского противостоя­ния. Это абсурд. Мое убеждение — руководство РФ отгора­живается и не занимает объективную позицию. Доказатель­ством этому служат многочисленные факты. И стремление отменить 3-ю и 6-ю статьи «Закона о реабилитации», и вклю­чение статей о запрете территориальных изменений в Кон­ституцию РФ (ст. 67), в Протокол Нальчикского совещания от 7 декабря 1993 года, в «Договор об общественном согла­сии», подписанный под брызги шампанского в Кремле 28 апреля 1994 года, и, наконец, полное безразличие к невы­полнению Указа Президента РФ от 13 декабря 1993 года и последующего Указа Президента РФ от 30 мая 1994 года, № 1112.
Факт длительного и медленного расследования воору­женного конфликта октября — ноября 1992 года выглядит смехотворным и преступным, если напомнить, что для рас­следования обстоятельств составления и осуществления заговора против мира, человечности, тягчайшие военные преступления, совершенные виновниками развязывания крупнейшей в истории второй мировой войны, Международ­ному военному трибуналу (созданному правительствами СССР, США, Великобритании и Франции) потребовалось всего лишь пять месяцев». .
Что касается вооруженного осетино-ингушского кон­фликта, то для его разрешения и наказания истинных винов­ников нужно всего лишь желание российских властей, жела­ние, которого до сих пор нет.

0

4

VI
Раскрыть всю глубину ингушской трагедии сегодня не­возможно без рассмотрения чеченской бойни 1994—1995 го дов, хотя именно в октябре — ноябре 1992 года впервые на территории постсоветской России в Пригородном районе
45
бывшей ЧИ АССР и г. Владикавказе стремительным смер­чем пронеслась первая региональная этническая война.
Сегодня на древней многострадальной земле Чечено-Ингушетии по вине мафиозных группировок криминальной финансово-экономической сферы снова пролилась большая кровь, в результате жестокая бессмысленная война, унесшая уже десятки тысяч жизней российских граждан — жителей Чечни и Ингушетии, с разрушением городов и сел, варвар­ским уничтожением достояния всей страны: театров, музеев, библиотек, уникальных исторических архивов, памятников материальной и духовной культуры вейнахов, имеющих мировое значение. Разрушена уникальная флора и фауна Чечни, фактически перестал существовать один из красивей­ших городов России на Кавказе — Грозный.
Более 3"80 тысяч жителей Чечни стали уже внутренними мигрантами России — без жилья, без имущества, многие из них к тому же самым бессовестным образом ограблены сол­датами и офицерами российской армии и внутренних войск вкупе с местными уголовниками. Более 25 тысяч жителей Чечни и Ингушетии навсегда стали инвалидами, десятки тысяч погибли. Скрываемые от общественности действи­тельные потери российской стороны в Чеченской войне за семь месяцев с начала боевых операций уже достигли наших потерь в Афганистане за девять лет!
Чтобы понять, каков политический курс нынешнего руководства РФ и некоторых лидеров на Северном Кавказе, нелишне сделать краткий исторический экскурс.
После победоносной Отечественной войны 1812 года Рос­сия вплотную занялась подготовкой к новой колониальной войне с целью завоевания Кавказа. В 1816 году на Кавказ был послан генерал А. Ермолов, впоследствии заслуженно получивший за свою беспримерную жестокость по отноше­нию к чеченцам прозвище «палач чеченского народа». Методы кровавого диктатора А. Ермолова с устройством военных крепостей, разъединяя горные и плоскостные села горцев, возводя военизированные казачьи поселения для войны с горцами, являлись не чем иным, как четко разрабо­танной государственной политикой России на Кавказе по его колонизации. Горцев, сопротивлявшихся колонизаторской политике, называли не иначе как «разбойниками» и «банди­тами». Даже опальный поэт, сосланный на Кавказ, А. Поле­жаев воспевал вандализм А. Ермолова и его сподвижников,
46
называл аулы горцев «вертепами», их борьбу за независи­мость «безумством жалкого народа», самоотверженность и храбрость в бою «слепым ожесточением», самих же горцев «варварами», «дикой ордой», «детьми отчаяния и тьмы», «звероподобным народом», а свободу, которую горцы защи­щали,— «разбойничьей свободой».
В среде российских колонизаторов был человек, героиче­ский образ которого со школьных лет рисовали нам наши советские учителя. Это Павел Иванович Пестель, декаб­рист, командир Вятского пехотного полка, участник Отече­ственной войны 1812 года и заграничных походов русской армии, разработавший целую программу не только покоре­ния Кавказа, но и физического уничтожения горцев. П. Пе­стель являлся также членом «Союза спасения» и «Союза благоденствия», организатором Тульчинской управы, осно­вателем и руководителем Южного общества декабристов, придерживался республиканских убеждений. И, арестован­ный 13 декабря 1825 года, в числе пяти декабристов был повешен 13 июля 1826 года.
Что же нам преподносит сей образованный и жестокий хищник с ореолом мученика-революционера, борца за сво­боду и равенство народов?
В своей пресловутой программе «Русская правда» план политики России по отношению к кавказским народам рос­сийский колонизатор выразил следующим образом:
«1. Решительно покорить все народы, живущие, и все земли, лежащие к северу от границы, имеющей быть протя­нутою между Россией и Персией, а равно Турцией, в том числе и приморскую часть, ныне Турции принадлежащую;
Разделить все сии кавказские народы на два разряда:
мирные и буйные. Первых оставить в их жилищах и дать им
российское правление и устройство, а вторых силою пересе­
лить во внутренность России, раздробив их мелкими количе­
ствами по всем русским волостям;
-Завести в кавказской земле русские селения (военизи­
рованные казачьи станицы.— Б. К.) и сим русским пересе­
ленцам разделить все земли, отнятые у прежних буйных
жителей, дабы сим способом изгладить на Кавказе даже все
признаки прежних (т. е. теперешних) его обитателей и обра­
тить сей край в спокойную и благоустроенную область рус­
скую».
Характерно, что эта человеконенавистническая про­грамма П. Пестеля была опубликована в печати в Санкт-Петербурге в 1906 году. Именно после этого усилились анти­кавказские настроения в администрации Терской области,
47
неоднократно ставившей вопрос перед царем и Государ­ственной Думой о выселении в Сибирь горцев, особенно чеченцев и ингушей.
В начале XX в. генерал-губернатор Терской области Михеев в своем отчете на имя царя Николая II писал, что столкновения чеченцев и ингушей с казаками приносят значительный материальный ущерб и влекут большие человеческие жертвы, прося по этой причине о выселении горцев. На этом отчете генерал-губернатора царь Николай II наложил весьма примечательную резолюцию, спасшую чеченцев и ингушей от выселения из родных мест в Сибирь: «По моему мнению, именно это соседство и под­держивает в терских казаках их старую дедовскую удаль, а по сему принимать меры к смягчению обстановки нет никакой надобности». Вот такое своеобразное видение царем межнациональных отношений на Северном Кавказе спасло чеченцев и ингушей в тот период от депортации, но мы не смогли спастись от большевиков и современных «де­мократов».
В этих ходатайствах самое активное участие принимали чиновники осетинской национальности, еще с тех лет и поныне звонящие во все колокола, что осетины являются «христианским оплотом России на Северном Кавказе» в противостоянии чеченцам, ингушам и другим горцам, испо­ведующим ислам. Наиболее яркими выразителями этой концепции конфронтации в межнациональных отношениях на Кавказе сегодня являются Президент РСО А. Галазов и бывший министр по делам национальностей и региональ­ной политике РФ Н. Егоров, к которым присоединяются атаманы всех расцветок, создающие воинские формирова­ния, беспрепятственно узакониваемые российским руковод­ством под видом реабилитации казачества. Хотелось бы напомнить некоторым российским высокопоставленным чиновникам с короткой памятью, что казачьи плети в свое время с одинаковым удовольствием гуляли по спинам и кавказского горца, и питерского рабочего, и русского мужика. Добавим только к этому, что вооружение казаков и создание казачьих воинских подразделений в составе рос­сийской армии явится новым витком в эскалации напря­женности и дестабилизации всего российского общества с разгулом уже казачьего беспредела вдобавок к существую­щему.
«Теория» об Осетии как о христианском оплоте России имеет даже свою «научную базу». Осетинские ученые на полном серьезе утверждают уже в наши дни, что Иисус
48
Христос и дева Мария были осетинами, также как и одинна­дцать апостолов, а двенадцатый Иуда, разумеется, не мог быть осетином.
В 1972 году ингуши самым серьезным образом поставили перед Советским правительством и ЦК КПСС вопрос о необ­ходимости восстановления территориальной целостности Ингушетии в любой приемлемой форме государственного образования.
В своем знаменитом письме «О судьбе ингушского народа» (октябрь—ноябрь 1972 г.) передовые представители ингушской интеллигенции писали:
«Мы согласны на любые варианты решения Ингушского вопроса, которые дадут возможность восстановить террито­риальную целостность и национальную государственность Ингушетии. На наш взгляд, наиболее целесообразны сле­дующие два варианта:
Ингушская АССР. Для развития собственной автоно­
мии Ингушетия располагает всеми необходимыми усло­
виями.
Осетино-Ингушская АССР. Этот вариант мы предла­
гаем в целях сохранения исторически сложившейся террито­
риальной целостности.
Мы хотим такого решения Ингушского вопроса, при котором ингушский народ снова, как и в первые годы Совет­ской власти и его самостоятельного автономного существо­вания, получил бы, сохраняя целостность своей территории, возможность в полной мере проявить свои творческие сози­дательные силы, чтобы занимать подобающее ему место в братской семье советских народов.
Из предложенных выше двух вариантов решения Ингуш­ского вопроса с учетом экономических, культурных и исто­рических особенностей предпочтение мы отдаем первому варианту. Но независимо от этого вопрос о возвращении в Пригородный район и Кескемские хутора их коренных жите­лей необходимо решить как можно быстрее, ибо это — вопрос жизни и смерти для ингушского народа, вопрос дружбы между ингушским и осетинским народами».
К сожалению, чеченская интеллигенция не поняла тогда ингушей, не поняла она их и в конце 80-х и начале 90-х годов. А чеченский же «журналист» и бывший уголовник Л. Сали-гов начал позже обливать ингушей газетными помоями, обвиняя их в стремлении создать Осетино-Ингушскую АССР и в предательстве чеченцев. Этого Салигова я вынужденно выставил из дома, когда он пришел ко мне с предложением внедрить в Чечено-Ингушский народный фронт сотрудника
49
КГБ ЧИР, якобы... для получения от него информации о деятельности КГБ в 1989—1990 годах. Этот же Салигов, питающий патологическую ненависть к ингушам, в октябре 1991 года неоднократно истерично кричал на митингах перед зданием Совмина ЧИР с обвинением ингушей в их стремле­нии создать свою республику в составе РФ, когда чеченцы готовились к выходу из РФ, клеветал на весь ингушский народ, заявлял, что на протяжении Кавказской войны и до наших дней ингуши выступали на стороне русских колониза­торов против чеченцев. Позже он продолжал лить грязь на страницах чеченских газет и журналов и никто его не одер­нул в Чечне. К чести ингушей, они не опустились до дискус­сий с этим господином с богатым уголовным прошлым и ему подобными.
Ко всему вдобавок этот неисправимый лгун является чле­ном созданного по Указу Президента РФ Комитета нацио­нального согласия Чеченской Республики.
В июле 1988 года начался новый этап в ингушском движе­нии и мне поручили подготовить новый документ о положе­нии ингушей и о решении Ингушского вопроса.
После неоднократных обсуждений, доработок было под­готовлено Обращение ингушского народа к руководителям ЦК КПСС и Советского правительства, с которым негласно в октябре 1988 года в Москву выехала ингушская делегация из пяти человек в составе:
Дахкильгова Шукри — пенсионера, члена КПСС;
Тимурзиева Башира — члена КПСС;
Куштова Джабраила — члена КПСС;
Илиева Магомеда — беспартийного;
Костоева Беслана — беспартийного, исключенного из
КПСС в мае 1972 года бюро Чечено-Ингушского обкома
КПСС.
В Москве делегацию принял и разместил у себя на квар­тире бессменный редактор писем и обращений ингушей в центральные органы по ингушской проблеме Алихан Костоев. После проведенной им основательной редактуры до­кумент 18 октября был вручен адресатам. 26 октября 1988 го­да делегация вернулась домой. На всех нас вдруг затребовали характеристики. На меня Чечено-Ингушский обком КПСС, как всегда, выдал самую наихудшую.
Видя, что власти не арестовывают нас, зашевелились ингушские «смельчаки» со своими письмами, заявлениями по Ингушскому вопросу, хотя в силу своей неподготовленности они больше работали ногами, чем головой. Некоторые из них откровенно стали на путь политического босячества и в
50
дальнейшем нанесли немалый вред ингушскому националь­ному движению.
Летом 1989 года началась подготовка к проведению II съезда ингушского народа. Я засел писать доклад. Регулярно мне звонили домой с грязными оскорблениями на чеченском языке. Один и тот же мужской голос, видимо, нанятый. Конечно, вывести меня из рабочего состояния при подго­товке доклада, с моим жизненным опытом и политической закалкой, не так-то было просто. Доклад был написан, отпе­чатан, и все старания секретарей Чечено-Ингушского обкома КПСС получить у меня текст доклада до съезда не увенчались успехом.
Съезд состоялся в г. Грозном в ДК им. Ленина 9—10 сен­тября и прошел как всеобщий праздник ингушского народа. Съездом была принята резолюция об образовании Ингуш­ской АССР.
Следом началась подготовка к проведению I съезда чеченского народа, причем съезд готовился в глубокой тайне, что уже само по себе настораживало. 1990 год прошел практически в беспрерывных митингах различных обще­ственно-политических движений и партий.
Начавшийся в СССР «парад суверенитетов» не обошел стороной и Чечено-Ингушетию. Наиболее радикальную позицию здесь занимала Вайнахская демократическая пар­тия (ВДП) во главе с 3. Яндарбиевым, выступавшая под лозунгом полного суверенитета с выходом из состава России и образованием самостоятельного Чеченского государства. Партия эта являлась фактически чеченской, в ней не было ни одного ингуша. Более того, газета ВДП «Барт» («Согла­сие») начала открытую антиингушскую кампанию, что не могло не насторожить. Несмотря на это Оргкомитет по вос­становлению государственности ингушей не стал вступать в полемику с экстремистски настроенной партией, чтобы не накалять еще больше атмосферу в Чечено-Ингушетии, учи­тывая и то, что в Ингушетии имелась такая же партия «Нийсхо» («Справедливость») во главе с бывшим председа­телем ингушского Оргкомитета И. Кодзоевым, серьезно мешавшая цивилизованному, парламентскому решению Ингушского вопроса. И. Кодзоев вскоре изменил ингуш­скому движению и идеалам II съезда ингушского народа ради своих болезненных амбиций.
Накануне I съезда чеченского народа в ноябре 1990 года состоялась сессия ВС Чечено-Ингушетии, на которой была принята Декларация о суверенитете ЧИР. Оргкомитет по восстановлению государственности ингушей принял в работе
51
сессии активнейшее участие и стал инициатором принятия знаменитой 17-й статьи Декларации о необходимости возвра­щения в состав ЧИР незаконно отторгнутых в пользу Север­ной Осетии территории Пригородного района, части Малго-бекского района и правобережной части г. Владикавказа, что, конечно же, возмутило команду А. Галазова, делавшей серьезную ставку на Д. Завгаева в антиингушских политиче­ских играх.
Надо отдать должное Д. Завгаеву, бывшему в этот период законно избранным лидером ЧИР, сумевшему сохра­нить единство Чечено-Ингушетии, отстаивая в то же время интересы ингушей. Это был мудрый политический шаг, дававший возможность парламентским путем сохранить ста­бильность не только в Чечено-Ингушетии, но и во всем Северо-Кавказском регионе и открывавший широкие воз­можности для мирных переговоров по всем вопросам силой слова, а не оружия.
25 — 27 октября 1990 года в помещении Грозненского цирка проходил I съезд чеченского народа. Следует заме­тить, что общественно-политическая ситуация в республике накалялась прежде всего из-за непродуманных, экстреми­стских лозунгов отдельных лидеров политических движений и партий и прежде всего ВДП во главе с 3. Яндарбиевым. Сама обстановка на съезде и вокруг него была исключи­тельно нервозной.
Оргкомитет по восстановлению государственности ингу­шей за подписью его председателя Б. Сейнароева и народ­ного депутата РФ Б. Богатырева направил в президиум съезда очень теплое «Обращение к чеченскому народу», но делегацию ингушей с этим Обращением на съезд не допу­стили по вине организаторов съезда Л. Умхаева, 3. Яндар­биева, Ю. Сосламбекова, а представителей ингушей — ортсхоевцев даже вывели из зала. Эта недостойная игра велась без ведома чеченского народа и основной части деле­гатов съезда.
На съезде чеченские ораторы договорились даже до того, что объявили весь ингушский народ одним чеченским тейпом, не имеющим права на самостоятельное существова­ние. Характерно, что накануне съезда его устроители затеяли постыдную кампанию по изменению национально­сти некоторых ингушей, выдавая им паспорта, где указыва­лась новая национальность — чеченец. 10 ноября 1990 года прибывший на собрание всех ингушских депутатов Л. Ум-хаев в станице Нестеровской, Сунженского района, высту­пил с оскорблениями в адрес ингушей, называя их гостями у
52
себя дома. Отвечая на его выступление, я заметил, что попытки отдельных чеченских лидеров увеличить числен­ность чеченцев в Сунженском районе, меняя националь­ность ингушей, акт сам по себе безнравственный. Ингуши не собираются менять свои папахи на чеченские косынки. Даже это безобидное замечание экстремистски настроен­ные круги в Чечне восприняли как величайшую крамолу против чеченского народа. На митингах, собраниях, заседа­ниях парламента ЧИР, в СМИ против меня обрушились чеченские товарищи, подключив к этой недостойной кам­пании ингуша, народного депутата СССР X. Фаргиева, ради избрания которого я на своей личной машине объез­дил более 15 тысяч километров. К сожалению, он не сумел разобраться в Ингушском вопросе в силу своей ограничен­ности и отрицательных личных качеств, вдобавок попав еще и под влияние партии «Нийсхо» во главе с И. Код-зоевым.
Симптоматично, что с началом Чеченской войны в ИР идет интенсивный процесс смены чеченцами своей нацио­нальности. Сотни -чеченцев уже получили в Ингушетии паспорта с записью «национальность — ингуш». Что-то не слышно сегодня голоса возмущения по этому поводу ново­явленных чеченских лидеров.
На чеченском съезде верх одержала наиболее радикаль­ная группировка делегатов во главе с 3. Яндарбиевым, а появившийся на съезде в качестве гостя генерал Д. Дудаев был избран председателем исполкома съезда, который отныне стал называться Общенациональный конгресс чеченского народа (ОКЧН). Давление на исполнительную и законодательную власти в Чечено-Ингушетии шло с нарастающей силой. Провал в Москве августовского путча ГКЧП открыл зеленую улицу Исполкому ОКЧН во главе с Д. Дудаевым для захвата власти.
В Грозном начался митинг сторонников ОКЧН, тре­бующих отставки ВС ЧИР во главе с Д. Завгаевым, обви­нив его в поддержке ГКЧП. Характерно, что победившие в Москве демократы ни единым словом не упрекнули Пред­седателя ВС СО АССР А. Галазова, открыто поддержав­шего ГКЧП, образовав в Северной Осетии местный ГКЧП, но стремительно набросились на лидера ЧИР Д. Завгаева,, требуя свергнуть ВС ЧИР и науськивая чле­нов ОКЧН против законных властей. Даже чиновники из аппарата ВС ЧИР предали Д. Завгаева и выступили против него в надежде получить дивиденды от ОКЧН, а один из них, которого я знал еще по комсомолу, начал меня агити-
53
ровать, чтобы я выступил на митинге против Д. Завгаева. Я выступил с резкой критикой против... генерала Д. Дудаева и никогда об этом не сожалел.
В антизавгаевской кампании особенно усердствовал спи­кер ВС РФ Р. Хасбулатов, и ОКЧН исполнил фактически его сценарий — 6 сентября 1991 года вооруженная толпа во главе с лидерами ОКЧН насильственным путем разогнала чечено-ингушский парламент. Многие депутаты были жестоко избиты, а председатель Грозненского горсовета В. Куценко был выброшен из окна и вскоре скончался в больнице, а 3. Яндарбиев по телевидению торжествующе объявил, что одним партократом в республике стало меньше.
Р. Хасбулатов прислал в Грозный целую бригаду демо­кратов во главе с Г. Бурбулисом для смены существующей власти и, видя, что Д. Дудаев выходит за рамки его сценария, пожаловал и сам, выступив по республиканскому телевиде­нию с поддержкой переворота. Он оскорбительно отозвался о Д. Завгаеве, подлив тем самым масла в огонь и подстрекая ОКЧН к форсированию свержения законной власти ЧИР.
Политические авантюры были осуществлены за спиной ничего не подозревавшего ингушского народа. Российский спикер прекрасно знал главный лозунг митингующих в Гроз­ном, с которым ОКЧН шел к власти: «Русские — в Рязань, татары — в Казань, ингуши — в Назрань!» Р. Хасбулатов, очень любящий называть себя россиянином, не забил по этому поводу тревогу, но зато проявил видимую озабочен­ность тем, что Д. Дудаев начал выступать как самостоятель­ная политическая фигура и вся хасбулатовская затея — поставить у нефтяного корыта в период начавшейся прива­тизации своего человека — провалилась.
Прибыв в Грозный 15 сентября 1991 года, Р. Хасбулатов в ДК им. Ленина собрал депутатов ВС ЧИР, хотя кворума не было, не было руководителей ВС, в том числе и его предсе­дателя Д. Завгаева. Депутатам российский спикер объявил, что ВС ЧИР распускается. А когда депутаты принялись воз­ражать, требуя прекратить бесчинства, ссылаясь на закон и Конституцию, Р. Хасбулатов показал на толпу вокруг ДК и заключил: «Вы окружены, и я не уверен, что вам дадут спокойно разойтись, если вы со мной не согласитесь». Фак­тически Р. Хасбулатов поощрил членов ОКЧН, являющийся общественной организацией, на свержение ВС ЧИР анти­конституционным путем. Это был первый на территории СССР разгон законно избранного парламента.
И не думал, и не гадал тогда Р. Хасбулатов, что через два
54
года возглавляемый им ВС РФ тоже будет разогнан более жесткими методами, но уже по Указу законно избранного первого Президента РФ. Бумеранг, запущенный им в Чечено-Ингушский парламент, вернулся к нему с лефорто­вской камерой в придачу, и его возмущения по этому поводу сегодня как-то не воспринимаются. Что касается дальней­ших путей Р. Хасбулатова и Д. Дудаева, то они разошлись, и, как оказалось, навсегда.
В результате «демократических» выборов 27 октября 1991 года победу одержал Д. Дудаев, став первым Президен­том Чеченской Республики. Был «избран» чеченский парла­мент из сорока чеченцев и... одного русского.
Вот тогда-то и стал претворяться в жизнь печально зна­менитый лозунг ОКЧН: «Русские — в Рязань, татары — в Казань, ингуши — в Назрань!» Ингушей, особенно руково­дителей, взялись явочным порядком отстранять от должно­стей. Параллельно шел процесс удаления из руководящих органов представителей русскоязычного населения. Их заме­няли чеченцами с явно более низкой квалификацией и опы­том. Это был первоначальный этап выдавливания из Чечни ингушей и русскоязычного населения, что в последующем привело к катастрофическому падению производства и ... стоимости жилья. Порой желающим выехать из Чечни не хватало денег, вырученных от продажи их квартир, даже для оплаты транспортных услуг.
Права граждан ущемлялись на каждом шагу, а правоох­ранительные органы оказались парализованными. Главной фигурой в Республике стал дудаевский «человек с ружьем» с неизвестным законопослушному гражданину статусом.
Даже дудаевский министр юстиции — генеральный про­курор Чеченской Республики Ичкерия и глава чеченской делегации на российско-чеченских переговорах в г. Грозном 1995 года Усман Имаев теперь уже бывший во всех ипостасях и тот вынужден был 24 ноября 1994 года обратиться с тре­вожным письмом на имя генерала Д. Дудаева: «... У мини­стерства юстиции Чеченской Республики Ичкерия вызывает серьезную озабоченность распространившиеся случаи раз­боя и бандитизма со стороны силовых структур, ставящих население в безвыходное положение. Не единичны случаи, когда подразделения государственных силовых структур Рес­публики Ичкерия открыто занимаются бандитизмом... Такую же игру ведут и руководители других военных форми­рований, фактически являющихся бандитами... Все это при­водит к тому, что лица, совершившие и совершающие пре­ступления, укрываются в вооруженных формированиях или
55
в силовых структурах... Ни один из вопросов, поставленных перед вами, не решен. Более того, лица, об ответственности которых перед вами ставился вопрос, получают повышения по должности...»
Этот весьма любопытный документ, опубликованный 14 июля 1995 года на страницах газеты «Век»,— блестящая иллюстрация к разгадке феномена дудаевского «человека с ружьем».
Серьезно страдали десятки тысяч чеченцев, не желавших мириться с правовым беспределом. Идея суверенитета, неза­висимости, свободы, о которой в силу колонизаторской политики царизма мечтали сотни тысяч чеченцев веками, была извращена, опорочена и поставлена на службу интере­сам мафиозно-клановых группировок. В период дудаевского режима чеченцев пострадало и погибло больше, чем всех остальных граждан Чечни, вместе взятых, включая и рус­ских. Замалчивание этого исключительно важного факта средствами массовой информации приводит к смещению акцента в античеченскую сторону, и не только. Этот важней­ший момент в правильном толковании действий режима Д. Дудаева объективно не оценен до сих пор не только в российских СМИ, но и в выступлениях депутатов Федераль­ного Собрания, руководства РФ и действиях правозащитни­ков. Негативные последствия этого серьезного просчета сегодня ощущаются в различных регионах России в виде античеченских действий в частности и антикавказских настроений вообще. Синдромом «лица кавказской нацио­нальности» охвачены многие регионы, особенно юг России. Этому способствуют и вернувшиеся с Чеченской войны рос­сийские солдаты и офицеры.
Что касается борца против коммунистического режима, известного писателя А. Солженицына, то он в своем интер­вью еженедельнику «Аргументы и факты» № 1 за 1995 год, окончательно запутавшись в Чеченской проблеме, ничего более умного не мог придумать, как заявить: «Когда комму­нисты направо и налево раздавали русские земли, они отдали казачьи земли левобережья Терека. Вот эти казачьи земли не следует признавать за Чечней». Подобные заявления писателя А. Солженицына показывают нам еще одну сто­рону его творческих познаний: абсолютное незнание исто­рии Кавказа, казачества и русско-кавказских отношений, что весьма печально.
Режим Д. Дудаева был вскормлен в коридорах россий­ской власти, подарившей ему при личном участии «лучшего министра обороны РФ» генерала П. Грачева всю имев-
56
шуюся в Чечено-Ингушетии боевую технику, вооружение, боеприпасы, имущество воинских частей и строевым поряд­ком покинувших места дислокации, до единого солдата.
Вот таким путем начали создавать крупнейшую на терри­тории бывшего СССР зону наибольшего криминального бла­гоприятствования, разумеется, не бесплатно для определен­ных московских мафиозных группировок, все эти годы не допускавших принятия своевременно радикальных мер к незаконному режиму и оказывавших на Президента РФ определенное, в нужном им направлении влияние. Неудиви­тельно, что именно в Чечне, хотя и в меньших масштабах, чем в Москве, все виды современных преступлений стали обычным явлением, под прикрытием лозунгов о создании мифического исламского государства, а религиозным деяте­лям Чечни не хватило мужества сказать верующим мусуль­манам правду.
После образования 4 июня 1992 года Ингушской Респуб­лики в руководстве РФ серьезно призадумались о проблеме Чечни, ставшей никем не признанной республикой. Руковод­ство Северной Осетии, хорошо зная ситуацию в российских коридорах власти, решило воспользоваться благоприятным моментом, чтобы не допустить утверждения Указа Прези­дента РФ «Об образовании Ингушской Республики» на пред­стоящем в декабре 1992 года VII съезде народных депута­тов РФ. Уже в июле Осетия начала на государственном уровне подготовку незаконных вооруженных формирова­ний. В то время, когда прибывшие в Ингушетию генералы В. Ермаков и И. Костоев вместо обеспечения выполнения президентского Указа, образно говоря, хлопали ушами, А. Галазов развернул кипучую деятельность и в Москве, и на Кавказе, чтобы сорвать выполнение Указа Президента РФ. Организовав целую серию провокаций в Пригородном районе с убийством ни в чем не повинных ингушей, А. Гала­зов 29 октября 1992 года на закрытом заседании ВС Север­ной Осетии сформировал делегацию для переговоров с Пре­зидентом Чечни Д. Дудаевым. В нее вошли: руководитель делегации — заместитель Председателя ВС Северной Осе­тии генерал Суанов, народный депутат РФ и Северной Осе­тии, ректор Горского аграрного государственного универси­тета Георгий Козаев и председатель комитета по межнацио­нальным отношениям Совета Министров Северной Осетии Таймураз Кусов. Роль парламентского курьера была отве­дена члену парламента Конфедерации народов Кавказа, пре­зиденту Фонда возрождения народов Кавказа Юрию Цопа-нову, который вместе с корреспондентом РИА Владимиром
57
Гутновым на машине беспрепятственно через Ингушетию прибыл в Грозный. Делегация Северной Осетии была исключительно тепло принята Д. Дудаевым и получила твердые заверения о невмешательстве Чечни в разгораю­щийся осетино-ингушский конфликт. А. Галазову не удалось в этот период втянуть Д. Дудаева в этот конфликт. И тогда команда А. Галазова приняла к исполнению второй вариант, который и устраивал руководство Северной Осетии — этни­ческая чистка ингушей Пригородного района и г. Владикав­каза в надежде втянуть Чечню в конфликт.
И на этот раз российские генералы не смогли получить повода для усмирения Чечни. Советский генерал Д. Дудаев перехитрил их. Следует заметить, что чеченские лидеры постоянно вели с осетинами скрытные сепаратные перего­воры, занимая с осетинским руководством одинаковую пози­цию по вопросу Пригородного района. Председатель же пар­ламента Конфедерации народов Кавказа, ставший затем и председателем чеченского парламента, тоже разогнанного Д. Дудаевым, Ю. Сосламбеков даже добился на сессии пар­ламента КНК принятия постановления о моратории на реше­ние территориальных споров между народами Кавказа, которое ингуши отвергли.
В трагические дни, когда лилась кровь ингушей, умирав­ших в неравной схватке с российскими войсками и осетин­скими боевиками, сей господин выступил по чеченскому телевидению с чудовищной ложью, заявив, что в городе Грозном ингуши... притесняют русских, отбирая у них квар­тиры. -Впрочем, ожидать что-либо порядочное от студента-недоучки, по сообщениям чеченской прессы, побывавшего в местах не столь отдаленных за пикантные дела, было бы наивно.
Характерно его выступление в журнале «Столица» № 42 за 1994 год. Активнейший закоперщик в антиконституцион­ном государственном перевороте в Чечено-Ингушской Рес­публике, он без тени смущения обвиняет всех, кроме себя, в этом преступлении. Ю. Сосламбеков был одним из тех, кто на всех перекрестках в СМИ трубил о том, что Чечня — суверенное государство, а с Россией мы находимся в состоя­нии войны.
На совести этого «политика» и грузино-абхазская война. Именно он, Сосламбеков, будучи председателем парламента Конфедерации народов Кавказа, направлял чеченских пар­ней воевать за отделение Абхазии от Грузии. Ту же самую кашу он пытался заварить и в Южной Осетии, куда ездил неоднократно и выходцы из которой заселили ингушские
58
села Пригородного района. Сегодня он, как и следовало ожидать, оказался у разбитого корыта кавказской политиче­ской кухни, и, по-видимому, навсегда. Таков удел всех нечи­стоплотных политических дилетантов.
Таков удел и другого «политика» члена ОКЧН с партби­летом № 1, редактора газеты «Кавказ», бывшего члена пар­ламента КНК, редактора чеченской правительственной газеты «Ичкерия», одного из организаторов антиконститу­ционного переворота в ЧИР, Мусы Темишева. Сегодня сей господин, отвергнутый Дудаевым и не принятый чеченской оппозицией, стал противником и Д. Дудаева, и оппозиции.
Будучи в дружбе с властью, он вооруженным путем при поддержке своего брата, министра информации при Д. Ду­даеве Мовлади Удугова, силой захватил помещение редак­ции газеты «Голос Чеченской Республики», выходившей на русском языке, и добился ее закрытия. Он вел оголтелую антиингушскую пропаганду всеми доступными ему сред­ствами, притворно защищал русских в Чечне, одновременно унижая их человеческое достоинство, ненавидел чеченскую интеллигенцию, цинично заявляя с экрана телевизора: «Меня коробит при одном упоминании слова «интеллигент». Вот и «докоробился» господин М. Темишев, и, видать, надолго.
VII
К Чеченской войне приложили руку многие и в Центре, и на Кавказе, в их числе и называющий себя миротворцем профессор Р. Хасбулатов, неустанно повторяющий в СМИ о своем величии и значимости для судеб России и Кавказа. Обвиняя чеченскую оппозицию в штурме Грозного 26 ноября 1994 года и российские войска в варварских акциях против мирного населения, он без обиняков тут же заявляет, что у него в Моздоке были свои люди и он им давал знать, какие дудаевские объекты надо бомбить. Словом, под С. Хаджиева дают танки для штурма Грозного, а по коорида-натам «миротворца» Р. Хасбулатова уничтожают города и села Чечни, десятки тысяч мирных граждан. Р. Хасбулатов, большой мастер валить свою вину на других, не изменил своей привычке и в чеченском кризисе.
Критически оценивая действия оппозиции и дудаевцев, Р. Хасбулатов пишет: «Наступил второй этап вооруженной оппозиции, начало в изобилии поступать оружие. Половина его продавалась тем же дудаевцам. Кстати, тяжелая техника
59
из Моздока шла к ним через Ингушетию. Очень активно помогал Дудаеву Аушев. Дважды миротворческая группа посылала к нему делегацию, говорили: «Вы же дружествен^ ный народ, что вы делаете?» А ведь я многое сделал для ингушского народа, в том числе содействовал прекращению бойни в 92-м году, серьезно влиял на осетино-ингушский конфликт. Я поступал так с позиции справедливости, чтобы преодолеть вражду, сблизить дружественные, братские на­роды».
В чем здесь можно возразить российскому экс-спикеру?
Во-первых, сепаратный альянс генералов Дудаева и Аушева является секретом только для ленивых; во-вторых, даже при дружбе двух генералов оружие ни к Дудаеву, ни к оппозиции через Ингушетию не поступало и не могло посту­пать, ибо у обеих противоборствующих чеченских сторон были совершенно другие каналы, о чем уже всем сегодня стало известно, в том числе и Р. Хасбулатову.
Что касается ингушского народа, то Р. Хасбулатов сде­лал все, даже после захвата власти в Чечне Д. Дудаевым, чтобы Ингушская Республика не состоялась и Закон «Об образовании Ингушской Республики» принят ВС РФ под председательством С. Филатова, но проект Закона был выхолощен рукой Р. Хасбулатова.
В дни ингушской трагедии в октябре—ноябре 1992 года Р. Хасбулатов не счел даже нужным подать голос в защиту уничтожаемого народа, хотя возможности для этого у него были, и немалые. В эти же дни Р. Хасбулатов в Санкт-Петербурге вел беседы с мэром города А. Собчаком на темы весьма далекие от ингушской трагедии, а когда трижды ему позвонил из Назрани народный депутат РФ Б. Богатырев, даже не подошел к телефону. Вот так господин Р. Хасбула­тов «содействовал прекращению бойни в 92-м году, серьезно влиял на осетино-ингушский конфликт».
Добавим к сказанному один штрих. Благодаря напористо­сти и активности ингушских депутатов И. Костоева и Б. Бо­гатырева, внесших предложение по кандидатуре Р. Хасбула­това, он стал первым заместителем Председателя В С РФ, а затем и Председателем. Вот о чем следовало бы не забывать Р. Хасбулатову, не говоря уже о том, что вся Ингушетия праздновала его избрание, и, как оказалось, зря.
Чеченская война показала нам всем, что Россия не подня­лась еще до империи в классическом понимании этого слова. То, что сотворили в Чечне федеральные власти, на импер­скую политику совершенно не похоже, особенно с учетом того, что Чечня в результате Кавказской войны насиль-
60
ственно была присоединена к России в 1859 году, сделав всех чеченцев подданными Российской Империи, а затем СССР и РСФСР.
Когда действия местной власти начинают противоре­чить интересам граждан, как это случилось в Чечне после насильственного переворота в ЧИР сторонниками Д. Ду­даева, имперская власть должна была защитить интересы всех своих граждан и распустить Верховный Совет ЧИР, а не позволять это делать общественной организации, како­вой является ОКЧН. И если бы московская власть была бы имперской, она должна бы в тот период немедленно назначить представителя Президента, определить сроки выборов и ни при каких обстоятельствах не выводить вой­ска. И тогда Москва в лице чеченцев и ингушей получила бы верных и мужественных союзников и стабильный Северо-Кавказский регион для России. Но ничего этого не произошло. Более того, Дудаеву позволили принять свою Конституцию, провести «выборы» парламента и Прези­дента, вывели все войска, оставив все вооружение, и начался бурный расцвет криминального режима не без помощи Центра.
В немалой степени с разрешением чеченского кризиса связано и объективное решение Ингушского вопроса, из-за Чеченской войны как бы отодвинутого в тень.
Чеченская война под командованием генерала П. Гра­чева — одна из самых бездарных и циничных за всю мно­говековую историю России, ничего, кроме национального позора, не добавила к славе российского оружия, война, последствия которой для будущего России трудно предска­зать до конца.
Что касается ликвидации последствий грачевских разру­шений и милицейских операций, то объявленная прави­тельством сумма в 5,3 триллиона рублей на восстановление Чечни в комплексе будет на порядок выше. Правда, в СМИ фигурирует цифра даже в 100 триллионов рублей!
Но самое трагичное заключается в том, что России сегодня чрезвычайно трудно и сложно с достоинством выйти из чеченского кризиса из-за бездарнейших исполни­телей и беспросветной лжи вокруг Чеченской войны, исхо­дящей от ответственных чиновников высокого ранга.

0

5

Почему российская делегация во главе с заместителем министра по делам национальностей и региональной поли­тике В. Михайловым на переговорах с дудаевской стороной в декабре 1994 года сорвала эти переговоры?
Сегодня тот же В. Михайлов, сменивший своего бездарного шефа Н. Егорова, снова возглавил переговорный про­цесс с чеченской стороной.
Подписанное делегациями «Соглашение по мирному урегу­лированию ситуации в Чеченской Республике», предусма­тривающее прекращение боевых действий, освобождение насильственно удерживаемых и взаимный обмен списками, разоружение и вывод войск,— положительный итог первого этапа российско-чеченских переговоров.
Однако вызывает недоумение позиция российской сто­роны: «Делегация правительства РФ заявляет, что Чечен­ская Республика Ичкерия не признана законодательством Российской Федерации». С кем же тогда вела переговоры российская делегация?
Руководство бывшей ЧИР, незаконно упраздненной, в переговорах не участвовало, так же как и Правительство национального возрождения во главе с С. Хаджиевым и Комитет национального согласия, руководимый У. Автурхановым, а что касается Д. Дудаева — то он в официальном розыске.
Впрочем, сторонник силового решения чеченского кри­зиса, секретарь Совета безопасности и полномочный пред­ставитель Президента РФ в Чечне Олег Лобов, чудом избе­жавший 20 сентября сего года в Грозном участи В. Поля-ничко в Северной Осетии, не исключает участие самого Д. Дудаева в переговорном процессе на фоне непрекращаю­щихся перестрелок обоих противоборствующих сторон, перестрелок, сопровождающихся человеческими жертвами. Встреча же О. Лобова в Грозном с бывшим лефорто­вским узником Р. Хасбулатовым после его второго явления народу Чечни, теперь уже в качестве лидера движения «Союз народа за освобождение республики», едва ли прояс­нит ситуацию в Чеченской Республике, особенно с учетом расплывчатой программы российского экс-спикера по разре­шению чеченского кризиса.
Что касается включения в состав российской делегации бывшего спикера ВС ЧИР Доку Завгаева, то этот шаг Кре­мля нельзя рассматривать как участие свергнутого в сен­тябре 1991 г. ВС ЧИР в российско-чеченских переговорах.
Трудно поверить, что такие переговоры разрешат чечен­ский кризис до конца, хотя очень и хочется, чтобы трагедия Чечни не стала бы и трагедией России.
Можно ли согласиться и с точкой зрения В. Черномыр­дина, к производственному опыту, таланту крупного органи­затора и к трудолюбию которого я отношусь с большим уважением: «Буденновск — поворотная точка в российской политике». И это при неоднократных публичных завере­ниях: «С бандитами никаких переговоров»? Едва ли Буденновск станет «поворотной точкой в российской политике».
Что же это за страна, руководители которой решают военно-политические вопросы со своим субъектом только после «террористического акта?»
Не внесло, к сожалению, ясности и решение Конституци­онного Суда о конституционности Указов Президента РФ и Постановления Правительства РФ по вопросу о Чечне, огла­шенное 31 мая 1995 года, и тем более не создало правового поля для нормального хода демократических процессов в российском обществе.
Перед отправкой из Чечни заложников заместитель Ш. Басаева А. Исмаилов заявил: «То, что мы сделали в Буденновске, не является актом мести. Мы вынуждены были пойти на такой шаг, чтобы остановить уничтожение нашего народа. И если мир действительно будет установлен, если не будет литься большая кровь чеченцев и русских солдат, то, значит, мы добились этого малой кровью. Прошу простить нас за то, что мы сделали, и понять — другого пути у нас не было».
Все мы сегодня хорошо знаем, что трагедия в Буденнов­ске — это закономерный итог «бойни в Чечне». И винов­ники этих преступлений, как это произошло и в случае с геноцидом ингушей в 1992 году, снова оказались за кадром, имея все возможности для нового кровопролития на россий­ских просторах.
Следует особо отметить, что в создании образа врага России в лице чеченцев и ингушей большую разрушитель­ную работу проводит один из субъектов РФ, проводит напо­ристо, целеустремленно, открыто, широкомасштабно. Субъект этот — Северная Осетия. Именно осетины 23 фев­раля 1944 года танцами, песнями, всеобщим весельем перед зданием железнодорожного вокзала в городе Орджоникидзе (Владикавказе) провожали ингушей, отправлявшихся в свой трагический путь, о чем хорошо помнят тысячи и тысячи ингушей, ныне живущих.
Тогда же Северная Осетия в результате аннексий при­соединила ингушский Пригородный район и даже никогда не граничивший с Осетией Моздокский район Ставрополь­ского края, «прорубив» коридор из Осетии в Ставрополь­ский край, изъяв дополнительно земли у Кабарды и Ингу­шетии и образовав таким образом свой, осетинский вариант «Данциг и коридор».
Проводя четко выраженную политику двойного стан­дарта и одновременно заигрывая с Россией, А. Галазов сумел в 1992 году провести этническую чистку ингушей.
А. Галазов, первым поздравивший Д. Дудаева в ноябре 1992 года с избранием Президентом Чеченской Республики.
63
не остался в стороне и в Чеченской войне, а самую большую жестокость к мирному населению Грозного демонстрировали бойцы осетинского ОМОНа.
Весьма характерным для политика А. Галазова является следующий штрих. Когда Президенты Башкортостана и Татарстана М. Рахимов и М. Шаймиев посоветовали Б. Н. Ельцину 26 ноября 1994 года проявить мудрость и встретиться с Д. Дудаевым во избежание войны, им возразил тот же А. Галазов со словами: «Да о чем можно разговари­вать с этим охламоном». Результат «мудрости» осетинского лидера мы сегодня видим воочию. И все это ради того, чтобы под грохот танков и бомб, падающих на мирных гра­ждан Чечни и Ингушетии, похоронить проблему ингушских беженцев из Северной Осетии. И это ему удалось, судя по подписанному им совместно с Президентом ИР Р. Аушевым 11 июля 1995 года Соглашению, на чем мы подробнее оста­новимся ниже.
Такая же политика двойного стандарта проводится руко­водством РСО и в отношении казачества, противопоставляя их чеченцам и ингушам, чтобы удерживать переданные Северной Осетии чужие территории. Политика эта в Север­ной Осетии имеет свои давние традиции.
С начала 80-х годов в Северной Осетии началась лживая кампания по социальной защите русскоязычного населения, в частности казаков. Казачьим атаманам нелишне будет напомнить о содержании весьма интересного документа под названием: «Докладная записка Уполномоченного ВЦИК тов. Невскому от Исполкома Владикавказского округа», датированная 8 марта 1921 года.
В Докладной записке осетинская сторона тщательно «посчитала» чужие земли, особенно казачьи. Пригласив из Южной Осетии своих сородичей и назвав их беженцами (этим приемом в разных вариациях до сих пор широко поль­зуются в Осетии для проведения антиингушских акций на всех уровнях российских властей), Северная Осетия приво­дит явно завышенную цифру — 50 тысяч человек, которым необходимо выделить землю в количестве 120 тысяч де­сятин.
«Откуда же взять это количество земли?» — задаются вопросом осетинские «благодетели» казаков и далее пишут: «Отвечая на этот вопрос, прежде всего надо оста­новиться на землях казачьих. В округе тесно, трудовая масса задыхается в тесноте, кому-то надо встать и уйти из предела округа, чтобы дать возможность остальным вздохнуть свободно. Не может быть двух мнений о том, что уйти из округа должны казаки. Не говоря о причинах исторического характера, подходя к вопросу Переселения с практической стороны, ясно, что переселиться легче обеспеченным живым и мертвым инвентарем (то есть каза­чьим хозяйствам. — Б. К.).
Если органы, решавшие земельный вопрос, слышат стоны умирающих от нечеловеческих условий жизни бежен­цев-южан, если они слышат умоляющий голос горцев-осе­тин — дайте земли, то надо найти конец кормлению голод­ного «завтраками», надо решительно остановиться на реше­нии — дать землю теперь же.
На основании вышеизложенного, а также принимая во внимание, что горцы юга Осетии не могут возвращаться на юг даже и в том случае, если представится эта возможность, ибо на юге у них нет земли и неоткуда взять и что разреше­ние земельного вопроса не терпит отлагательств в Осетии ни в какой мере, Исполком Владикавказского округа настоя­тельно и убедительно просит ВЦИК:
Переселить казачьи станицы: Архонскую, Ардонскую,Николаевскую, Змейскую и хутор Ардонский и освободив­шиеся земли в количестве 53 000 дес. предоставить горцам из горной полосы Осетии. Осуществление этого переселения признать как рево­люционную необходимость срочным и переселение закон­чить к 1 Мая 1921 г. Чтобы прийти в ближайшее время на помощь револю­ционным беженцам Южной Осетии, вымирающим без крова, без средств и без земли,— ускорить переселение ста­ниц: Змейской и Архонской в течение ближайшего месяца и в первую очередь заселить туда юго-осетинских беженцев. Для выполнения переселения предоставить в распоря­
жение местных и специальных органов советской власти необходимые и достаточные денежные, технические и тран­спортные средства.Предоставляя на решение ВЦИК настоящую просьбу жизни и смерти горской бедноты, Исполком Владикавказ­ского округа заявляет, что оттяжка решения может вызвать столкновения горской бедноты с казаками при захвате рево­люционным путем указанных земель». (ЦГАОР, Ф1235, ОП95, д.517; Л.9, 10.)
Как видим, осетины «во Христе» за казачьи станицы готовы пролить кровь своих единоверцев. Вот вам и «христи­анский оплот России на Северном Кавказе». Позже осетины с помощью И. Сталина и Л. Берия и иже с ними дополни­тельно забрали Моздокский район у Ставрополья, Приго­родный район и часть Малгобекского района у Ингушетии и до сих пор «стесняются» вернуть их истинным хозяевам.

3 Зак. 411
Уйдя из оскандалившейся Конфедерации народов Кав­каза, Северная Осетия с помощью А. Галазова оседлала Ассамблею национально-демократических и патриотических сил России (АНДПСР) во главе с осетином Шмидтом Дзо-блаевым. Выполняя четкие установки А. Галазова, эта самая АНДПСР сегодня играет роль троянского коня в дестабилизации обстановки на Северном Кавказе в интере­сах определенных антидемократических сил российского общества, проводит огромную закулисную работу, чтобы не допустить возврата казачьих и ингушских территорий их исконным хозяевам.
С полной уверенностью сегодня можно говорить о том, что ингушская трагедия 1992 года, «бойня в Чечне», события в Буденновске есть звенья одной и той же цепи, есть концен­трированное выражение советской власти, уже в постсовет­ском обществе в худших традициях коммунистического режима. И роль первой скрипки здесь сыграла команда лидера Северной Осетии А. Галазова, о чем пора бы нако­нец понять современным «кремлевским мечтателям».
Выход из чеченского тупика цивилизованным путем невозможен без объективной этнополитической и государ­ственно-правовой оценки всего случившегося на Северном Кавказе — с учетом интересов всего многонационального народа этого региона на справедливой, истинно демократи­ческой основе.
VIII
При всей трагичности сложившегося вокруг ингушей положения, считаю, что выход из кризиса все же есть, если этого действительно хочет Россия, объявившая себя право­преемником РСФСР и СССР и виновная в антиингушской агрессии 1944 и 1992 годов. Сегодня у Президента и Прави­тельства РФ есть блестящие возможности для запоздалого выполнения обоих законов по Ингушскому вопросу, приня­тых под председательством Б. Ельцина и С. Филатова, и ссылаться на противодействие распущенного и расстрелян­ного ВС РФ уже не нужно. Не пойдут против конституцион­ных шагов Президента и депутаты Федерального Собрания РФ.
Для выхода из создавшейся критической ситуации необ­ходимо:
1. С учетом сложившейся реальной обстановки в Северо-Кавказском регионе России в целом срочно создать комплексную концепцию региональной и национальной политики Российской Федерации, особенно на Северном Кавказе.
Во исполнение Законов «О реабилитации репрессиро­ванных народов» и «Об образовании Ингушской Респуб­лики» с участием полномочной и компетентной Комиссии,состоящей из представителей Федеральных властей и обще­ственности, провести демаркационную линию между Север­ной Осетией и Ингушетией по состоянию на 23 февраля 1944года с учетом казачьих районов, переданных в другие госу­дарственные образования.По всей демаркационной линии временно рассредото­чить российские войска, как силы, разъединяющие ингуш­скую и осетинскую стороны. Из Пригородного района Северной Осетии вывести все вооруженные формирования, национальную гвардию, ОМОН, милицию РСО, одновре­менно начав отсчет времени переходного периода, срок которого закончился уже в марте 1994 года (ст. 4 Закона «Обобразовании Ингушской Республики»). Без всяких условий обеспечить в оперативном порядке коридор безопасности от райцентра Назрановского района до Джейрахского ущелья через Пригородный район и право­бережную часть города Владикавказа. Постановлением Правительства РФ обеспечить меры по беспрепятственному движению по территории Северной
Осетии железнодорожного, автомобильного и воздушного транспорта, следующего из Ингушской Республики в Россию и из России в Ингушскую Республику под контролем россий­ских войск, без участия в этом контроле осетинской сто­роны.
Передать в соответствии с принятыми российскими законами под юрисдикцию Ингушской Республики Приго­родный район и часть Малгобекского района (бывшие Кескемские объединенные хутора) из состава Северной Осетии.
По согласованию между Россией и Грузией закрыть границу между Южной Осетией, являющейся территорией Грузинского государства, и Северной Осетией, входящей в состав Российской Федерации. Для окончательного решения вопроса и определения границ Ингушской Республики провести многосторонние переговоры с участием России, Грузии, Кабардино-Балка­рии, Северной Осетии, Ставропольского края, Чечни и Ин­гушетии. Юридический раздел Чечено-Ингушской Республики осуществить с участием Российской Федерации, куда входила ЧИР до ее распада в 1991 году, прежде чем будет оконча­тельно определен статус Чеченской Республики.
10. Учредить специальное представительство Прези­дента и Правительства РФ в Ингушской Республике и в При­городном районе, бывшей ЧИ АССР, части Малгобекского района, входившей до передачи в Моздокский район Север­ной Осетии, в состав ЧИ АССР, наделив его особыми полно­мочиями, упразднив наносящий огромный вред Временный Госкомитет во главе с В. Лозовым и поглотивший уже десятки миллиардов рублей из карманов российских налого­плательщиков.
В свете последних событий следует особо остановиться на «Соглашении между Республикой Северная Осетия — Алания и Республикой Ингушетия о реализации указов Пре­зидента Российской Федерации по вопросам ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта», подписанного 11 июля 1995 года двумя президентами А. Галазовым и Р. Аушевым в г. Владикавказе.
Это Соглашение — яркий образец издевательства А. Га-лазова над полностью обанкротившимся политиком-генера­лом Р. Аушевым.
В пункте первом Соглашения «Стороны подтверждают свое стремление к выполнению указов Президента Россий­ской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации и договоренностей по вопросам ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта». Невольно возникает вопрос: «Кто же вам, господа Галазов и Аушев, мешал три года выполнять Конституцию РФ, указы Прези­дента РФ Б. Н. Ельцина, постановления Правительства РФ и многочисленные договоренности по вопросам ликвидации последствий этого самого конфликта?» Только ваше неже­лание, и, к сожалению, обоюдное.
Самым кощунственным в этом Соглашении является пункт второй, гласящий: «Стороны подтверждают свою при­верженность Конституции Российской Федерации и отказы­ваются от территориальных притязаний друг к другу.
Стороны поручают Правительству Республики Северная Осетия — Алания и Правительству Республики Ингушетия в двухнедельный срок с учетом изменившейся обстановки уточнить существующий порядок возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в места их прежнего постоян­ного проживания на территориях Республики Северная Осе­тия — Алания и Республики Ингушетия».
Уму непостижимо, как Северная Осетия, в период ста­линщины аннексировавшая почти половину ингушских тер-
68
риторий, отказывается от территориальных притязаний к Ингушетии? Наверное, А. Галазов решил «смилостивиться» и оставить ингушам вторую половину.
Еще более непонятны действия афганского вояки, кото­рый не только подарил без разрешения ингушского народа Северной Осетии весь ингушский Пригородный район, часть Малгобекского района, но и фактически отказался от Закона РСФСР «О реабилитации репрессированных наро­дов» и Закона РФ «Об образовании Ингушской Республики». Это и есть не что иное, как учет осетинской стороной «изме­нившейся обстановки». Работая по сценарию А. Галазова, генерал Р. Аушев даже не замечает, что возвращать «бежен­цев и вынужденных переселенцев на места их прежнего постоянного проживания на территориях Республики Ингу­шетия» нет никакой необходимости по той простой причине, что в Северной Осетии нет ни одного беженца из Ингушской Республики, а есть пропагандистские трюки А. Галазова для дополнительного выкачивания денег из российского бюд­жета, ибо все добровольно уехавшие из Ингушетии за при­личные цены продавали свои дома, участки. Из таких мигрантов сделать беженцев не удавалось еще никому, кроме А. Галазова.
Конечно же, «стороны отмечают» и «неудовлетворитель­ный ход строительно-восстановительных работ в селах Чер-мен, Дангарон, Дачное, Куртат из-за серьезных недостатков в организации проведения работ и перебоев в их финансиро­вании».
Исходя из этого важного, на их взгляд, аргумента: «Сто­роны просят Президента и Правительство РФ обеспечить полное и своевременное финансирование» этих самых «строительно-восстановительных» работ, разумеется, из российского бюджета. Ну, почему же не попросить дополни­тельные 500 миллиардов рублей, толком так и не отчитав­шись за ранее полученные, если на Чечню счет уже пошел на триллионы, тем более, карманы российских налогоплатель­щиков еще не оскудели.
Отдавая дань трагедии в Буденновске в пункте пятом, «стороны осуждают терроризм и другие преступные про­явления, от кого бы они ни исходили». Правда, обе стороны стыдливо умалчивают о террористических актах в Северной Осетии, в результате которых погибли десятки ингушей, убит вице-премьер РФ В. Поляничко. И громкие заявления власть имущих, в том числе и руководства МВД ИР о неиз­бежной .поимке убийц В. Поляничко, остались пустым зву­ком. Впрочем, это уже не важно. Важно прокукарекать.
69
Весьма интересным является шестой пункт этого Согла­шения, в котором записано: «В целях ликвидации послед­ствий осетино-ингушского конфликта и урегулирования взаимоотношений между республиками стороны считают необходимым подготовить и подписать в 1995 году Договор об экономическом и культурном сотрудничестве между Рес­публикой Северная Осетия — Алания и Республикой Ингу­шетия».
Что касается экономического сотрудничества, тут все ясно — это сотрудничество по совместному выколачиванию денег из российского бюджета. Сложнее обстоит дело с культурной частью. Правда, и тут есть выход. Ингушский Президент Р. Аушев, как известно, большой мастер плясать и петь частушки, особенно на банкетах. А. Галазову оста­ется всего лишь, сидя в кресле, с чувством исполненного перед осетинами неправедного долга, с усмешкой на лице, хлопать в ладоши пляшущему под его дудку Президенту Ингушетии Р. Аушеву.
Обоим народам обещано оздоровление «морально-психо­логической обстановки в республиках с широким привлече­нием к этой работе общественных деятелей, работников научных учреждений и культуры, средств массовой инфор­мации, религиозных конфессий».
В Соглашении отсутствует важнейший момент — как стороны собираются выполнить еще никем не отмененный Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» и Закон «Об образовании Ингушской Республики»? Этим Соглашением генерал Р. Аушев подвел итог по раздарива-нию направо и налево исконных ингушских земель.
Вслед за осетино-ингушским Соглашением, как и следо­вало ожидать, появился проект федерального Закона о вне­сении изменений и дополнений Закона РСФСР «О реабили­тации репрессированных народов», подготовленный предсе­дателем Комитета Совета Федерации по делам федераций, Федеративного Договора и региональной политики РФ» депутатом РФ В. Г. Тарасенко.
Характерна новая редакция ст. 3 Закона «О реабилита­ции репрессированных народов», гласящая: «Реабилитация репрессированных народов означает признание их права воз­вращения согласно свободному волеизъявлению в места тра­диционного проживания на территории РФ, а также на воз­мещение ущерба, причиненного государством». Иными сло­вами, жить ингушам в Пригородном районе, возможно, и разрешат, если этого захотят осетины, но прежнюю свою Родину ингуши не получат.
70
Что касается ст. ст. 6 и 7 Закона «О реабилитации...», то они просто исключены.
Самое трагичное в этом кощунственном проекте Закона то, что ингуши после подписания генералом Р. Аушевым антиингушского Владикавказского Соглашения не могут даже возразить против проекта Закона В. Г. Тарасенко, ибо этот проект полностью соответствует принципу отказа от территориальных претензий между Северной Осетией и Ингушетией, провозглашенного осетино-ингушским Согла­шением 11 июля 1995 года. История ингушского народа не знает большего предательства, чем то, которое совершил генерал Р. Аушев, подписав это Соглашение. Можно ска­зать, что проект Закона, подготовленного В. Г. Тарасенко, согласован и с генералом Р. Аушевым, и с генеральшей А. Очировой.
Что касается Указа Президента Российской Федерации «О мерах по осуществлению территориальной реабилитации репрессированных народов» от 16 сентября 1995 г. за № 948, то он, как и следовало ожидать, не послужит «в целях обес­печения прав и свобод граждан при осуществлении террито­риальной реабилитации репрессированных народов» и носит скорее всего пропагандистский, агитационный характер в канун выборной кампании 1995 года.
Завершая разговор о Соглашении, необходимо отметить, что, подписав его, генерал Р. Аушев сделал беспрецедент­ный в истории субъектов РФ шаг — продал Родину ингушей осетинам, предал доверившийся ему ингушский народ, пре­дал будущие поколения ингушей, предал всю ингушскую молодежь, которая пошла за ним, а это уже пострашнее распродажи военного имущества некоторыми российскими генералами. Простит ли ему и его команде ингушский народ это предательство — покажет время.
Ингушские журналисты, как и следовало ожидать, тут же взялись на все лады расхваливать осетино-ингушское Соглашение, а один из них, Осман Гадаборшев, о котором мы выше говорили, в качестве собкора «Российской газеты» добрался и до Москвы. Сей господин в названной газете от 18 июля сего года со свойственным ему цинизмом информирует читателей: «Как принято у соседей, Северная Осетия и Ингу­шетия отказались от территориальных претензий друг к другу».
Широкую кампанию по одобрению осетино-ингушского Соглашения ведет газета «Сердало» во главе с ее редакто­ром, бывшим членом Народного Совета Ингушетии М. Ба-рахоевым. Среди многочисленных публикаций в газетах наи-
71
более характерным является «Обращение к главному редак­тору Общенациональной газеты «Сердало» от жителей п. Карца (ингушской национальности)» Северной Осетии, организованное в худших традициях КПСС, главная цель которого — безудержное восхваление генерала Р. Аушева и охаивание всех, кто не согласен с предательским курсом Президента Ингушской Республики.
Всякое неприятие антиингушского курса генерала авторы сего «меморандума» Б. Тамасханов, М. Льянов, X. Хамхоев, Р. Гадаборшев и еще 59 неизвестных подписантов, скажем так, аушевского «манифеста 63-х», объявляют «кощунством, беспределом, изменой своему народу».
Холуйский тон «Обращения» не позволяет мне подробно останавливаться на его содержании. Приведу лишь одну фразу, говорящую о многом: «Р. С. Аушев сметет со своего пути все преграды и выйдет к намеченной цели. В этом у нас нет сомнений».
Весьма сомнительно, позволят ли ингуши Р. С. Аушеву сметать «со своего (предательского.— Б. К.) пути все пре­грады» и выйти «к намеченной цели» (по окончательной и полной распродаже Родины.— Б. К.), хотя у 63-х подписан-тов в этом «нет сомнений».
Не думаю, что те ингуши, кто подмахнул гнусный сей документ, покаются за свою политическую трусость и под­держку антинародного курса генерала Р. Аушева, ибо трусо­сти и холуйству неведомо покаяние.
Та же «Российская газета» в номере за 29 июля называет Соглашение «победой, которую никто не заметил», не уточ­няя, кто же победил. Впрочем, ясно и так, ибо автор публи­кации Владимир Любицкий с восторгом пишет: «Основные его (Соглашения.— Б. К.) положения — это привержен­ность Конституции России и отказ от взаимных территори­альных притязаний». Господин В. Любицкий характеризует этот чудовищный антиингушский документ как «обнадежи­вающее многоточие в осетино-ингушском конфликте».
Во всем правительстве и парламенте Ингушской Респуб­лики не нашлось ни одного мужчины, который в знак проте­ста против предательства ингушей генералом Р. Аушевым подал бы в отставку!
Что касается «главного» юриста Ингушетии и депутата Совета Федерации РФ И. Костоева, то он даже не заикнулся о пагубных последствиях для ингушского народа Соглаше­ния, не провел ни одной пресс-конференции и не высказался перед журналистами о своем неприятии этого Соглашения и даже не встретился с московскими ингушами, чтобы хотя бы поделиться с ними о своих тревогах, если, конечно, они у него есть. Судя по всему, у него этих тревог нет. Я уже не говорю о госпоже Очировой, давно и навсегда презревшей ингушские беды и интересы своих избирателей.
Остается только добавить, что ни один представитель тейпа Аушевых не высказал и малейшего упрека своему сородичу-генералу за предательство народа, что само по себе служит веским доказательством создания Р. Аушевым вме­сто Республики Ингушетия, как метко заметили в народе, тейповой «Республики Аушетия».
На этом ответственнейшем этапе решения Ингушского вопроса доверять дальше судьбу ингушского народа генералу Р. Аушеву не только рискованно, но и гибельно. Своей «героической» деятельностью в Республике генерал под­твердил справедливость русской пословицы: «Не в свои сани не садись». Властные устремления Р. Аушева, его желание во что бы то ни стало войти в историю в сочетании с полити­ческой и экономической некомпетентностью — основные причины кризиса ингушского национального движения, про­тив которого генерал ведет оголтелую борьбу. Этому спо­собствуют и отрицательные личностные качества генерала и его «афганская» биография.
По образному выражению одного из активных членов Народного Совета Ингушетии Джабраила Куштова, «Р. Ау­шев удачно рассчитал время для того, чтобы вскочить на лошадь истории. С помощью определенных лиц он вскочил на нее, но впопыхах уселся на ней задом наперед». Относи­тельно заявления генерала Р. Аушева по телевидению «Останкино» 5 октября 1994 г.: «История меня поставила первым Президентом Ингушетии»,— можно сказать одно: президентство это является самой большой ошибкой в исто­рии Ингушетии, ошибкой, которую сам ингушский народ должен исправить в ближайшее время, ибо генерал вряд ли поймет необходимость своей добровольной отставки. «Ингу­шетии же настоятельно требуется лидер, не просто смотря­щий вперед, но и способный,— как отмечает один из честнейших русских интеллигентов Федор Боков,— на реши­тельные действия во имя возвращения своему народу его исконной Родины». Дальнейшее пребывание у власти гене­рала Р. Аушева неизбежно приведет к тяжелым, необрати­мым последствиям, и исправлять ошибки уже будет поздно.
Тем более нельзя доверять его окружению, систематиче­ски демонстрирующему свое незнание и политическую тру­сость в решении ингушской проблемы. Среди окружения Р. Аушева есть и откровенные противники воссоздания госу-
73
дарственности ингушей. Уход этих людей сегодня с полити­ческой арены — объективная необходимость, и чем быстрее это произойдет, тем лучше для обездоленного народа.
В кратчайший срок необходимо провести Общенацио­нальный съезд с широким представительством проживаю­щих в Ингушетии народов, а также ингушской диаспоры в ряде регионов РФ и СНГ, общественных и политических движений, положив конец многочисленным аушевским «чрезвычайным» и «очередным» съездам народов Ингуше­тии, неспособным в силу своего состава подготовить ни одного кардинального решения по Ингушскому вопросу. Избрать на Общенациональном съезде Высший Админи­стративный Совет Ингушской Республики и поручить ему подготовку и проведение истинно демократических выборов в парламент Ингушетии вместо выборных суррогатов груп­пировки Р. Аушева, потребовав на съезде открытого отчета о проделанной работе и от всего руководства ИР.
Подготовку и проведение всех этих важных мероприятий целесообразно осуществить под руководством членов Чрез­вычайного комитета, образованного 1 ноября 1992 года, и Президиума Народного Совета Ингушетии с привлечением инициативной группы из числа уважаемых в народе людей, а также представителей ингушской администрации и парла­мента.
Вновь избранному парламенту нужно наконец опреде­лить форму правления в Ингушской Республике, принять вместо аушевской подлинно народную Конституцию и после образования нормальных структур всех ветвей власти упразднить Высший Административный Совет как выпол­нивший свою миссию.
Ингушская нация сегодня — это нация, преданная сосе­дями, собственным руководством, преданная России и преданная ею, переживающая тяжелейший период своей истории, но не ставшая на колени и не озлобленная.
В заключение хотел бы предостеречь ингушский народ от провокаторов, пытающихся обвинить всю Россию в про­исшедшей трагедии. При всей несправедливости случивше­гося с ингушским народом всем нам надо уяснить себе, что истинно демократическая Россия с глубоким сочувствием и пониманием относится к постигшему ингушей горю, оказы­вает практическую помощь молодой Ингушской Респуб­лике, поддерживает ингушей. Яркий пример этому — публи­цистическая деятельность российских интеллигентов Ирины Дементьевой, Игоря Ляпина, Федора Бокова и многих дру­гих по защите попранных прав ингушского народа.
74
В этот поистине исторический момент для судеб народа всем нам независимо от любых запретов новоявленных ингушских правителей необходимо твердо отстаивать инте­ресы своего народа в его борьбе за воссоздание ингушской государственности с возвратом всех насильственно отторгну­тых ингушских территорий, не передоверяя вести эту борьбу генералам, которых со дня принятия Закона «Об образова­нии Ингушской Республики» слишком много развелось на ингушской земле. Не нужны нам сегодня генеральские лам­пасы в политике, а нужны мозги, способные вывести нацию из тупика, как это в свое время сделала американская нация, избрав своим президентом человека в инвалидной коляске, но со светлой головой. И он вывел Америку из глубочай­шего кризиса. Имя этого Президента США Франклин Д. Рузвельт, гениальные слова которого: «Политика слиш­ком серьезное дело, чтобы его доверять военным» — под­тверждаются печальным опытом царствования советского генерала Р. Аушева в истерзанной Ингушетии. Верность слов великого американца лишний раз подтвердил и трагиче­ский эксперимент над Чечней генерала Д. Дудаева, и для всех нас сегодня стало очевидным, что не генеральское это дело — заниматься политикой.
Родиной не торгуют и тем более Родину не дарят, как хотелось бы кое-кому на Северном Кавказе. Я никогда, ни одно мгновение не сомневался в том, что ингушский народ снова, как и прежде, займет достойное место в семье кавказ­ских народов и в истории Российского государства, в состав которого ингуши вошли добровольно и никогда от этого не отказывались.
Октябрь 1994 года — сентябрь 1995 года Москва — Ингушская Республика

Уважаемые читатели!
Ниже прилагаются документы антиингушской напра­вленности, завизированные и подписанные советским генералом-коммерсантом — Президентом Ингушской Рес­публики — «отцом» народа Р. Аушевым.
Комментарии к этим документам приведены в работе «Преданная нация».
Каждый честный ингуш должен внимательно прочесть их как свидетельство редчайшего предательства нации.
Автор

0

6

ЗАЯВЛЕНИЕ
участников совещания руководителей
республик, краев и области Северного
Кавказа

Мы, участники совещания, созванного по инициативе Президента Российской Федерации, обсудив общеполитиче­скую ситуацию на Северном Кавказе, пришли к единому мнению, что развитие демократических процессов, решение задач, связанных с поэтапной конституционной реформой, сохранение целостности Российской Федерации во многом определяются общим положением на Северном Кавказе и в Закавказье.
Мы не можем допустить, чтобы процесс реформ был поставлен под угрозу. Слишком долго межнациональный мир и согласие в стране подвергаются опасности взрыва в связи с постоянной напряженностью, существующей на Северном Кавказе. Осетино-ингушский конфликт, унесший жизни сотен людей, неопределенность со статусом Чечен­ской республики, вынужденная миграция десятков тысяч людей из-за нарушения прав человека, огромное количе­ство оружия в руках экстремистов, в целом тяжелая крими­ногенная обстановка на Северном Кавказе — все это не только большая беда для российских граждан, но и свиде­тельство слабости общефедеральной и местной властей, бездействия законов.
Чтобы начать выход из кризиса, мы предлагаем следую­щие меры:
— добиться урегулирования осетинско-ингушского кон­фликта на основе примирения, отказа ингушской стороны от территориальных претензий на часть Пригородного рай­она Северной Осетии, отмены осетинской стороной реше­ния о невозможности совместного проживания граждан
ингушской и осетинской национальностей, возвращения беженцев в места прежнего компактного проживания в соответствии с Кисловодским соглашением;
- начать изъятие боевой техники и разоружение всех незаконных вооруженных формирований в Северной Осе­тии и Ингушетии, на Северном Кавказе в целом;
определить позицию федеральных органов власти по
отношению к Чеченской Республике, которая остается
главным фактором нестабильности в Северо-Кавказском
регионе, отрицательно сказывается на реформе государ­
ственного устройства Российской Федерации;
налаживание конструктивного диалога со всеми
общественно-политическими движениями;
введение казачьего движения в организованное русло
в соответствии с принятыми Законами и Указом Прези­
дента Российской Федерации;
реализация Закона о землепользовании с учетом осо­
бенностей Северного Кавказа;
отказ от изменений ныне существующих границ
между субъектами Российской Федерации без согласия на
это самих субъектов;
неотвратимость юридической ответственности за раз­
жигание межнациональной розни;
эффективная региональная политика.
В основе конфликтности на Северном Кавказе лежат не столько национальные проблемы, сколько факторы демо­графические, социально-экономические, экологические, земельные. При комплексном подходе к Северному Кавказу как единому хозяйственному организму эти проблемы раз­решимы.
Мы едины в том, что народам Кавказа необходимы мир и согласие, которые могут быть достигнуты мудрыми зако­нами, не отвергающими вековых обычаев и сохраняющими исторически сложившееся содружество народов многона­циональной России.
Исходя из интересов сохранения целостности Российской Федерации мы призываем народы Северного Кавказа при­нять активное участие в выборах 12 декабря 1993 года и проголосовать за новую Конституцию. Формирование пра­вового государства на основе стабильной Конституции — залог демократии, 'национального единства и согласия.
7 декабря 1993 года г. Нальчик

0

7

В целях нормализации обстановки в зоне осетино-ингуш­ского конфликта на основании Закона РСФСР «О чрезвы­чайном положении» постановляю:
1. Подтвердить статус Пригородного района как терри­
тории, . находящейся в составе Республики Северная
Осетия.
2. Совету Министров — Правительству Российской
Федерации, Временной администрации, Совету Министров
Республики Северная Осетия, Совету Министров Ингуш­
ской Республики осуществить, начиная с декабря 1993 года,
возвращение и расселение беженцев и вынужденных пересе­
ленцев в места их прежнего компактного проживания, на
первом этапе — в населенные пункты Чермен, Донгарон,
Дачное, Куртат Пригородного района.
Принять необходимые меры по комплексному решению проблем беженцев и вынужденных переселенцев на терри­ториях Республики Северная Осетия и Ингушской Респуб­лики.
3. Совету Министров — Правительству Российской
Федерации принять необходимые меры по повышению
эффективности работы Временной администрации.

0

8

ПОРЯДОК
возвращения и расселения беженцев
и вынужденных переселенцев в места
их прежнего компактного проживания
в населенных пунктах Чермон, Донгарон,
Дачное, Куртат Пригородного района
Республики Северная Осетия
г. Беслан
26 июня 1994 г.
В соответствии с Указами Президента Российской Феде­рации от 13 декабря 1993 г. № 2131 и^от 30 мая 1994 г. № 1112, Кисловодским Соглашением от 20 марта 1993 г. Правительство Республики Северная Осетия и Правитель­ство Республики Ингушетия при непосредственном участии Временной администрации создают условия для компле­ксного -решения проблем беженцев и вынужденных пересе­ленцев, руководствуясь принципами взаимного уважения, межнационального мира и согласия, территориальной цело­стности республик, соблюдения прав человека, законопос-лушания.
Предварительный этап:
обеспечение общественной безопасности в населенных пунктах силами, приданными Временной администрации, органами внутренних дел Республики Северная Осетия в соответствии с Конституцией Российской Федерации и дей­ствующим законодательством;
уточнение через органы миграционной службы, МВД обеих республик под контролем Временной администрации списков беженцев и вынужденных переселенцев, готовых вернуться в места прежнего проживания;
96
возвращение осуществляется при строгом соблюдении принципа добровольности на первом этапе при наличии документально подтвержденной прописки по состоянию на 31 октября 1992 года и других законных оснований;
лица, обвиняемые в совершении преступлений, могут быть возвращены только по заключению правоохранитель­ных органов;
формирование групп и их возвращение в места прожива­ния осуществляется с учетом рекомендаций, выработанных согласительными комиссиями на основе процедуры прими­рения;
создание передвижных медицинских пунктов, разверты­вание торговых точек, обеспечение водой;
уточнение потребности в строительных материалах, рабочей силе, оценка затрат;
восстановление инженерных коммуникаций, дошкольных и школьных учреждений, предприятий социально-культур­ной и бытовой сферы с 1 июля 1994 года при решении вопро­сов финансирования и выделения материальных ресурсов.
Последующий этап:
возвращение беженцев и вынужденных переселенцев в сохранившиеся дома;
установка временного жилья для возвращающихся к раз­рушенным и полуразрушенным домам и восстановление необходимой инфраструктуры;
уточнение объема работ по каждому из восстанавливае­мых объектов производится заказчиком в лице Министер­ства по чрезвычайным ситуациям. Восстановление разру­шенных домов осуществляется с участием домовладельцев;
уточнение схемы пассажирских и грузовых перевозок, потребностей в транспорте и порядок его выделения опреде­ляются Временной администрацией;
перевозка семей к месту жительства обеспечивается Вре­менной администрацией при помощи правительств обеих республик при участии наблюдателей от федеральных орга­нов и субъектов Северо-Кавказского региона.
Заключительные положения:
1. Координацию работ по возвращению беженцев и выну­жденных переселенцев осуществляет Временная админи­страция, в структуре которой создан специальный отдел по проблемам возвращения, расселения и обустройства бежен­цев и вынужденных переселенцев.
97
Стороны согласились, что правительственные комис­
сии Республики Северная Осетия и Республики Ингушетия
совместно с Временной администрацией в срок до 5 июля
с. г. разрабатывают и утверждают мероприятия и график
возвращения и расселения беженцев и вынужденных пересе­
ленцев.
Руководство Республики Северная Осетия и Времен­
ная администрация при этом исходят из того, что как про­
живающие в четырех населенных пунктах, так и возвра­
щающиеся граждане обязуются соблюдать законы Россий­
ской Федерации и Республики Северная Осетия, признавать
территориальную целостность Республики Северная Осетия
в существующих административно-территориальных грани­
цах, исполнять решения законных органов власти и упра­
вления, не заниматься разжиганием межнациональной
розни.
Настоящий Порядок предполагает реализацию Указа
Президента Российской Федерации от 13 декабря 1993 г. №
2131, подтверждающего статус Пригородного района как
составной части территории Республики Северная Осетия,
других Указов Президента Российской Федерации и поста­
новлений Правительства Российской Федерации, создающих
условия для продолжения переговорного процесса в целях
нормализации и развития добрососедских отношений между
Республикой Ингушетия и Республикой Северная Осетия.
Президент Республики Северная Осетия
A. ГАЛАЗОВ
Президент
Республики Ингушетия Р. АУШЕВ
Глава Временной администрации
B. ЛОЗОВОЙ
98
ЗАЯВЛЕНИЕ
Президента Республики Северная Осетия и Президента Республики Ингушетия
Прошло два года с трагических дней октября — ноября 1992 г. в Пригородном районе Республики Северная Осетия, которые неутихающей болью, непроходящими страданиями кровоточат в душе наших народов. Горечь утрат невоспол­нима.
Мы, Президенты Республик, Которых наши народы облекли высшим доверием, глубоко осознаем всю меру ответственности за их будущее, сожалеем о происшедшей трагедии, еще раз выражаем соболезнование родным и близким безвинно погибших и сделаем все для того, чтобы подобное не повторилось. Виновные в трагедии должны понести суровое наказание.
Альтернативы миру и согласию нет. Осетинский и ингушский народы веками жили рядом. Добрососедские отношения жизненно необходимы для Северной Осетии и Ингушетии, для мира и спокойствия на Кавказе, Российской Федерации в целом.
Соглашение, подписанное нами 26 июня 1994 г. в Бес-лане, открыло возможность для преодоления последствий случившейся трагедии. Подтверждая приверженность этому соглашению, мы решительно осуждаем и будем пресекать, опираясь на Закон:
пропаганду национал-экстремизма и национальной
нетерпимости;
нарушения прав человека;
призывы к насилию;
попытки решать в обход Конституции и Законов Рос­
сийской Федерации спорные вопросы.
99
г. Владикавказ
Мы будем делать все для того, чтобы в средствах массо­вой информации, заявлениях, выступлениях и действиях всех органов власти республик исключить взаимные обвине­ния, оскорбления национальных чувств людей.
Мы будем содействовать установлению прямых контак­тов между органами власти и управления обеих республик, развитию экономических, культурных, научных связей, формированию уважения к традициям наших народов.
Мы заявляем о необходимости продолжения диалога, соблюдения прав и интересов каждой из сторон и заключе­ния полномасштабного Договора о дружбе и сотрудничестве между Республикой Северная Осетия и Республикой Ингу­шетия.
Мы желаем мира и спокойствия нашим народам.
Президент РСО А. ГАЛАЗОВ
Президент РИ Р. АУШЕВ.
24 сентября 1994 г. г. Беслан
100
СОГЛАШЕНИЕ
между
Республикой Северная Осетия-Алания
и Республикой Ингушетия о реализации указов
Президента Российской Федерации по вопросам
ликвидации последствий осетино-ингушского
конфликта
11 июля 1995 года
Государственная делегация Республики Северная Осе­тия-Алания и Государственная делегация Республики Ингу­шетия, именуемые в дальнейшем «Стороны», договорились о нижеследующем:
Стороны подтверждают свое стремление к выполне­
нию указов Президента Российской Федерации, постановле­
ний Правительства Российской Федерации и договоренно­
стей по вопросам ликвидации последствий осетино-ингуш­
ского конфликта.
Стороны подтверждают свою приверженность Кон­
ституции Российской Федерации и отказываются от терри­
ториальных притязаний друг к другу.
Стороны поручают Правительству Республики Северная Осетия-Алания и Правительству Республики Ингушетия в двухнедельный срок с учетом изменившейся обстановки уточнить существующий порядок возвращения беженцев и вынужденных переселенцев в места их прежнего постоян­ного проживания на территориях Республики Северная Осе­тия-Алания и Республики Ингушетия.
3. Стороны отмечают неудовлетворительный ход строи­
тельно-восстановительных работ в ее. Чермен, Донгарон,
101
ЗАНГИЕВ Ч. М. КУСОВ Т. Э.
КИРИЛКИН Ю. Г.
ГОНГОВ А. А.
ДЗАГИЕВ М.- Г. О.
ТАТРИЕВ М. Т.
ЯНДИЕВ X. И.
Дачное, Куртат из-за серьезных недостатков в организации проведения работ и перебоев в их финансировании.
Стороны просят Президента Российской Федерации и Правительство Российской Федерации ускорить передачу Временному Государственному комитету Российской Феде­рации функций государственного заказчика по строительно-восстановительным работам в зоне конфликта и обеспечить их полное и своевременное финансирование.
Стороны считают необходимым в месячный срок при­
нять Программу совместной работы Правительства Респуб­
лики Северная Осетия-Алания и Правительства Республики
Ингушетия по оздоровлению морально-психологической
обстановки в республиках с широким привлечением к этой
работе общественных деятелей, работников научных учре­
ждений и культуры, средств массовой информации религи­
озных конфессий и в этих целях воздерживаются от разного
рода заявлений и обращений, осложняющих процесс урегу­
лирования взаимоотношений между республиками.
Стороны осуждают терроризм и другие преступные
проявления, от кого бы они ни исходили, и считают необхо­
димым объединить усилия правоохранительных органов
Республики Северная Осетия-Алания и Республики Ингуше­
тия по обеспечению защиты прав, свобод и безопасности
граждан; поручают руководителям правоохранительных
органов Республики Северная Осетия-Алания и Республики
Ингушетия в десятидневный срок разработать и принять
план совместных мероприятий по усилению борьбы с пре­
ступностью и терроризмом.
В целях ликвидации последствий осетино-ингушского
конфликта и урегулирования взаимоотношений между рес­
публиками стороны считают необходимым подготовить и
подписать в 1995 году Договор об экономическом и культур­
ном сотрудничестве между Республикой Северная Осетия-
Алания и Республикой Ингушетия.
Для подготовки проекта Договора образовать рабочие
комиссии в следующем составе:

Председатель Комитета Парламента,
Председатель Комитета по делам
национальностей,
Руководитель Администрации
Президента Правительства;
от Республики Ингушетия:
УЖАХОВ М. 3.
заместитель Председателя
Правительства.
Руководитель Администрации
Президента,
Министр юстиции,
ПЛИЕВ Р. С.
депутат, член комиссии Народного
Собрания-Парламента,
заместитель Председателя
Правительства,
начальник отдела Администрации
Президента.
За Республику Ингушетия
Р. Аушев
За Республику
Северная Осетия-Алания
А. Галазов
от Республики Северная Осетия-Алания:
ДЖИГКАЕВ Г. А. БЕЖАЕВ О. Г. ДОЕВ К. М.

Государственный советник Президента,
Министр финансов,
Министр экономики,
102
103
ФЕДЕРАЛЬНОЕ СОБРАНИЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КОМИТЕТ СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ
ПО ДЕЛАМ ФЕДЕРАЦИИ, ФЕДЕРАТИВНОМУ ДОГОВОРУ И РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКЕ
Председателю Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации
РЫБКИНУ И. П.
Уважаемый Иван Петрович!
В соответствии со статьей 104 Конституции Россий­ской Федерации направляю в порядке законодательной инициативы члена Совета Федерации проект федераль­ного закона «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных на­родов».
Приложение: 1. Проект федерального закона «О вне­сении изменений и дополнений в За­кон РСФСР «О реабилитации репрес­сированных народов» на 2 л. 1 экз. 2. Пояснительная записка на 3 л. 1 экз.
Председатель Комитета В. Г. ТАРАСЕНКО
104
ПРОЕКТ
ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН
«О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов»
Статья 1. Внести в Закон РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» (принят 26 апреля 1991 г. № 1107-1) следующие изменения и дополнения:
В части 1 преамбулы слова «советского» заменить на
слово «российского».
Часть 3 преамбулы изложить в следующей редакции:
«Опираясь на международные акты, Конституцию Россий­
ской Федерации, а также на действующее законодательство
Российской Федерации, закрепляющее и гарантирующее
права и свободы граждан России, Государственная Дума
осуждает принятие всех незаконных актов, принятых в отно­
шении репрессированных народов, и принимает настоящий
Закон об их реабилитации.
Статью 3 изложить в следующей редакции: «Реабили­
тация репрессированных народов означает признание их
права возвращения, согласно свободному волеизъявлению, в
места традиционного проживания на территории Российской
Федерации, а также на возмещение ущерба, причиненного
государством.
В процессе реабилитации репрессированных народов не должны ущемляться права и законные интересы граждан, проживающих в настоящее время на территориях репресси­рованных народов. Не допускается их принудительное пере­селение.
4. Статью 5 изложить в следующей редакции:
«Восстановление и изменение национально-государствен­
ных образований репрессированных народов осуществляется
на основе федерального закона Российской Федерации».
105
Статьи 6 и 7 исключить.
Часть 2 статьи 9 изложить в следующей редакции: «По­
рядок возмещения ущерба реабилитированным народам и от­
дельным гражданам устанавливается нормативными право­
выми актами Российской Федерации.
Статью 13 изложить в следующей редакции: Особенно­
сти применения настоящего Закона по отношению к репрес­
сированным народам, проживающим и проживавшим на тер­
ритории Российской Федерации, регулируются федераль­
ными законами Российской Федерации, принимаемыми по от­
ношению к каждому репрессированному народу.
Статья 2. Настоящий Федеральный закон вступает в силу по истечению десяти дней со дня его официального опублико­вания.
Президент
Российской Федерации

0

9

ЗАПИСКА
За короткий срок промежуток времени Россия переместилась из одного исторического периода в другой. Назад пути нет, но и новый окончательно не определен. Радикально изменилось государствен­ное устройство, меняется соотношение форм собственности, нарас­тают межнациональные противоречия внутри России. Субъектами Российской Федерации принимаются конституции и другие норма­тивные правовые акты, которые не всегда соответствуют Конститу­ции Российской Федерации, ослаблен духовный потенциал — осно­ва, на которой всегда покоилась мощь государства.
В этих условиях главное — предотвратить ослабление и развал го­сударства российского, обеспечить соблюдение прав и свобод всех гра­ждан. Нельзя допустить, чтобы в России восторжествовали крайности. На границах Российской Федерации все чаще происходят воору­женные конфликты немеждународного характера. Для того, чтобы стабилизировать обстановку в стране, не допустить усиления взры­воопасных тенденций, необходимы национальное единство и согла­сие, укрепление Федерации.
В настоящее время главным очагом конфликтов являеются тер­ритории, где живут репрессированные в прошлом народы. Это прежде всего Северный Кавказ. В условиях современной полиэтно-сти всех территорий России любые конфликты в любом ее уголке могут обернуться конфликтами в других регионах. Для того, чтобы снять эту проблему, был принят Закон РСФСР «О реабилитации ре­прессированных народов» от 26 апреля 1992 года, который стал пра­вовой базой для восстановления исторической справедливости, устранения последствий репрессий и депортаций в 30—40-е годы бо­лее 10 народов.
106
С момента принятия Закона прошло четыре года, но до сих пор его реализация по разным причинам затягивается, а в ряде случаев и игнорируется. В Законе не были учтены возможные последствия провозглашенных в законодательном порядке мер, произошло свое­образное пренебрежение сбалансированностью отношений между историческим прошлым и сложившимися историческими реалиями в районе обитания народов, подвергшихся одной из репрессий —де­портации. Стремительный и обвальный отказ от принципа интерна­ционализма привел повсеместно к выпячиванию исключительно на­ционального, а в конечном итоге — к национализму.
Все чаще звучат угрозы принудительного выселения граждан из принадлежащих на праве собственности жилищ, происходят само­вольные захваты земель, строений. Причем это проявляется в отно­шении граждан всех национальностей, которые в разное время пере­селились и проживают на новых территориях. На этих территориях проживают уже целые поколения людей и далеко не все изъявляют желание куда-либо переселяться.
В условиях обострения межнациональных отношений все шире становится вытеснение переселенных народов с территорий, на ко­торые возвратились и прибывают ранее депортированные народы. За последние годы из Чеченской Республики заметно возрос отток жителей русской и других национальностей. Потребовались новые законы о защите социальных прав, интересов народов, прожива­ющих на землях депортированных, которым также были в свое время гарантированы права их. проживания. А это и русские, и украинцы, и лакцы, и аварцы и многие другие.
Положение ст. 3 Закона РСФСР «О реабилитации репрессиро­ванных народов» не содержит разъяснений на сей счет, кроме при­зыва не допускать ущемления прав и интересов граждан, прожива­ющих в настоящее время на территории, принадлежащей депортиро­ванным народам.
Принудительное выселение граждан, живущих на землях, кото­рые ранее занимали репрессированные народы, недопустимо. Луч­шим вариантом для всех народов было бы сохранение статус-кво. Ибо как только вопрос касается пересмотра границ, это сразу же ве­дет к конфликту.
Таким образом, ряд положений Закона РСФСР «О реабилита­ции репрессированных народов» от 26 апреля 1991 года противоре­чит нормам и принципам международного права и Конституции Рос­сийской Федерации 1993 года.
С учетом изложенного предлагаем внести в Государственную Думу Федеральный закон «Об изменениях и дополнениях Закона РСФСР «О реабилитации репрессированных народов».
Председатель Комитета по делам Федерации, Федеративному договору и региональной политике
В. Г. ТАРАСЕНКО

0

10

Сегодня впервые в истории Ингушетии читателю предла­гается часть карты Чечено-Ингушской АССР 1941 года с ука­занием территорий, переданных вопреки воле ингушского на­рода в состав СО АССР (РСО), и от которых полностью отка­зался генерал Р. Аушев.
Ниже приводится комментарий к этой карте бывшего на­родного депутата РФ, члена Президиума Народного Совета Ингушетии, кандидата экономических наук Бембулата Бога­тырева:
«Известно, что s 1931 году по инициативе руководства Моздокского района и Ставропольского края 5,2 тыс. гекта­ров земель, находившихся а административных границах Малгобекского района Ингушской автономной области были переданы Моздокскому району. Основная причина, на кото­рую ссылались при этом те, кто передал эти земли Моздок­скому району Ставрополья, заключалась в том, что на этой территории в количественном отношении ингушей было меньше, чем представителей других национальностей, в част­ности нагайцев и казаков.
Сразу же после провозглашения Ингушской и Северо-Осетинской автономных областей руководители последней стали добиваться передачи всего города Владикавказа Север­ной Осетии, хотя город в то время находился в подчинении ВЦИКа и являлся административным, экономическим и куль­турным центром обеих автономных областей. Несмотря на протесты ингушей, в 1933 году г. Владикавказ, тогда г. Орд­жоникидзе, вместе с прилегающей Пригородной полосой с юга, востока и севера, общей площадью 7,5 тыс. гектаров, были переданы Северной Осетии. Ингуши, таким образом, лишились политического, экономического и культурного центра. Это обстоятельство в решающей степени предопреде­лило упразднение государственности ингушского народа. Передача г. Орджоникидзе Северной Осетии прежде всего преследовала эту цель.
В период восстановления Чечено-Ингушской АССР в 1957 году в результате закулисной деятельности тогдашнего руко­водителя Оргкомитета по восстановлению Чечено-Ингуш­ской АССР М. Гайрбекова и первого секретаря Северо-Осе-тинского обкома КПСС А. Агкацева часть Пригородного и Малгобекского районов общей площадью 100,5 тыс. гектаров были оставлены Северной Осетии.Таким образом в наруше­ние действовавших тогда Конституции РСФСР и Чечено-Ин-
108
гушской АССР и вопреки протестам ингушского народа одна треть национальной территории Ингушетии, или 113 тыс. гек­таров земель, в период правления И. Сталина и Н. Хрущева были переданы Северной Осетии, в том числе —17 тыс. гек­таров пашни, 22,5 тыс. гектаров пастбищ и сенокосов, 38 тыс. гектаров лесов и кустарников, а также 25,5 тыс. гектаров про­чих земель, преимущественно горных хребтов и ущелий. На этой территории до выселения проживали 46 процентов ингу­шей, 3,5 тыс. казаков и не было ни одного осетина.
На территории, переданной Северной Осетии в разное время, сосредоточены основные лесные массивы, пресная во­да, гидроэнергетические ресурсы, огромное количество доло­митов и другого минерального сырья, без которых ускорен­ное экономическое развитие Ингушетии не представляется возможным»

0

11

Вместо послесловия
После типографского набора книги «Преданная нация» произошли события, на которых мне хотелось бы остановиться вкратце.
Вслед за О. Лобовым, 6 октября 1995 года в центре Грозного средь бела дня было совершено покушение на командующего Федеральной группировкой войск в Чечне генерала А. Романова с тяжелыми последствиями.
Следует отметить, что генерал А. Романов под псевдонимом Антонов в апреле 1995 года провел ставшую широко известной в мире военную операцию в с. Самашки, приведшую к большим разрушениям и гибели сотен мирных жителей. Покушение на генерала Антонова — Романова могло быть актом мести чеченцев потерявших своих близких.
Более того, совершенное ранее на О. Лобова покушение, скорее всего направ­лено против Антонова — Романова, который мог находиться в машине О. Лобова.
8 октября при ясной погоде, днем, на село Рошни-Чу был совершен авианалет и нанесен ракетно-бомбовый удар по мирным жителям. Погибли десятки людей и в их числе женщины, дети, которые никоим образом не могли иметь отношения к покушению на генерала А. Романова и месть российских вояк против мирных жи­телей Рошни-Чу, граждан России, при неизвестных организаторах и исполнителях теракта в Грозном, не способствует миру на чеченской земле. А по сообщению «Общей газеты» за 26 октября — 1 ноября 1995 г. «после операции (в Рошни-Чу-Б.К.) шесть летчиков авиачасти (расположенной в Краснодарском крае — Б. К.) были представлены к правительственным наградам»
Как известно, российские солдаты взяли за привычку давить бронетранспор­терами грозненцев-водителей легкового транспорта без особых последствий для себя. Видимо эта привычка сработала и в горном Веденском районе Чечни, когда российский бронетранспортер, уже после авианалета на Рошни-Чу, задавил авто­машину «Жигули», убив водителя и ранив двух пассажиров. Месть чеченцев после­довала незамедлительно с последующим уничтожением бронеколонны Федераль­ных сил в Чечне с десятками убитых и раненых российских солдат и офицеров и взятых заложников у села Харачой, родины легендарного чеченского абрека Зе­лимхана Гушмазукаева.
После жестокой акции российских войск в с. Рошни-Чу и операции у села Ха­рачой, чеченский генерал Аслан Масхадов сделал весьма дипломатичное заявле­ние: «Для меня это (операция против российских войск у села Харачой — Б. К.) такой же секрет, как для российской стороны секрет, чьи самолеты бомбили село Рошни-Чу».
109

Характерно, что после боя у села Харачой трое солдат федеральных войск, до зубов вооружившись, покинули свою часть и ушли в горы мстить за своего по­гибшего командира.
Чеченцы ответили то же местью.28 октября у ингушского села Алхасты на ше­стерых российских пограничников дудаевскими боевиками была устроена воору­женная засада, в результате чего погибли четверо солдат.
А ежедневные перестрелки между боевиками и Федеральными силами с чело­веческими жертвами, лишь подтверждают провал ломовой российской диплома­тии на шестимесячных российско-чеченских переговорах.
На фоне бездарных военных операций Федеральных сил в Чечне и Ингушетии и малоэффективной российской дипломатии на российско-чеченских переговорах, весьма внушительно выглядят кадровые перестановки Кремля в Чечне.
Примечательным является начало работы разогнанного в 1991 году дудаев­цами ВС ЧИР, преобразованного теперь в ВС Чеченской Республики и действу­ющего на основе Конституции ЧИР и РСФСР и состоящего из депутатов от чечен­ских районов. С 1991 года это единственный легитимный высший орган власти в Чечне, хотя срок его полномочий уже и закончился. Если учесть, что ВС ЧИР в силу не зависящих от него причин не смог исполнять свои обязанности, то сегодня, учитывая сложную политическую ситуацию ВС Чеченской Республики может и должен работать совместно с Комитетом национального согласия Чечни на консо­лидацию чеченского общества.
Возвращение на политическую арену Чечни многоопытного бывшего Пред­седателя ВС ЧИР Доку Завгаева, а теперь уже и в качестве Премьер-министра и главы Чеченской Республики, вместо ушедшего в правительство РФ председате­лем Госкомпрома С. Хаджиева, можно считать удачным ходом Кремля, особенно с учетом того обстоятельства, что председателем Комитета национального согла­сия вместо перебравшегося в Москву заместителем начальника Департамента на­логовой полиции РФ Умара Автурханова, стал Леча Магомадов.
Оба новых лидера Чечни имеют большой опыт хозяйственной, советской, партийной и парламентской работы, отличаются взвешенностью подходов в реше­ний сложнейших проблем вставших перед Чеченской Республикой и многонацио­нальным народом Чечни на непростом этапе его истории. Оба они не замешаны в разрушительной Чеченской войне, что облегчит им политическую адаптацию в условиях чеченской трагедии, поможет успешнее решать социальные проблемы населения Чеченской Республики, хотя это и будет встречать противодействие ястребов как в Москве, так и в самой Чечне. Но это уже временный этап, который, мне думается, успешно будет преодолен, учитывая неконфронтационный харак­тер и Доку Завгаева, и Лечи Магомадова.
Верховный же Совет Чеченской Республики во главе с новым спикером Ами­ном Осмаевым, скорее всего сыграет роль законодательного органа переходного периода совместно с Комитетом национального согласия.
Остается только сожалеть, что Москва с большим опозданием после огромных разрушений и человеческих жертв, действуя по принципу: «Хотели как лучше, а по­лучилось хуже, чем всегда», наконец, кажется, стала нащупывать правильные пути в разрешении чеченского кризиса, продолжая все еще совершать массу ошибок.
Что же касается новой миротворческой миссии экс-спикера ВС РФ Р. Хасбу­латова, то едва ли его инициативы имеют под собой реальную основу в мирном урегулировании российско-чеченских отношений, даже если его предложение сде­лать Д. Дудаева субъектом переговорного процесса, закрыв уголовное дело про­тив него, будет принято всеми участниками переговоров, что маловероятно.
Нужно отметить, что быстро прогрессирующий как политик российский Премьер В. Черномырдин при поддержке Президента РФ Б. Ельцина, делает уже первые успешные шаги в разрешении мирным путем чеченского кризиса, восста­новлении разрушенного народного хозяйства Чечни, несмотря на ядовитые укусы несостоявшихся премьеров и представителей «Партии войны». Следует ожидать, что продуктивные контакты между В. Черномырдиным и Д. Завгаевым в деле вос-.становления Чечни получат дальнейшее продолжение. Оба эти политика обла­дают необходимыми для таких контактов качествами. Главная для всех нас сегодня задача — не мешать им в этой работе.
110
Что касается решения Ингушского вопроса, то здесь как всегда генерал Р. Ау­шев проигрывает.
В октябре у Президента РФ Б. Ельцина побывали глава Временного Госкоми­тета В. Лозовой и руководители Северной Осетии и Ингушетии А. Галазов и Р. Аушев. По сообщениям московских газет Большой Президент пожурил малень­ких президентов за недостаточно энергичные действия по возвращению ингуш­ских беженцев в Пригородный район.
Как сообщила 19 октября сего года газета «Сегодня», генерал Р. Аушев как и прежде «вовсе не намерен закрывать границу между Чечней и Ингушетией» и страстно желая стать посредником между Россией и Чечней, хотя его никто об этом не просит, выступил с идеей строительства в Ингушской Республике госпи­таля для лечения раненых дудаевских боевиков.
24 октября генералу Р. Аушеву четко дали понять, что ему лучше заниматься своими делами, чем рваться в миротворцы. В этот день в четырнадцать тридцать вертолеты Федеральных войск блокировали аэропорт «Ингушетия» в станице Орджоникидзевской. Двадцать спецназовцев в масках и до зубов вооруженных в поисках... дудаевских боевиков, устроили беспорядочную стрельбу по мирным безоружным гражданам, что привело к смерти и ранению совершенно невинных людей. Осуществив эту редкую по цинизму бандитскую акцию российские спецна­зовцы спокойно, с чувством исполенного долга покинули Ингушетию. Конечно, здесь виден и осетинский след с участием В. Лозового, который накануне этой бан­дитской вылазки встречался во Владикавказе с председателем парламента РСО Владиславом Париновым по вопросам «ликвидации последствий осетино-ингуш­ского конфликта, и «обсудили проблемы стабилизации обстановки в зоне кон­фликта». Как видим проблемы они «обсудили» успешно.
Нас поражают здесь не козни РСО, к ним ингуши привыкли. Поражает удиви­тельная беспечность руководства Ингушской Республики. В июне этого года аэро­порт «Ингушетия» был обстрелян с воздуха самолетом «неизвестной» принадлеж­ности, поврежден пассажирский лайнер ТУ-134, нанесен ущерб на сотни миллио­нов рублей. И никто за это не понес наказания. Казалось бы, этот вопиющий факт должен был послужить серьезным сигналом к подготовке охранных мероприятий аэропорта «Ингушетия». Но у генерала Р. Аушева не хватило сотрудников МВД, хотя для охраны собственной персоны и своего отца их оказалось более чем доста­точно.
Даже доблестный ОМОН МВД Республики с автоматами Калашникова на­перевес, в масках, мужественно разгоняющий ингушских женщин на базарах, ока­зался не в состоянии хотя бы один раз охранить от бандитских налетов единствен­ный в Ингушетии аэропорт.
Жалобы же Героя Советского Союза генерала Р. Аушева в российских кори­дорах власти, перед телекамерами и на политическом шоу А. Любимова «Один на один» с Э. Росселем, по-мужски не воспринимаются.
Третью же годовщину ингушской трагедии руководители РСО и ИР вместе с председателем Временного Госкомитета В. Лозовым, отметили очердным пустым обращением к обеим народам с призывом к дружбе и сотрудничеству, и, даже «за­явили о своем намерении не допустить повторения подобных событий и пообещали сделать все возможное для обеспечения конституционных прав и свобод граждан». Очередная рабочая группа состоящая из заместителей руководителей 15 феде­ральных министерств и ведомств, представителей Ингушетии и Северной Осетии и председателя Временного Госкомитета РФ по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта В. Лозового разработала очередную комплексную про­грамму по выполнению Указов Президента РФ о ликвидации последствий кон­фликта.
Программа эта, как и все предыдущие за три года, очередной обман ингуш­ского народа и ничего более, блестяще демонстрирующая политическое банкрот­ство генерала Р. Аушева и его безликой команды и доказывающая лишний раз, что ингушскому народу пора уже взять в свои руки решение своей собственной судьбы, особенно в предверии предстоящих выборов в Госдуму, где среди кандида­тов снова маячат на роль депутата от Ингушетии небезызвестная мадам Очирова и ей подобные.

0

12

Не трудно заметить внешнее сходство Беслана Костоева с другим Костоевым, с Исой. Они близкие родственники и это показывает где и почему ''болит'' у Беслана Костоева. Он много писал о проблемах ингушей, со своей точки зрения. Любая писанина преследует конечную цель, я, к примеру, на это форуме пишу для ''внутреннего потребления''. Когда я пишу официально на известных ресурсах, как правило, я нацелен на результат в той или иной проблеме, и в большинстве случаев добиваюсь цели! У меня простой вопрос, для чего пишет Костоев? Для того чтоб решить проблемы ингушей, для того чтоб просто написать, чтоб зачистить дорогу Исе Костоеву или чтоб облить грязью ныне покойных Султана Хадисовича и Руслана Султановича Плиевых и здравствующего к счастью Руслана Султановича Авушева. Я знаком с историей подпольной борьбы ингушской интеллигенции. Я тут расскажу некоторые эпизоды нашей истории. Имена некоторых антигероев я опущу по этическим соображениям. Их потомки в их грехах невиноваты. Собственно касаемо деятельности Султана Хадисовича. Костоев умалчивает (может не знал) что разобратся с Плиевым было порученно КГБ, а именно человеку который являлся этническим ингушом и которому сегодня на могилу поставлен огромный мраморный памятник, яплюнул проходя мимо. Он сегодня герой для его потомков. Была совершена  попытка втянуть в одно грязное дело С.Х Плиева, чтоб потом он избил КГБешника, С.Х оказался мудрее. В этом мероприятии принемал участия человек, чья фамилия вам должна быть знакома! С.Х единственный ингуш, который поднялся на трибуну  вовремя казачьего митинга по поводу ингушей заселяющих сунженский р-н и сказавший что это родина ингушей и если казакам не нравится, казаки могут искать другое место жительство! С.Х был организатором письма ГенСеку, письмо должен был передать генсеку Динмухамед Кунаев. Генсек и Кунаев были друзьями и генсек должен прилететь в Казахстан. С Кунаевым была договоренность, что он устроит прием с баней и выпивкой где вручит письмо ингушских товарищей. Отвезти письмо в Казахстан из Грозного было поручено одному ингушу, который состоял в их группе, он был моложе. Посыльный оказался агентом КГБ. Письмо оказалось в Грозненском КГБ а посаженный на поезд, посыльный слез на следующей станции. Пошли репрессивные меры, Звание генерала не дали Р.С Плиеву. Была попытка повесить предателя, безуспешная. Положительный результат деятельности СХ Плиева, РС Плиева и РС Авушева мы видим на улицах. Чего хорошего сделал Костоев, кроме того, что он пишет книги малым тиражом для внутреннего потребления. В контексте Костоев использует намеки непонятно на что, типа "Я не стану комментировать этот документ" или ''Я хорошо знал, как восстанавливают в партии". Если что я не говорил.

0

13

подмастерья написал(а):

Не трудно заметить внешнее сходство Беслана Костоева с другим Костоевым, с Исой. Они близкие родственники и это показывает где и почему ''болит'' у Беслана Костоева. Он много писал о проблемах ингушей, со своей точки зрения. Любая писанина преследует конечную цель, я, к примеру, на это форуме пишу для ''внутреннего потребления''. Когда я пишу официально на известных ресурсах, как правило, я нацелен на результат в той или иной проблеме, и в большинстве случаев добиваюсь цели! У меня простой вопрос, для чего пишет Костоев? Для того чтоб решить проблемы ингушей, для того чтоб просто написать, чтоб зачистить дорогу Исе Костоеву или чтоб облить грязью ныне покойных Султана Хадисовича и Руслана Султановича Плиевых и здравствующего к счастью Руслана Султановича Авушева. Я знаком с историей подпольной борьбы ингушской интеллигенции. Я тут расскажу некоторые эпизоды нашей истории. Имена некоторых антигероев я опущу по этическим соображениям. Их потомки в их грехах невиноваты. Собственно касаемо деятельности Султана Хадисовича. Костоев умалчивает (может не знал) что разобратся с Плиевым было порученно КГБ, а именно человеку который являлся этническим ингушом и которому сегодня на могилу поставлен огромный мраморный памятник, яплюнул проходя мимо. Он сегодня герой для его потомков. Была совершена  попытка втянуть в одно грязное дело С.Х Плиева, чтоб потом он избил КГБешника, С.Х оказался мудрее. В этом мероприятии принемал участия человек, чья фамилия вам должна быть знакома! С.Х единственный ингуш, который поднялся на трибуну  вовремя казачьего митинга по поводу ингушей заселяющих сунженский р-н и сказавший что это родина ингушей и если казакам не нравится, казаки могут искать другое место жительство! С.Х был организатором письма ГенСеку, письмо должен был передать генсеку Динмухамед Кунаев. Генсек и Кунаев были друзьями и генсек должен прилететь в Казахстан. С Кунаевым была договоренность, что он устроит прием с баней и выпивкой где вручит письмо ингушских товарищей. Отвезти письмо в Казахстан из Грозного было поручено одному ингушу, который состоял в их группе, он был моложе. Посыльный оказался агентом КГБ. Письмо оказалось в Грозненском КГБ а посаженный на поезд, посыльный слез на следующей станции. Пошли репрессивные меры, Звание генерала не дали Р.С Плиеву. Была попытка повесить предателя, безуспешная. Положительный результат деятельности СХ Плиева, РС Плиева и РС Авушева мы видим на улицах. Чего хорошего сделал Костоев, кроме того, что он пишет книги малым тиражом для внутреннего потребления. В контексте Костоев использует намеки непонятно на что, типа "Я не стану комментировать этот документ" или ''Я хорошо знал, как восстанавливают в партии".

Книга эта написана очень давно. Я ее встречал на полке библиотеки в Карабулаке еще в 96-7 гг., а сам автор, если не ошибаюсь, умер несколько лет назад. Возможно книга своего рода ответ на события тех лет и на опалу , что. Руслан наложил на эту команду.

0

14

Кхелхавале, АЛЛАХIO гештдолда цун, вирза моттиг даькъалайойла. Я думал он жив.

0

15

Во многом я с вами согласен. Не искушённость в политических играх и не способность рассчитывать и предугадывать перспективы нас всегда губила. Респект Сайнароеву, Багатырёву и сотоварищи, они сделали многое. Надо признать, что в основном деятельность политиков той эпохи строилась на популизме. Они сами верили в то, что делали. Собственно, почему прислали Авушева в то критическое для нас время. У фед.центра ведь было несколько кандидатур, которые они планировали противопоставить тогдашнему ингушскому истеблишменту.  Дело в том, что Авушеву хвfтило в своё время мудрости не проголосовать за один закон, и это был трезво просчитанный политический ход, не смотря на то, что он военный. В центре решили, что он давно оторвался от ингушских корней и в то же время авторитетная личность. Голос крови оказался сильнее. Война 1992-го года была срежиссирована в недрах СБ России. Перед ястребами стояла задача разобраться с Дудаевым, который их кинул, тут как чёрт из табакерки вынырнул Ким Цаголов. В сосетинском духе было предложено затопить в крови ингушетию чтоб спровоцировать "братскую" чечню. Чечня решила, что мы не братья, но это только оттянуло их избиение.  Ким Цаголов еще жив и, по-моему, у него есть наследники.

0


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Этническая чистка 1992 года » -=К Беслан Костоев: "Преданная нация"