쿺

Настоящий Ингушский Форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Персоналии » Гуцериев (Семья)


Гуцериев (Семья)

Сообщений 61 страница 70 из 70

61

Гуцериев и Шишханов купили контрольный пакет МДМ Банка за 17 млрд рублей - http://www.forbes.ru/news/292751-gutser … lrd-rublei

0

62

Банки, НПФ, недвижимость и крупнейшие стройки в Москве — в кризис группа БИН может претендовать на звание самого активного инвестора. Откуда деньги и зачем возвращать их в страну, Михаил Гуцериев рассказал в интервью РБК

Группа БИН (Банк инвестиций и новаций) была основана еще в 1992 году. Сейчас в ее копилке три нефтяные и четыре строительные компании, почти десяток банков и пять пенсионных фондов, люксовые отели и бизнес-центры, складские комплексы, овощные базы, угольные шахты и радиостанции. Все это — «чисто семейный бизнес», рассказывает Гуцериев: «Во всех активах группы БИН акционерами являемся я, а также мои родственники Саит-Салам Гуцериев и Микаил Шишханов». Сам Гуцериев считает себя в первую очередь нефтяником и настаивает на том, чтобы разговор начинался именно с нефтяного бизнеса.

«У государства в нефтяной отрасли и так полный контроль»

— У вас целых три нефтяных компании — в какие цены на нефть вы верите, с учетом резко изменившейся в прошлом году конъюнктуры?

— В текущие цены — $55 за баррель. Такая цена, если курс будет 63 руб. за доллар, — идеальное соотношение. Сверхзатраты при такой цене невозможны, но она позволяет нам держать добычу на полке. Если это соотношение будет держаться, можем жить хоть десять лет, налоги платить в бюджет, развивать страну. Медленно только.

— Сколько дают ваши нефтяные активы?

— По этому году ЕBITDA по «РуссНефти» ожидается на уровне $470 млн, по «Нефтисе», с учетом операций по хеджированию, — около $780 млн. Таким образом, ЕBITDA по нефтяным активам составит $1,25 млрд. Еще около $120 млн — это чистая прибыль нефтяных активов за рубежом.

— Долги есть, мы обслуживаем. «РуссНефть» должна около $1 млрд группе БИН, это те деньги, которые мы вложили в создание компании. Еще около $1,2 млрд — долг перед Glencore. Это наш корпоративный долг, в портфеле долгов мы его не учитываем. Вся реальная нагрузка $2,3 млрд — это долг перед банками, который обслуживается и подъемен для такой компании. Что касается убытков прошлого года — это курсовая разница и списание внутренних долгов.

— Часть долга перед Glencore планировалось конвертировать в акции «РуссНефти». Эта сделка закрыта?

— Glencore получит 46%. Сделка пока не закрыта. «Нефтиса» и два НПЗ принадлежат группе БИН и никакого отношения к сделке с Glencore не имеют. Только «РуссНефть». Общие запасы «РуссНефти», «Нефтисы» и зарубежных активов составляют около 850 млн т (С1+С2). Объем добычи все на круг — 17 млн т в год. Объем переработки — 9 млн т в год.

— Вы уже несколько лет говорите, что объедините все нефтяные активы в одну компанию. Почему этого до сих пор не произошло?

— Большие дела делаются медленно. Со временем «РуссНефть» и «Нефтиса» объединятся с нашей лондонской компанией Global Energy.

— Может, продать потом эту нефтяную компанию?

— Кому? Если кто-то деньги хорошие даст, продадим.

— В России нефть — не самая спокойная инвестиция…

— У нас нет больших амбиций. Мы хотим довести добычу до 20 млн т. К тому же у государства в нефтяной отрасли и так полный контроль.

http://s0.uploads.ru/FPQr8.jpg

«Мы возвращаем деньги в страну»

— В кризис ваша группа стала едва ли не самым активным инвестором — покупка МДМ, девелоперских активов Вадима Мошковича, НПФ «Райффайзен», склады в Чехове (400 тыс. кв. м складских помещений класса А, целый ряд нефтяных активов) — все вместе тянет, наверное, на сумму больше 100 млрд руб. Сколько всего вы в кризис на покупки потратили?

— Информация конфиденциальная. Скажу лишь, что все сделки соответствовали рынку на тот момент.

— Недавно стало известно о покупке МДМ Банка, которая станет одной из крупнейших за долгое время сделок на банковском рынке. Как вы к ней готовились, был ли этот актив на продажу?

— Какое это имеет значение? Мы сами пришли или к нам пришли. Мы создаем финансово-банковскую группу и за счет этой покупки в том числе возвращаем деньги в страну. Мы — это я, мой брат Саит-Салам Гуцериев и мой племянник Микаил Шишханов. Конкретно этим занимается Шишханов, у него все получается. Надеюсь, получится и в будущем.

— Много денег вернете?

— Сотни миллионов долларов. На эти деньги проведем докапитализацию банков.

— А покупаете банк тоже на свои? Исходя из оценки в один капитал, сумма сделки будет около 17 млрд руб.? (Часть денег, которые покупатель платит продавцу, окажутся внутри  МДМ Банка через субординированный заем, на них будут созданы резервы, рассказывал ранее РБК Микаил Шишханов.)

— Мы не брали никаких кредитов. Сколько заплатим — это конфиденциально, пока не завершится сделка.

— Возврат денег в страну — это из-за деофшоризации?

— Разговор идет о деофшоризации, об открытости бизнеса, как того хочет наше правительство и наш президент.

— Многие сейчас предпочитают выводить все из России, потому что Россия стоит на sale, а вы наоборот. Почему?

— Объясню. Я не крыса, с тонущего корабля не бегу. Вы знаете, с госбюджетом и властными структурами я не связан. Но я живу в России. И это не пустой звук, не дешевая бравада. Я абсолютно убежден, что надо держаться. Случилась сложная ситуация, надо помочь близким и стране.

— Почему вы именно в банки и НПФ решили деньги заводить? Хотите создать какой-то финансовый холдинг?

— Финансовую группу. Через нее потом заниматься импортозамещением, модернизировать промышленность, станкостроение, тяжелое машиностроение, торговлю, строительство, IT-технологии новые искать.

— Ничего себе замах. А что будет представлять собой эта группа?

— Этим занимается Шишханов, который уже 20 лет возглавляет Бинбанк. Речь идет о создании крупной финансовой группы, куда будут входить банки, страхование, лизинг, пенсионные фонды, весь спектр финансовых услуг. Многое уже было создано за предыдущие годы.

— Для начала вы, наверно, будете банковские активы объединять? Насколько большой банк вы хотите в итоге получить?

— Он должен будет со временем войти в топ-10 крупнейших в стране частных розничных банков.

— Для этого понадобятся еще покупки. Мы знаем, что вы еще на «Уралсиб» смотрели и на другие банки: «Русский стандарт», например.

— Подождите! Большие дела делаются медленно. Дайте закрыть сделку по МДМ. Все вопросы к Шишханову. Он этим занимается, и он за это отвечает. Вы лучше у него спросите.

— А в Промсвязьбанке зачем 10% купили?

— Хорошее вложение.

— Если хорошее, может, увеличить долю собираетесь?

— Нет, это просто портфельная инвестиция Бинбанка.

— Может, вы просто акционерам помогли и всему рынку — избежать очередной встряски?

— Нет, не думаю.

— Под каким брендом вы хотите объединять ваши банковские активы?

— Везде будет БИН.

— Почему не МДМ? Вы оценивали оба бренда?

— У нас было много дебатов на совете инвесторов, то есть семейном совете. Решили, что брендом объединенной компании будет БИН.

— Докапитализировать МДМ будете? На сколько?

— Думаем, да. Шишханов станет президентом банка, во всем разберется. Мы 20 лет на рынке. Пусть граждане, которые имеют вклады в Бинбанке и МДМ, будут спокойны и не суетятся. В любом случае нам всегда есть чем ответить: деньгами, ликвидными активами, миллиард-два всегда найдутся, даже в самый критический момент, то есть при любом кризисе. Мы не те люди, которые убегут в случае банкротства. Мы постараемся его не допустить. В МДМ есть еще очень профессиональный председатель совета директоров Олег Вьюгин и очень сильная профессиональная команда менеджеров, одна из лучших в стране, которая, насколько я знаю, остается. Ничего не меняется.

http://sg.uploads.ru/QCOKu.jpg

«Большие состояния делаются во время кризиса»

— Что для группы БИН основной источник дохода? Недвижимость, нефть, строительство?

— Все вместе.

— У людей с деньгами сейчас проблемы, а у вас нет. Почему?

— Во-первых, мы 25 лет занимаемся бизнесом и, наверное, каждый год что-то откладываем. Не забывайте также, что при продаже в 2007 году «РуссНефти» и сети автозаправочных комплексов «Гранд» группа БИН заработала несколько миллиардов долларов [«РуссНефть» была продана в 2007 году структурам Олега Дерипаски за $2,8 млрд, из них Гуцериев вернул обратно около $800 млн, которые Дерипаска потратил на обслуживание кредита, бравшегося под покупку компании. Сеть АЗС «Гранд» была продана ЛУКОЙЛу примерно за $800 млн].

— То есть все финансировали из сбережений?

— В основном из собственных средств, да.

— Почему?

— Я же говорю, заводим деньги в страну.

— Но почему сейчас решили заводить? По закону вам пока достаточно было только раскрыть свои зарубежные офшоры…

— Большие состояния делаются во время кризиса. Есть такое правило — покупай на дне.

— Вы думаете, что дно уже наступило сейчас?

— Думаю, до осени мы еще будем медленно-медленно падать, к зиме подойдем ко дну и дальше останемся там копошиться. Сильно падать уже просто некуда, это будет просто катастрофа, когда уже неинтересно ничего.

— В связи с той же кампанией по деофшоризации вам придется раскрыть весь свой бизнес и его акционеров. В какой пропорции вы с партнерами владеете своими активами?

— Мы ничего не скрываем. Сейчас во всех нефтяных, угольных и других промышленных активах в России и за рубежом, строительстве, недвижимости, и в гостиничном бизнесе в том числе, а также во всех банках и финансовых компаниях группы БИН акционерами являемся я, а также мои родственники Саит-Салам Гуцериев и Микаил Шишханов. Это чисто семейный бизнес.

— Как распределяются ваши доли в разных бизнесах? По принципу кто сколько изначально вложил или как-то иначе?

— Это наш семейный вопрос. Это мы решаем сами. Кто сколько вложил — не имеет никакого значения. Сила — в единстве.

http://s1.uploads.ru/gf6JZ.jpg

— А ваш калийный проект в Белоруссии тоже семейный?

— В калии то же самое. Мы присутствуем все вместе.

— Была информация о том, что вы привлекаете под этот проект больше $1 млрд. Эти планы в силе?

— Согласовываем последние детали по кредиту. Я думаю, до конца месяца подпишем кредитное соглашение. Весь проект оценивается в $1,6 млрд, из них 85% предоставит Банк развития Китая, 15% вложат инвесторы, то есть мы.

— Почему вообще вы решили заниматься добычей калия в Белоруссии?

— Запасы очень большие: 3 млрд т, согласно западной классификации подсчета запасов. Кредит связанный, строить будут китайцы и белорусские строители. Мощность первой очереди должна составить 2 млн т.

— Нет планов после запуска проекта продать его одному из мировых мейджоров?

— Любая сделка с хорошей доходностью, когда рентабельность на вложенный доллар составляет 100% годовых, возможна. Все может быть продано на таких условиях.

— Правда ли, что у вас какие-то особые отношения с президентом Белоруссии Александром Лукашенко?

— У нас хорошие рабочие и человеческие отношения, но не больше. Все очень строго. Он президент государства, а я всего лишь инвестор.

«Давайте вместе выплывать»
— Как кризис сказался на бизнесе группы в недвижимости?

— Приходится со всеми договариваться — с арендаторами в бизнес-центрах, в торговых центрах, на складах. Всем пришлось зафиксировать курс в среднем на уровне 40–50 руб. за доллар, многим снизили арендную плату, но сказали: «Не надо уходить, давайте вместе выплывать». И никто не ушел!

— У вас что, пустующих площадей вообще не прибавилось?

— У нас почти 100-процентная загрузка складов [количество вакантных площадей составляет около 7%, уточнил по просьбе Гуцериева один из менеджеров]. А это главный показатель, там же все, кто торговлей занимается. Даже на Украине вакантность — не больше 8%. Иностранцам — Mercedes или Caterpillar — курс фиксировать не стали, но некоторым арендаторам, кто совсем на боку, пришлось дать курс в 36 руб. за доллар, чтобы хоть что-то платили.

— А со строительством что?

— Только в этом и следующем году ПФК «БИН», которой руководит Саит-Салам Гуцериев, заканчивает «Смоленский пассаж-2», бизнес-центр «Оазис» на Коровьем валу и второй — на улице Пилюгина. В 2016 году введет первую очередь еще одного торгово-развлекательного центра и рядом с «Олимпийским» достраивает гостиничный комплекс. Это все вместе даст около 300 тыс. кв. м. В условиях кризиса — неплохо. Во время прошлого кризиса в 2008 году группа БИН за 150 млн фунтов купила почти 700 тыс. кв. м участков под строительство. Эти объекты сейчас появляются.

— Но много новых объектов сейчас стоят пустые…

— По торговым площадям у нас загруженность около 90% сейчас, по бизнес-центрам — 83–85%. Тоже приходится идти арендаторам на встречу — даем скидки, раз в три месяца пересматриваем контракты. Если ситуация становится лучше, поднимаем цену, хуже — опускаем, очень гибко себя стараемся вести. Падение выручки сейчас получается около 25–30% в долларах, по прибыли — до 50% к прошлому году. Пустыми стоять, надеюсь, не будем.

— Вы продолжаете строить в Сколкове. Верите в перспективу проекта?

— Строит Саит-Салам Гуцериев. Он большой специалист своего дела и вообще он очень талантливый. И потом это же практически Москва. На сопряженных со Сколковым территориях группе БИН принадлежит 20 га земли. Планируется построить торгово-развлекательный центр, четыре бизнес-центра, три гостиницы, киноконцертный зал на 20 тыс. кв. м, дорогу сейчас туда строят из Сколкова. Всего около 700 тыс. кв. м. Саит-Салам обещал все это построить. Я ему верю. Все это будет загружено и будет давать сотни миллионов долларов прибыли. Концентрация капитала в Москве огромна, это один из самых богатых городов в мире. Любые проекты в Москве всегда будут ликвидны. Все, что за пределами Москвы, Московской области и Петербурга — сушите весла.

— Три года назад группа объявила о начале строительства парка развлечений Universal. Вы не отказались от этого проекта?

— Проект планировки парка утвержден. В первом квартале 2016 года должны получить ГПЗУ (градостроительный план земельного участка) и приступить к проектировке. Само строительство начнется в начале 2017 года. Опционное соглашение с Univеrsal продлено, соглашение с AEG по строительству арены тоже в силе. Подземная часть проекта составляет 400 тыс. м, наземная — 600 тыс. м. Так что все в силе, это будет первый парк Universal в Европе.

— В «Москва-Сити» у вас ничего нет?

— Нет, но, может, будет. Сейчас думаем вот, разговариваем. Но пока нечего сказать, сложное место. Манит, но никак не приманит. Главная проблема — в экономике и локации.

— Почему «Новинский пассаж» не купили?

— Пока договаривались, курс рухнул с 30 до 70 руб. за доллар. При таком курсе это был неэффективный проект. Сейчас, может, снова эффективный, но деньги уже перенаправлены на другие проекты. Надо было им продавать, когда их просили. Но они тянули, и так это у них и осталось, ну и Бог с ними. Лучшая сделка — не совершенная сделка.

— С Вадимом Мошковичем договориться быстрее получилось? (В середине июня группа БИН объявила, что договорилась о покупке у экс-сенатора Вадима Мошковича компаний «Авгур Эстейт» и «А101 Девелопмент», владеющих 2,4 тыс. га земли в районе поселка Коммунарка в Новой Москве.)

— Договаривался Шишханов, я не знаю.

— А дешево?

— По рынку на этот момент. Сумму пока назвать не могу до окончания сделки.

— Это была вынужденная продажа для Мошковича?

— Нет, это рыночная сделка. О деталях, я думаю, лучше спросить у него.

— Какой у вас теперь земельный парк? После покупки А101 группа БИН стала крупнейшим частным владельцем земли в Москве?

— Думаю, несколько тысяч гектаров в Москве, без учета подмосковных земель, это много.

— Теперь у вас сразу четыре строительных компании. Что будете с ними делать? Объединять в холдинг, оставите все как есть?

— Думаю, они останутся самостоятельными. Строительство курирует Шишханов. В группе он отвечает за строительный бизнес. Ему всего 43 года, он кандидат в мастера спорта по боксу, великолепно знает английский, очень мобильный, умный, подготовленный, амбициозный молодой человек. Он будет курировать крупные проекты и строительство жилья. Саит-Салам — все, что касается торговых и бизнес-центров, гостиничных комплексов. Его задача — довести в течение десяти лет объем площадей торговых, складских комплексов, бизнес-центров, не считая гостиниц, с нынешних 5 млн кв. м. до 10 млн кв. м. И это должно будет давать $2 млрд прибыли в год.

— Сколько квадратных метров жилья и коммерческой недвижимости будет строить каждая из ваших компаний?

— Около 1,5 млн кв. м в год все вместе и в целом. И жилье, начиная с экономкласса, и недвижимость: торговая, гостиницы, бизнес-центры.

http://s0.uploads.ru/0GzMy.jpg

— Планы грандиозные. Но в прошлом году «Интеко», к примеру, ввела около 200 тыс. кв. м. Вы считаете, у нас спрос будет расти такими темпами, что вам можно будет вводить по 1,5 млн кв. м в год?

— Да, считаю. «Интеко» возвела в прошлом году 200 тыс. кв. м, компания «Патриот» — 120 тыс. кв. м, «Моспромстрой» — 250 тыс. кв. м. С учетом последней покупки «А101 Девелопмент», а также активности Саит-Салама Гуцериева на рынке, имея такие основные фонды, мы обязаны строить от 1 млн до 1,5 млн кв. м. в год в зависимости от конъюнктуры рынка. Всем нужно жить, рожать, творить. Всем нужно где-то сидеть, стоять, спать, говорить — и среднему классу, и богатым, и бедным, и очень бедным. В течение трех лет мы хотим выйти на эту цифру.

— Каковы условия строительства парламентского центра? Как будут оформлены ваши права на здания Госдумы и Совета Федерации?

— Контракта пока нет. Пока ведутся переговоры. Этим занимаются Шишханов и гендиректор «Интеко» Олег Солощанский. Я считаю его одним из лучших строителей Москвы и очень честным и порядочным человеком. Должна быть оценка сносимых зданий, от нее зависят все параметры, пока ее нет. Но самое главное — мнение Сбербанка, Германа Грефа. Финансировать объект будет Сбербанк, я надеюсь. И он здесь является ключевым игроком.

— Решен ли вопрос с охранным статусом зданий?

— Оценка не закончена, решения нет, что говорить про снос! Это преждевременно и глупо. Сейчас этим занимаются Шишханов и Солощанский. Они должны подготовить предложения, экономически выгодные всем. И очень важно доказать Герману Грефу экономическую эффективность проекта. Также очень многое зависит от мэрии Москвы. Пользуясь случаем, хочу сказать большое спасибо Владимиру Ресину за поддержку в этом проекте, так как проект имеет государственную важность.

— А что с проектом строительства долины МГУ?

— «Интеко» вела строительство еще при прежнем владельце, там все идет поступательно, строятся корпуса, общежития, постепенно проект разрастается.

— Вам с родственниками принадлежат почти все люксовые отели на Тверской. Этот бизнес больше других пострадал?

— Топовые гостиницы наоборот страдают меньше других. Это хороший, очень хороший бизнес. Поэтому мы много строим. В конце года компания «Моспромстрой» сдала в Астане отель «Саад-Мэрриотт». А в Минске — возвела «Ренессанс-Мэрриотт». Хотим также строить по отелю в больших городах-миллионниках, и не только в России. Кстати, в «Моспромстрое» произошли кадровые изменения: генеральным директором компании назначен дока в строительстве, опытный и известный в Москве Олег Лянг.

— Но строительство отелей ведь долго окупается?

— Мы же строим за счет собственной прибыли, а не в кредит, так что это не имеет большого значения.

«Прибыль есть, если мало тратить»

— Вы говорите, что будете заниматься и IT-технологиями. О чем речь?

— Да, следующий этап развития — это IT-технологии, стартапы, отправляем людей в Китай, США, Европу, другие страны. Смотрим там на все, что дает рынок, что приносит прибыль. Не факт, что все это сработает. Но я думаю, одно из десяти должно. IT-технологии — это тоже должно быть что-то новое, не «Яндекс», не Mail.Ru, а что-то принципиально новое. Я очень надеюсь на такие проекты. Уже есть первые вложения — мы инвестировали в несколько стартапов в финансовой сфере в США и в Германии.

— Зачем вам еще и медийный бизнес? Он ведь не самый прибыльный.

— Кто сказал? Сегодня все мои радиостанции дают выручку в 1,5 млрд руб. И это в условиях кризиса. Вчера еще было много больше.

— А прибыль?

— И прибыль есть, если мало тратить. Радио «Дача», радио «Шансон», Love Radio — это прибыльные радиостанции, остальные раскручиваются. Радиобизнес — это бизнес не управляемых доходов, а бизнес управляемых расходов. Это мнение профессионалов в радио.

— Есть еще Русская медиагруппа у ИФД «Капиталъ», которая тоже была выставлена на продажу.

— Мне это неинтересно. У меня уже есть восемь станций. 15 млн человек — аудитория. Хватит. До покупки «Шансона» мне эта сделка, может, была интересна. А сейчас не вижу никакого смысла.

— Сколько вы потратили в общей сложности на скупку радиостанций?

— Если считать с инвестициями — я же студию построил — около $200 млн получается.

— Сколько из них пришлось на покупку «Шансона»?

— Около $60 млн.

— А зарабатывает он сколько?

— Около 600 млн руб. выручки.

— Так любите музыку?

— Сейчас мы владеем восемью радиостанциями. Я думаю, в течение пяти лет мы создадим сильный медиахолдинг с единым центром управления, включая телевидение, которым мы сейчас активно занимаемся.

«Я ни разу не встал утром с мыслью нарушить закон»

— У вас был выбор: когда у вас фактически забрали «РуссНефть» и вам пришлось уехать из страны, вы могли остаться в Англии. Но очень хотели вернуться. Сейчас не жалеете об этом?

— Я научился зарабатывать деньги за границей. Но я люблю свою страну, здесь похоронены мои родители, мой сын, мои родственники живут здесь. Это была совокупность различных моих душевных и умственных заключений и моего взгляда на жизнь. Так что я никогда не думал, правильно я вернулся или неправильно. Есть высшая справедливость. И я возвратился к себе на Родину, очистил свое честное имя. Этому помогли порядочные люди. Я уже благодарил за это президента, премьер-министра, Германа Грефа, Владимира Евтушенкова, которые мне в этом помогли. И я всегда буду им за это благодарен. Но я также очень благодарен Великобритании, ее судебной системе и добрым людям, живущим в Лондоне, которые помогали и защищали меня в самый тяжелый момент моей жизни. И это я навсегда пронесу в своем сердце.

— У вас с тех пор появились какие-то особенные меры безопасности?

— Можете не верить, но я ни разу не встал утром с мыслью нарушить закон. Да, как любой человек, я могу совершить ошибку, но специально — никогда. Я не нарушаю законов, я плачу налоги, я не совершаю грязных сделок, поэтому у меня нет никакой системы защиты — ни тогда не было, ни сейчас. За исключением личной охраны, которая страхует от дураков и идиотов.

— Где лучше бизнес делать — здесь или там?

— Безусловно, легче там, меньше администрирования. Но с точки зрения доходности — доходность здесь выше и рисков больше.

— С момента истории с «РуссНефтью» ничего в плане рисков не изменилось, кажется, потому что произошла история с «Башнефтью»…

— Печальная история. Но закономерная.

— В каком смысле?

— Она к этому шла, конец был очевидный.

— С какого момента?

— С момента бурного развития «Башнефти».

— Если государство будет продавать «Башнефть», будете участвовать?

— Нет, никогда. Упаси Бог.

http://daily.rbc.ru/interview/business/ … a79015931f

0

63

http://s0.uploads.ru/t/e9ifq.jpg


Принадлежащее Михаилу Гуцериеву ЗАО "ФортеИнвест" в декабре 2014 года стало основным владельцем Орского НПЗ. Это один из немногих активов в российской нефтепереработке, который не вошел в состав крупных вертикально интегрированных холдингов. О том, почему "ФортеИнвест" пока не будет включен в состав объединенной нефтекомпании, которую создает Михаил Гуцериев вместе с Glencore, о влиянии налогового маневра на НПЗ и об активах, к которым присматривается компания, "Ъ" рассказал гендиректор "ФортеИнвеста" и сын владельца компании САИД ГУЦЕРИЕВ.

— Вы возглавили "ФортеИнвест" — компанию, которая владеет Орским НПЗ. Кому она сейчас принадлежит и как вы стали ее руководителем?

— Предложение возглавить компанию я получил в декабре прошлого года. Я давно занимаюсь нефтегазовым делом. Это моя профессия, которую я изучал в университете. Сфера деятельности, которая по-настоящему близка мне в силу интеллектуальных, творческих интересов и, если хотите, семейных традиций.

За этой компанией я наблюдал давно, считаю, что она обладает потенциалом роста, в ней есть молодая амбициозная команда в сочетании с опытными профессионалами нефтепереработки. Возглавить "ФортеИнвест" предложил мой отец Михаил Гуцериев. После того как я окончил университет в Англии, встал выбор: либо сразу вернуться в Россию, либо поработать. Я выбрал второе — вышел на работу в Glencore, сначала в финансовое подразделение, потом перешел в управление активами. Я хотел посмотреть, как устроен западный бизнес, как там ведут дела, набраться еще опыта. Буквально полгода назад вернулся в Россию.

— Сколько зарабатывали в Glencore? Почему решили вернуться?

— Около £40 тыс. в год без бонусов. А решил вернуться, потому что всегда хотел работать вместе с семьей.

— Ваши коллеги по Glencore знали, из какой вы семьи? Не просили забрать на работу в Россию?

— Наверное, знали, все-таки они из мира бизнеса. Но таких разговоров не было.

— Где вы учились? Вы сказали, что изучали нефтегазовое дело...

— Я учился в школе Харроу (одна из престижных частных школ Великобритании.— "Ъ"). Общался с самыми разными ребятами более чем из 50 стран мира, россиян было очень мало. Мои оценки и знание трех языков позволили поступить в Оксфордский университет. Говоря русским языком, я был круглым отличником. В Оксфорде обучался на факультете археологии и геологии, имею степени бакалавра и магистра. Позже получил степень магистра Плимутского университета по специальности "менеджмент нефтегазовой отрасли".

Работал в нефтяном отделе Glencore, где занимался финансами, менеджментом и управлением активами. Это был серьезный практический опыт. Одновременно окончил финансовые бизнес-курсы для руководителей (Executive education for financial), в дальнейшем хочу получить степень MBA Лондонской бизнес-школы. Уверен, что каждый должен постоянно учиться и стремиться к личностному и профессиональному росту. А классическое бизнес-образование — отличная возможность получить необходимые квалификации, практический опыт и базис для развития в сфере делового администрирования.

— Но у вашего отца много видов бизнеса, вы могли бы заняться недвижимостью, медиа, углем. Почему выбрали нефтепереработку?

— Мне гораздо интереснее ТЭК, я всегда хотел работать именно в нефтегазе. "ФортеИнвест" — отличная площадка для реализации моих планов: в периметр холдинга входит Орский НПЗ, два добывающих актива.

— Когда вы после лондонского офиса Glencore приехали на завод, какие были впечатления?

— Завод достаточно старый — ему больше 80 лет. Конечно, это совсем другая работа. Тут у тебя коллектив более двух тысяч человек, управляешь целым холдингом, у тебя большая ответственность. Но я стремился и готов к такой работе, такой нагрузке. Наверное, это неизбежно.

— Почему неизбежно?

— Потому что получать удовольствие от сумасшедшего ритма ежедневной работы — это семейная черта. А я хочу работать со своей семьей, со своими родственниками.

— Когда, как и за сколько ваши структуры приобрели Орский НПЗ? На рынке считали, что активом владеет сын министра энергетики Казахстана Владимира Школьника Игорь, но сам он это опровергал. Так владел ли он заводом?

— Еще в 2011 году "ФортеИнвест" стал генеральным партнером завода, чтобы реализовать программу модернизации. Мы хотим сделать завод с 80-летним стажем современным, мощным перерабатывающим центром, который обеспечит конкурентной продукцией отечественных потребителей. В декабре 2014 года "ФортеИнвест" приобрел долю в Орском НПЗ и сейчас является мажоритарным акционером завода (85% голосующих акций). Семья Школьников не имеет к этому никакого отношения. Информация о стоимости сделки конфиденциальна. Могу лишь сказать, что ее величина превышает несколько сотен миллионов долларов.

— Какие задачи поставил акционер? Как часто вы советуетесь с отцом?

— Конечно же, задача была продолжать текущую деятельность завода. Ведь сейчас достаточно тяжелая ситуация на фоне экономического кризиса, мы активно работаем над максимальным сокращением затрат там, где это возможно. Но основная цель — успешное проведение модернизации, которая идет с 2011 года. Ближайшие два года очень важные для нас, предстоит завершить строительство крупных объектов на предприятии. Сама программа рассчитана до 2025 года. Итогом должен стать выпуск максимально легких высококлассных моторных топлив и сокращение производства темных нефтепродуктов.

Мой опыт работы в Glencore помогает внедрять новые идеи. Отец сказал: "Делай то, что считаешь правильным, во всем, что касается кадров и стратегии". В отношении финансов стараюсь с ним советоваться — у меня неограниченный доступ. У него колоссальный опыт в нефти, и я могу пользоваться этим максимально.

— Можете раскрыть детали плана модернизации?

— Одна из главных задач — увеличение глубины переработки нефти, чтобы получающегося мазута было как можно меньше. В данный момент выход светлых нефтепродуктов на заводе составляет 52%, глубина переработки — 65%. Мы выпускаем авиакеросин, дизельное топливо — частично третьего класса, а также четвертого и пятого. Третий класс, который запрещен для реализации в России, идет на ближнее зарубежье — в Киргизию, Узбекистан, Казахстан и другие страны. Все обязательства по четырехстороннему соглашению с правительством у нас выполняются.

Сам план модернизации Орского НПЗ разделен на три этапа. Сейчас мы реализуем первый этап, он включает модернизацию четвертого и восьмого предусмотренных пусковых комплексов. Его итогом станет выпуск топлив пятого класса, снижение производства мазута до 807 тыс. тонн в год, что составит 14% от общей продукции завода. Уже проведена двухэтапная реконструкция установки гидроочистки дизельного топлива, благодаря которой мы можем выпускать топливо марки "Евро-5". Завершено строительство установки изомеризации. Также на НПЗ ведутся работы по строительству установки висбрекинга, которая будет запущена этим летом совместно с модернизацией вакуумных колонн, заканчивается строительство установки гидрокрекинга. Большая работа предстоит по модернизации объектов общезаводского хозяйства и строительству установки коксования.

Первый этап завершится в 2017 году, объем инвестиций в него оценивается в $1,5 млрд. По его окончании мы выйдем на второй этап модернизации с 2018 года (шестой и седьмой пусковые комплексы), что поднимет выход светлых нефтепродуктов до 68%, в том числе путем увеличения выпуска дизтоплива. После этого будет третий этап: выпуск светлых нефтепродуктов достигнет 85% при глубине переработки 96%, индекс Нельсона — 9,06 (в настоящее время — 4%).

— Во сколько в целом обойдется модернизация?

— Пока сказать сложно, думаю, около $5 млрд. Из них 70% — средства банка, 30% — из собственных средств и за счет прибыли.

— Сейчас идет конвертация части долга перед Glencore в акции "Русснефти". В объединенной компании 46% получит Glencore. Почему "ФортеИнвест" остался за периметром сделки?

— Думаю, до окончания модернизации и возврата средств банку это преждевременно.

— В правительстве обсуждался перенос ввода техрегламентов, но пока планируется, что с 2016 года все же будет введен запрет на топливо ниже пятого класса. Как это отразится на вашем НПЗ?

— На сегодняшний день мы идем с опережением — выпускаем топливо класса "Евро-4", "Евро-5". Производим бензины высоких экологических стандартов, у нас есть запас качества, который сегодня не полностью востребован потребителем. Но и третий, и четвертый класс продолжим выпускать, у нас же есть и другие рынки сбыта.

— "ФортеИнвест" является единственным покупателем нефтепродуктов Орского НПЗ?

— Да, ежегодно мы продаем все 6 млн тонн. Общий оборот "ФортеИнвеста" — $3,5 млрд.

— Кто основной потребитель?

— Разные. Их много: кто больше платит, тот и покупает. Завод расположен в 20 км от границы с Казахстаном. Большая часть нашей продукции, конечно, идет на внутренний рынок — в Сибирь, Москву. Работаем с Оренбургской областью, на нашем керосине работает оренбургский аэропорт. На экспорт мы отправляем примерно 20-25% от общего объема — в Казахстан и страны Средней Азии (Киргизия, Таджикистан). Есть поставки в дальнее зарубежье — по Черному морю через Новороссийский порт.

— И кому продаете?

— На этом направлении покупатель — Glencore.

— Как на ваш бизнес влияет ситуация с Казахстаном? Страна время от времени вводит запреты на импорт российских нефтепродуктов.

— Мы спокойно продаем весь год светлые нефтепродукты в этой стране (запрет касается их поставок железнодорожным транспортом). Орский НПЗ долго был основным поставщиком битума на казахстанский рынок. Большое количество современных автодорог и даже взлетно-посадочные полосы некоторых аэропортов построены с использованием битума, произведенного на нашем предприятии. Однако в течение последних лет поставки битума в Казахстан невозможны из-за запрета Астаны. Мы были вынуждены скорректировать нашу программу реализации и перенаправить битум в другие регионы.

— А как на бизнес вашей компании повлиял налоговый маневр в нефтяной отрасли?

— На данный момент сложно дать полную оценку, налоговый маневр действует только чуть больше полугода. Тем более так совпало, что новая система начала работать одновременно с экономическим кризисом в стране. Основные три фактора, негативно влияющие на бизнес компании,— колебание курса доллара, снижение нефтяных котировок и повышение цен на внутреннем рынке. Например, нефть у нас не своя, мы ее покупаем — наши активы дают в год только около 250 тыс. тонн, а завод перерабатывает 6 млн тонн.

Конечно, понятно, что цены растут на те продукты, которые идут на экспорт. Но внутренний рынок не всегда движется в ту же сторону, что и международный. После введения маневра цены на нефть стали на 40% выше, в то же время стоимость нефтепродуктов выросла не так резко. Поэтому пока можно сказать, что налоговый маневр отрицательно влияет на маржу переработки и на деятельность нашей компании.

Сейчас активно обсуждается вопрос ослабления налоговой нагрузки на нефтяников — введение налога на финансовый результат. Конечно, в среднесрочной перспективе есть риск снижения уровня добычи, что не в интересах государства, но компании смогут увеличивать инвестиции в освоение новых месторождений. На мой взгляд, система налогообложения должна стимулировать развитие отрасли.

— Какова в целом стратегия "ФортеИнвеста"?

— Как я уже говорил: нам надо провести модернизацию. Мы работаем над сокращением издержек. В этом году завод отмечает свое 80-летие, и мне, как менеджеру, хочется добиться, чтобы старейший НПЗ стал современным, технологически инновационным и соответствовал уровню международных стандартов.

— Вы можете купить новые добывающие активы?

— Мы всегда рассматриваем новые активы, постоянно мониторим рынок. В большей степени интересны новые активы, которые могут дать нам дополнительное сырье для переработки. Сейчас мы добываем 250 тыс. тонн и постоянно растем. Запасы компании пока небольшие — 23 млн тонн. Но это уже начало.

— На ваш взгляд, сейчас время для покупки или нет? В свое время "Русснефть" тоже создавалась при относительно низких ценах...

— С одной стороны, да, стоимость, действительно, падает. Хотя на самом деле я бы не назвал цену нефтедобывающих активов очень низкой. Их владельцы ждут, видимо, определенного роста цены на нефть. С другой стороны, на рынке сейчас очень мало ликвидности, все-таки мы лишены доступа к западным рынкам. Все компании стали зарабатывать меньше. С этой точки зрения у нас, как инвесторов, не такой уж большой выбор. Новые активы — это хорошо, но для нас самое главное сосредоточиться на текущей деятельности, повысить рентабельность перерабатывающего бизнеса.

— Как на вашей компании в целом отразился кризис?

— К сожалению, высокая девальвация рубля, падение цен на нефть на мировых рынках и в то же время 60-процентный рост цен внутреннего рынка существенно снизили рентабельность нашего производства. Возросла стоимость кредитов, взятых на модернизацию в валюте, при этом текущие рублевые цены на конечную продукцию остались практически на прежнем уровне.

— Каковы, на ваш взгляд, сейчас основные риски в нефтяном секторе?

— Нынешние рыночные условия плохо сказываются на нефтяной промышленности. Скачки курса валют увеличивают наши кредитные обязательства. Необходимо отметить высокие ставки налогов. Нерешенность проблем утилизации и использования попутного газа влечет за собой высокие экологические сборы.

Отрасли необходима модернизация на всех уровнях. Ряд предприятий используют полностью устаревшие технологии, высока степень износа основных фондов. Все это в итоге неизбежно приводит к низкой экономической эффективности. И если до сих пор переработчики держались за счет высокой маржи, то сегодня ужесточившиеся условия рынка ставят перед нами вопрос выживания отрасли.

— Вы долгое время жили в Англии. Что вы сейчас чувствуете, когда против России ввели санкции? Как относятся к России ваши иностранные друзья и коллеги?

— Человеческие отношения — прежние, хорошие. Это, скорее всего, экономические проблемы — у нас нет доступа к финансовым рынкам. Непосредственного влияния на "ФортеИнвест" нет. Хотя, например, мне будет очень сложно взять кредит, он будет дорогой. Да и то, скорее всего, на российские активы деньги мне не дадут — только на активы в третьих странах.

— У российских банков получается привлекать средства? Кто вас кредитует?

— Кредитором "ФортеИнвеста" является Сбербанк. Нам открыта кредитная линия на модернизацию на $1,2 млрд еще в 2011 году. Погасить долг рассчитываем к 2018 году. Тогда будет закончен первый этап модернизации, мы начнем больше зарабатывать.

— Вам понадобятся еще кредиты для завершения модернизации?

— Думаю, что частично банковские средства нам понадобятся. Конечно, мы будем больше зарабатывать, но львиная доля этого кредита будет также идти на его погашение. Для завершения второго и третьего этапов нам нужно будет прибегать к кредитам.

— Новые нефтеперерабатывающие активы не рассматриваете?

— Все-таки сейчас не самое лучшее время для покупки активов, технически они должны падать в цене. Хотя на то, что нам интересно, цены не опускаются. В целом для создания интегрированной компании нужна розница.

— В итоге вы планируете сделать из "ФортеИнвеста" вертикально интегрированную нефтекомпанию?

— Да, я, как менеджер, изучаю все возможные варианты.

— А газовый бизнес интересует?

— Нет, его мы не рассматриваем.

— Получила ли компания в 2014 году чистую прибыль?

— Прибыль получили, но за счет курсовой разницы сработали практически в ноль.

— Вы прожили 17 лет в Англии, но видели, какие проблемы были у бизнесменов в России, в том числе у вашего отца из-за претензий властей. И тем не менее готовы работать в России?

— Это наша страна, это наша родина. Здесь все наши основные активы, основной бизнес. Здесь могилы наших предков. Я всегда хотел работать именно в России.

— Высокие должности в других компаниях не рассматривали, например, в той же Glencore?

— Лучше трудиться в своих структурах. Пример трудолюбивых людей лучше слов, а таких людей много. Я не знаю свою судьбу, но я готов много трудиться, много учиться. Уверен, что мой опыт работы в западной компании в сочетании с практическим опытом в России и есть формула успеха.

Интервью взял Кирилл Мельников
Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/2773492

0

64

http://www.vestifinance.ru/videos/23620 - Видео-интервью Гуцериева о Славкалии и другом

0

65

Swenson написал(а):

http://www.vestifinance.ru/videos/23620 - Видео-интервью Гуцериева о Славкалии и другом

Усталый человек.Вот он говорит-"как можно в кризис идти в отпуск" и.т.п,а ведь он и без кризиса говорят никогда в отпуск не ходил и на работе до поздна,а потом рано раньше всех на месте.Пил не мало но не до безобразия ,к женскому полу не равнодушен был) вот и весь отдых..Это только недавно относительно он скрипкой и стихами увлёкся,а так вся жизнь в цифрах ,совещаниях в крике,нервах, ну да каждый сам для себя выбирает образ жизни,я бы такую судьбу себе не хотел даже обладая его даром,1% от его капитала хотел бы и всё))))но без затрат на это))главное без покушения на мою лень)))))

0

66

Bertran написал(а):

Усталый человек.Вот он говорит-"как можно в кризис идти в отпуск" и.т.п,а ведь он и без кризиса говорят никогда в отпуск не ходил и на работе до поздна,а потом рано раньше всех на месте.Пил не мало но не до безобразия ,к женскому полу не равнодушен был) вот и весь отдых..Это только недавно относительно он скрипкой и стихами увлёкся,а так вся жизнь в цифрах ,совещаниях в крике,нервах, ну да каждый сам для себя выбирает образ жизни,я бы такую судьбу себе не хотел даже обладая его даром,1% от его капитала хотел бы и всё))))но без затрат на это))главное без покушения на мою лень)))))


Батыр,  а ты в соседней теме про Джабраила Картоева можешь что-то добавить, знал его или может слышал?

0

67

Миллиардер, основной владелец группы БИН и поэт Михаил Гуцериев рассказал в интервью РБК, как заработал на обвале нефтяных цен, во что нужно инвестировать и почему мир меняется к лучшему

— Недавно было объявлено о планах принадлежащей вам нефтяной компании «РуссНефть» провести IPO. Вы уже определились с параметрами размещения? Сколько денег планируете привлечь?

— Мы хотели сначала консолидировать свои нефтяные активы, а затем выйти на IPO. Потом мы приняли более правильное решение — протестировать рынок. Речь идет о возможности размещения до 10% акций «РуссНефти» на Московской бирже. Запасы компании составляют почти 540 млн. т. по С1, С2, С3, объем добычи — 8 млн т., и она растет. «РуссНефть» — один из наших наиболее эффективных активов. EBITDA компании по итогам прошлого года, когда нефть торговалась по $37 за баррель, составила 25 млрд рублей. В этом году мы ждем роста этого показателя.

Мы оцениваем компанию в $4–5 млрд. После того как выйдем на рынок, получим реальные цифры ее стоимости. На следующем этапе можно рассмотреть вопросы присоединения [к «РуссНефти»] «Нефтисы» и уменьшения долга. Мы снизили долг «РуссНефти» до $1,27 млрд — это небольшой долг по сравнению с тем, что было, — и довели его соотношение к EBITDA до 1 к 2,5. Ожидаем, что средства от размещения помогут нам еще больше сократить долг. Совокупный объем добычи наших нефтяных активов — и зарубежных, и российских — на сегодня составляет около 17 млн тонн.

— То есть после 10% вы через какое-то время готовы будете снизить свою долю вовсе до 51%?

— Да, 10% — это первый шаг. Если все получится, можно перейти к вопросу слияния, а затем опять выйти на рынок. Конечно, мы все это обозначим в плане для инвесторов, и инвесторы будут понимать, что компания будет расти. Общие запасы у нас где-то 850 млн т. — это очень большие запасы. Половина из них — извлекаемые. Остается только бурить и добывать. При хорошей цене на нефть инвесторы получат большую отдачу.

— Вы ждете рост цен на нефть или нынешний уровень вас устраивает?

— Сегодняшняя цена — $50 за баррель — нас абсолютно устраивает. Планируем свой бюджет, исходя из того, что цена нефть будет именно такой, а цена доллара — 60 руб. Мы сегодня эффективно развиваемся, у нас есть прибыль, мы обслуживаем долг в $1,3 млрд и гасим его по $100 млн в год. С оптимизмом смотрим в будущее, будем начинать бурение нескольких полей с запасами до 100 млн т.

— Какова у вас себестоимость добычи?

— Себестоимость низкая. Нам удавалась зарабатывать в условиях, когда нефть стоила $37 за баррель, т.е. мы свели себестоимость к минимуму. Думаю, наша себестоимость — самая низкая в отрасли.

— Ниже, чем у «Роснефти»?

— Я не знаю, какая у «Роснефти». Не хотел бы сравнивать нас с такой крупной компанией. Мы частная компания, залог нашей прибыли — в нашей эффективности. У нас очень низкие траты. С учетом ситуации, которая была на рынке в прошлом году, мы отказались от премий руководству, и оно с пониманием к этому относится. Платим премии только рабочим и линейному персоналу. Занимаемся строительством и пытаемся снизить затраты, используя тендеры. То есть мы достаточно эффективны и обходимся минимальными затратами при решении задач. Я не хотел бы раскрывать себестоимость, чтобы никого не смущать. У каждого своя программа, свои инвестиционные затраты.

— Вы сказали, что с оптимизмом смотрите в будущее в отношении цены на нефть. Почему? Баланс спроса и предложения найден?

— Я всегда говорил и говорю, что цена любого продукта, относящегося к невозобновляемым запасам, — в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективе вплоть до десяти лет — может держаться какое-то время на одном уровне, но не может в итоге не вырасти. Ежегодно из недр извлекается до 3 млрд т. нефти. Вдумайтесь в эти цифры — это 30 млрд т. за десять лет. Запасы нефти — это не лес, не рыбные ресурсы, которые можно восстановить за три-четыре года. Они не восстанавливаются, а новые запасы — это Арктика, трудноизвлекаемые запасы и сланцевая нефть, которая очень дорогая не только в финансовом выражении, но и в физическом, так как у нее сложная транспортировка. Поэтому дешевой нефти не будет.

— И какая будет цена?

— Я считаю, что в ближайшие годы будет $50–60 за баррель. Эта цена устроит отрасль при эффективном управлении, минимальных затратах, бурении наиболее продуктивных месторождений, хороших отношениях со строителями, минимальных дивидендах акционерам. Такие цены дают возможность неплохо заработать.

— Вы один из немногих, кто смог заработать на обвале нефтяных цен. Звучала цифра $700 млн. На что вы потратили эти деньги? Сейчас хеджируетесь?

— $700 млн — это обычное хеджирование. Западные банки предложили мне сыграть в такую рулетку и захеджироваться на четыре года. Я согласился на два года. Согласился бы на четыре, заработал бы $1,5 млрд. Но ничего страшного. Если бы я согласился на четыре года, а цена бы пошла в другую сторону, я бы проиграл $1,5 млрд. Диапазон хеджа был от $80 до $120. То есть, если цена ниже $80, они мне доплачивают до $80, если выше $120, то я им плачу. Я понимал: цены в $120 быть не может. Она была короткий период в 2007 году — я тогда тоже заработал много денег. И я решил захеджироваться на два года. Спустя три месяца цена упала до $37, а мы заработали $700 млн. Из этой суммы мы заплатили налогов более чем на $240 млн, что отвечает интересам государства. Оставшиеся деньги мы направили на погашение кредита «Сбербанку». Кстати, именно «Сбербанк» мне посоветовал захеджировать риски. Они выступили организаторами сделки и заработали $50 млн. Почему я не согласился на четыре года? Я решил исключить риски. Чудес не бывает. Слава богу, мы заработали, погасили долг и остались в выигрыше.

— Сейчас не хеджируетесь?

— Сейчас мы будем хеджироваться и хеджируемся. Но вопрос хеджирования — это не какая-то блажь, а расчет. Когда я соглашался на два года вместо четырех, это, конечно, был расчет. Я поставил против цен прошлого столетия. Сейчас же нужно взвешивать цены этого столетия, учитывать колебания рынка, какие поля будут разбуриваться, в каких странах идет нефтяной бум, какая ситуация в Африке, какие даются прогнозы. Необходимо учитывать экономические, финансовые и политические факторы, политические процессы, которые происходят в мире, в арабских странах. На самом деле, это искусство.

— Скажите самое главное — на что ставите все-таки? На рост цены или на ее падение?

— Сегодня можно ставить на небольшое повышение на короткий срок, до шести месяцев. Как только политическая ситуация — Украина, Евросоюз, санкции — начнет стабилизироваться, то надо ставить вдлинную в рост, без сомнения.

— Вы очень разносторонний инвестор, чем вы только ни занимаетесь. На ваш взгляд, во что необходимо инвестировать сейчас, чтобы быть успешным через 5–10 или 20 лет?

— В любое промышленное производство, ориентированное на экспорт. Производство сорочек, воды, IT-технологии — не важно, что это будет. Но все, что производится и продается за твердую валюту. Тот, кто сможет это организовать, тот очень много заработает в долгосрочной перспективе.

Нам надо не импортировать из Китая, а экспортировать туда. Следует создавать производства в Китае, на границе с Китаем и извлекать выгоду за счет короткого транспортного плеча. Надо использовать дешевое рублевое российское сырье, дешевую рабочую силу. Надо привлекать китайцев на свои промышленные производства на территории России, в 500–300 км от границы. Нужно открывать производства в Калининграде и, опять же, использовать короткое транспортное плечо. Вот это мы сейчас делаем и будем делать в ближайшие десять лет. Необходимо совершенствовать IT-технологии. Сегодня каждое мгновение, секунда, дает возможность зарабатывать. И соответствующие технологии уже работают. Нужно заниматься всем, что интересно людям.

— Вы в IT инвестируете? Нашли достойный стартап?

— Да. Мы уже вложились в три-четыре проекта. Причем, есть небольшие инвестиции — до $3–5 млн — а есть и до $35, и $40 млн. Я ожидаю, что мы заработаем в ближайшей перспективе для вложений в строительство и недвижимость, а также сможем создать финансовую подушку безопасности. Мы и многие другие не смогли заранее оценить риски нынешнего кризиса. В итоге оказались в достаточно сложной финансовой ситуации. Конечно, она стабильна и у нас есть запас финансовой прочности. Мы понимаем, что делаем, у нас есть воля, есть команда. Кризисы случаются, и надо помогать друг другу. Но мы также вкладываем и в Белоруссию и в Европу — всюду, где работают умные ребята, молодежь. IT — лишь малая часть экономики. Как бы ни развивались IT-технологии, новые программы, Facebook, но утром каждый человек встает, берет булочку, разрезает ее, намазывает ее джемом или маслом, пьет чай, ест бутерброд, яичницу, потом одевается, выходит из дома, садится в машину, заправляет ее бензином и едет на работу. На мой взгляд, в отношении IT-технологий сложился определенный миф. Поверьте мне, если вы в Китае откроете десяь пекарен и продадите миллиард булочек, вы заработаете больше, чем на IT. Просто сейчас это модно. Неважно, чем вы занимаетесь — продаете булочки или производите зубные щетки — главное — сколько вы их производите.

— Во что вы инвестировали? Хотя бы один пример.

— В финансовые операции.

— Финансовые технологии?

— Я не хочу раскрывать название. Компания серьезная, 160 человек, у нас там более 50%. Мы вложились, там сидят гениальные ребята, которые уже заработали много денег. Мы усилили эту команду белорусами, украинцами и россиянами. Я думаю, эта команда принесет нам прибыль. Мы верим в это, вкладываем свои деньги. Если все получится — мы заработаем, нет — значит, не суждено.

— На Петербургском форуме мы говорили с бизнесменами, экономистами, учеными о рисках глобального прогресса. Какими вы видите эти риски?

— Я очень хорошо знаю историю. Знаю от Александра Македонского и далее, каждый день ее изучаю. Конечно, мир стал другим. Он стал более разумным, прагматичным, милосердным. Еще 50 лет назад та конфронтация, которая сегодня сводится к санкциям, вылилась бы в глобальную войну, и это показал прошлый век. Сегодня я увидел очень позитивный фактор в предложении бывшего президента Франции Николя Саркози. Он сказал: «Может быть, стоит снять санкции». И это правильный посыл, который позволяет говорить о том, что конфликты можно разрешать мирным путем.

Поэтому мир, без сомнения, будет развиваться. Он станет более технологичным, у людей будет больше времени на личную жизнь. Медицина идет вперед, и развивается все, что связано с жизнеобеспечением. Численность населения будет расти, средняя продолжительность жизни увеличиваться. Число конфликтов будет уменьшаться, а если они и возникнут, то это будут региональные конфликты. Мировые конфликты уже невозможны. Зарождается новая энергетика: позапрошлый век был угольный, сейчас нефтяной, а придет другой век.

Я очень позитивно настроен. И всем советую того же. Не надо ничего бояться, надо идти вперед.

— Вы единственный из бизнесменов дали такой позитивный ответ. Остальные говорят о кибербезопасности, о том, что будут проблемы с выплатами пенсий и так далее.

— Перестаньте! Мир идет вперед, он не может регрессировать. Развивается техника, сто лет назад не было самолетов — спасибо братьям Райт. 130 лет назад не было машин — спасибо Генри Форду, который в сарае собрал автомобиль и показал, как можно ездить. В 1980-м году, когда учился в Джамбульском технологическом институте, я заказывал звонок, чтобы поговорить с мамой, за трое суток, и потом два часа ждал у переговорной, чтобы моя мать вышла на связь. Когда я в 1996 году приехал в Джамбул и с мобильного набрал Нью-Йорк или Лондон, то понял, что я в другом мире. А прошло всего лишь 16 лет. Посылка, которая шла шесть месяцев, — это было всего лишь 20 лет назад.

Все меняется, не надо ничего бояться. Нет ничего страшнее, чем смерть, когда умирают близкие люди. Все остальное проходит. Страх — это всего лишь иллюзия наказания или страдания. Не надо бояться иллюзий.

0

68

Гуцериев готовится продать часть своей империи, чтобы закрыть долги за свадьбу сына и эмиграцию

Известный ингушский миллиардер снова решается на неожиданный шаг для спасения бизнеса

Ахмед Евлоев

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/261/24ac2f8e.jpg

Владелец компании «Русснефть» Михаил Гуцериев не перестает удивлять российское политическое и бизнес-сообщество. Недавно он шокировал страну невероятно растратной по нынешним временам свадьбой сына, которую СМИ оценили в миллиард долларов.

Потом бизнес ресурсы сообщили, что Гуцериев перед падением нефти успел принять пару верных решений на рынке и, будучи владельцем нефтяной кампании, умудрился заработать на снижении цены нефти 700 млн долларов. Причем, это сумма, которую раскрыл сам бизнесмен.

Однако Reuters называло цифру, стремящуюся к 2 млрд долларов. Причем, идею, как можно заработать на падении цены на нефть, ему, якобы, дал глава Сбербанка Герман Греф. Причем именно Греф некогда помог Гуцериеву вернуться на родину.

Бежать, вернуться и вновь подняться может не каждый

Напомним, что в 2007 году Михаил Гуцериев эмигрировал из страны, спасаясь от уголовного преследования. Сначала из Москвы бежал в Минск, оттуда в Стамбул, а уже из Стамбула в Лондон. Однако через некоторое время уголовное преследование было остановлено, и он вернулся.

Вернувшись в Россию, он смог вернуть себе свою компанию и обеспечить новый рывок в развитии своей империи. Как утверждают специалисты, это редчайший случай, даже в мировых масштабах.

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/261/0e40f48e.jpg

«Человек, который может сопротивляться, выстоять, когда есть проблемы, в том числе с органами государственной власти, российскими, и, более того, наладить взаимоотношения вновь и продолжать заниматься бизнесом в России — это, пожалуй, исключительный случай».

Так комментировал данный случай Станислав Машагин, генеральный директор инвесткомпании VOLGA-Capital. И вот сейчас Михаил Гуцериев снова готовится удивить бизнес-сообщество России неожиданным и непредвиденным ходом.

Аналитики называют готовящееся Гуцериевым событие - одной из главных российских сделок года. «Русснефть» Михаила Гуцериева готовится к миллиардному IPO, собираясь до конца 2016-го разместить на Московской бирже от 25 до 49% акций.

Об этом в интервью РБК рассказал председатель совета директоров «Бинбанка» и совладелец «Русснефти» Микаил Шишханов. Сделка может состояться в четвертом квартале. Почему именно сейчас, и будет ли успешным IPO? Ведь в России давно не было крупных выходов на биржу.

Примеры успешных IPO

«Из последних вспоминается продажа «Тинькофф-банка», который сумел привлечь миллиард долларов, притом, что спрос превысил эту сумму в 11 раз. Но это было до экономического кризиса, в 2013-м году. Несколько удачных, но не очень крупных размещений, были в прошлом году.

Например, «Магнит» за 2 дня легко привлек на рынке около 10 млрд рублей. Акционеры «Русснефти» планируют продать до 49% компании и получить 2 млрд долларов. Соответственно, минимальная оценка компании — 4 млрд. Возможно, сейчас не лучшее время для размещения нефтяной компании», - пишет BFM.

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/261/09fc66a8.jpg

Дмитрий Александров, замгендиректора по инвестициям ИК «Универ» утверждает: «Капитал «Все будет, как раз-таки определяться с желанием, с одной стороны, привлечь средства и соотношением этого желания с внешней ситуацией. В принципе, здесь может быть оценка порядка 4,5-6 млрд долларов, в зависимости от той ситуации, которая сложится.

Идти, например, по более низкой оценке, чтобы показать хороший рост и облегчить размещение дальнейшее активов. Поэтому здесь может быть определенный дисконт, который создаст дополнительный интерес для покупателей».

Станислав Машагин, директор VOLGA-Capital, отмечает: «Время не очень хорошее, но и не самое плохое для того, чтобы выходить на IPO. Я думаю сейчас толкает на этот шаг все-таки нехватка капитала наших предприятий. Это может улучшить финансовые показатели компаний».

Миллиардные долги

В принципе, как отмечают и другие аналитики, «Русснефть» выходит на биржу именно с одной целью - погасить долги. Поскольку, Михаил Гуцериев перед бегством из России в 2007 году продал свою компанию олигарху Олегу Дерипаске.

А когда через несколько лет выкупил ее обратно, на ней висело 7 млрд долларов долга. За эти годы Гуцериев сумел погасить долг в 5 млрд долларов. Осталось 2 млрд. При чем все эти годы Гуцериев продолжал щедро тратить, в том числе и на свадьбу сына. On Kavkaz писал, что эта свадьба стоила дороже бюджета родной для Гуцериева Ингушетии.

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/261/301e77cf.jpg

Кроме того, он постоянно продолжал покупать активы. Например, год назад группа БИН Гуцериева и его племянника Шишханова стала владельцем автолизинговой компании «Европлан». И уже через полгода она вышла на IPO, продав на Мосбирже 25% минус одну акцию больше чем за 3 млрд рублей.

Спрос тогда на выставленные акции превысил предложение в полтора раза. Аналитики пишут, что, возможно, для Гуцериева этот выброс акций на рынок был тренировкой. РБК уточняет, что на сегодня долги «Русснефти» составляют около  2,3 млрд долларов.

Только за прошлый год Гуцериев смог погасить долги на 3 млрд долларов. До конца текущего 2016 года «Русснефть» планирует снизить свой долг до 1,3 млрд долларов, пишет РБК со ссылкой на апрельский обзор Moody's.

http://onkavkaz.com/news/1089-guceriev- … aciyu.html

0

69

Гуцериевым-Шишхановым разрешили застроить 2,2 млн кв. м в Новой Москве

Градостроительно-земельная комиссия (ГЗК) Москвы одобрила компании "Авгур эстейт", подконтрольной группе "Бин" семьи Гуцериевых-Шишхановых, проекты планировок в Новой Москве общей площадью более 2,2 млн кв. м, в том числе 1,5 млн кв. м жилья. Об этом сообщают "Ведомости".
Речь идет о двух участках - в поселке Коммунарка и в районе деревни Столбово (проекты расположены по соседству, с разных сторон Коммунарки). В компании "А101", куда входит "Авгур эстейт", сообщают, что планируется строить жилье и объекты коммерческого и социального назначения в пропорции 60% на 40%. Под соцобъектами подразумеваются детские сады, школы и поликлиники.
Участок общей площадью 2,4 тыс. га в Новой Москве группа "Бин" за 800 млн долларов приобрела в прошлом году у экс-сенатора и бывшего владельца "А101" Вадима Мошковича. "Ведомости" отмечают, что Мошкович - один из крупнейших землевладельцев в России - считался лоббистом расширения Москвы на юго-запад и даже подарил в 2012 году городу свои 308 га под деловой центр. Однако воспользоваться состоявшимся расширением города он так и не сумел, не найдя общий язык с городскими властями по согласованию своих строительных планов.
У владельцев же группы "Бин" - братьев Михаила и Саит-Салама Гуцериевых и Микаила Шишханова - хорошие связи и на федеральном, и на городском уровнях, поэтому им, вероятно, быстрее удастся то, что не получилось у Мошковича, отмечали ранее участники рынка.
По мнению опрошенных газетой консультантов рынка, на этой территории оправдана масштабная стройка микрорайонов с жильем класса эконом или комфорт с обширной инфраструктурой - по примеру ряда крупных столичных спальных районов. А власти города обещают, что в Коммунарке скоро появится административно-деловой центр, который станет лидером Новой Москвы по количеству рабочих мест.
Напомним, в прошлом году была утверждена схема развития Новой Москвы до 2035 года - к тому времени туда планируется переселить более 1 млн человек.

http://realty.newsru.com/article/01jul2016/newmsk_bin


Города Гуцериевск в Белоруссии не появится, потому что Гуцериев "на свои ничего не строит"

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/266/f9874c19.jpg

Строительство горно-обогатительного комбината (ГОК) в Любанском районе Минской области, реализуемого подконтрольной российскому миллиардеру Михаилу Гуцериеву компанией «Славкалий», приостановлено с сентября прошлого года. Тогда накануне президентских «выборов» Александр Лукашенко и его друг-олигарх заложили запсулу в памятный камень возле фундамента будущего предприятия.

Портал tut.by напоминает, что власти Беларуси и Гуцериев договорились о строительстве ГОКа на сырьевой базе Нежинского участка Старобинского месторождения калийных солей в 2011 году. Был подписан инвестдоговор. Проект, общая стоимость которого оценена в 1,7−2 млрд долларов, предусматривает строительство комбината производственной мощностью от 1,1 до 2 млн тонн хлорида калия.

Впрочем, до мая 2015 года дела в проекте двигались ни шатко, ни валко. Год назад Министерство финансов Беларуси, государственный банк развития Китая, «Беларусбанк» и «Славкалий» подписали меморандум о взаимопонимании, предусматривающий привлечение «Беларусбанком» гарантированного правительством Беларуси кредита для реализации проекта по строительству в Беларуси нового ГОКа.

Сумма кредита оценивалась на уровне 1,4−1,5 млрд долларов по ставке 4% годовых на 14 лет, с первой выплатой по кредиту через 5 лет. При этом Китай становился ключевым потребителем удобрений «Славкалия».

11 сентября 2015 года Александр Лукашенко и Михаил Гуцериев приняли участие в торжественной церемонии начала строительства калийного комбината. «Я уже говорил Гуцериеву, что если создашь Любань как конфетку, мы ее переименуем в Гуцериевск, а ты напишешь для нее гимн», — сказал тогда Лукашенко.

В конце 2015 года Гуцериев сообщил о получении «Славкалием» первого транша кредита банка развития Китая в сумме 300 млн долларов. Как сказал российский бизнесмен, проектирование нового ГОКа уже идет. «Я думаю, мы приступим к строительству весной. Пять лет и комбинат будет работать», — уверял миллиардер.

Одновременно с этим Радио «Свобода» поведала о том, что «памятный камень убрали, строительные работы остановлены, а вся техника отправлена своим ходом в Россию». В Миноблисполкоме уверяли, что прекращение работ на зиму плановое. А сам камень убрали, чтобы его не разорили местные хулиганы.

Зима и весна закончились, но активная фаза строительных работ до сих пор не возобновилась. Эксперты утверждают, что дело в финансировании. «Гуцериев ждет китайского кредита. За свои он точно все строить не будет», — говорит источник.

Группа БИН семьи Гуцериева готова выделить «лишь 250−280 млн [долларов]» из необходим почти 2 млрд долларов «на финишную часть проекта», уверяют собеседники. Ведь проектом предусмотрено строительства не только ГОКа, а горнодобывающего комплекса, газотурбинной электростанции, железнодорожной станции «Славкалий», железной дороги до станции «Уречье», газопровода от Солигорской ГРС до ГОКа, линии электропередачи напряжением 110кВ от подстанции «Калийная», автодороги от ГОКа до автодороги Р-57 и прочей инфраструктуры.

В мае представитель «Беларусбанка» сообщил о завершении процедуры выдачи китайского кредита «Славкалию». «В текущий момент мы с коллегами активно работаем над тем, чтобы финализировать достигнутые договоренности по данному проекту», — сообщил ПРАЙМ-ТАСС заместитель директора департамента международного бизнеса Беларусбанка Василий Алексеев.

В мае также увидело свет постановление правительства Беларуси № 361, которым вносятся изменения в условия реализации инвестпроекта по строительству ГОКа «Славкалием». Однако конкретной информации об изменении условий не опубликовано. Ряд пунктов значатся под грифом «ДСП».

Источники уверяют, что данным документом скорректированы условия и график строительства нового ГОКа. Вчера Александр Лукашенко поддержал предложение губернатора Минской области Семена Шапиро заморозить на год штрафные санкции для ряда инвесторов из-за невыполнения сроков инвестпроектов.

В пресс-службе Миноблисполкома сказали, что вопрос по «Славкалию» на встрече Лукашенко и Шапиро «не обсуждался». «В ближайшее время должен состояться визит Михаила Гуцериева в Беларусь, после которого мы надеемся на активизацию проекта», — сказали там.

В Миноблисполкоме верят «в успешную реализацию проекта», связывают «заминку» с вопросами финансирования, кроме того, надежды на начало строительства возлагают на нового директора «Славкалия». На место Станислава Таслицкого пришел бывший вице-президент по капитальному строительству «РуссНефти» Сергей Головко, который имеет опыт реализации крупных проектов в Западной Сибири и Азербайджане.

Что касается сроков строительства «Славкалия», то в 2011 году было объявлено, что компания Гуцериева при поддержке руководства Беларуси построит калийный комбинат уже в 2015-м. Но в прошлом году отложили ожидаемый запуск на 2020 год.

Эксперты недоумевают, зачем было торопиться с закладкой капсулы, если весомых оснований для начала строительства не было. «Единственный ответ — предвыборная кампания», — считают собеседники.

В Любанском райисполкоме отказались от комментариев. Получить комментарий в «Славкалии» не удалось.

http://onkavkaz.com/articles/2593-gorod … troit.html

0

70

Михаил Гуцериев напомнил, что он ингуш, и рассыпался в похвалах самой элитной семье Кавказа

Интересы большого бизнеса требуют полной лояльности в вопросах большой политики

Али Аббасов

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/344/6d237288.jpg

Известный ингушский олигарх Михаил Гуцериев в интервью сайту «Москва-Баку» рассыпался в комплиментах президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву и его семье. Конечно, Гуцериев обязан Алиеву. И дело не только в бизнесе.

Напомним, что именно в Азербайджане Михаил Гуцериев около 10 лет назад нашел безопасную гавань перед вылетом в Лондон, пока на него и его бизнес шел накат со стороны российских силовых структур. Но насколько справедливы и беспристрастны его оценки?

Ода Алиевым

В самом начале своего интервью Михаил Гуцериев отметил заслуги отца Ильхама Алиева – Гейдара Алиева перед Азербайджаном. «Гейдар Алиевич был великим человеком. После развала Советского Союза он возглавил республику в самое сложное время, когда ее раздирали на части сепаратисты, возродил ее из пепла, преобразил.

Ведь Азербайджан мог стать тремя государствами. Но Гейдар Алиев сумел пресечь насилие, кровь, установить в стране порядок», - отмечает Михаил Гуцериев и далее переходит к Ильхаму Алиеву: «Знание нескольких языков, интеллигентность, дипломатическая мягкость, настойчивость, реформаторское мышление – все эти качества отличают Ильхама Алиева».

На его взгляд, именно эти качества Ильхама Алиева «позволили провести все преобразования в Азербайджане, свидетелями которых мы являемся». «Такое яркое, стремительное развитие страны очень необычно сегодня для Кавказа. Это настоящая жемчужина Кавказа, пример лидерам, народам, как надо жить.

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/344/35cdb372.jpg
Гейдар и Ильхам Алиевы

И это мощный посыл всему миру: «Смотрите, мы – кавказцы, мы лучшие, мы так можем!». Я кавказец, слово «Кавказ» для меня – не пустое», - продолжает олигарх. Комплименты правящей семьей сыплются как из рога изобилия: «Азербайджан сегодня – это яркий пример созидания, непрерывного поступательного развития страны».

«Это сочетание интернационализма, умеренной религиозности, светскости. Я абсолютно убежден, что Алиевы – самая элитная семья Кавказа, в самом хорошем смысле этого слова. Сегодняшний Баку для меня – это триумф воли, триумф воли одного человека и народа, показатель того, что так сегодня можно созидать.

Невероятно каждый год видеть, как преображается республика – будто кто-то пишет рукой историю. Азербайджан – показатель того, что, если глава государства – мудрый управленец – все возможно, это пример другим», - рассыпается в похвалах и комплиментах Гуцериев.

Управленческий гений

В ходе интервью Гуцериев от общих похвал сумел перейти и к более точным формулировкам того, в чем он видит секрет успеха правящей элиты и страны, которой эта элита последние десятилетия управляет.

«Азербайджан не владеет огромными деньгами, как принято считать, но блистательно справляется со всем и идет впереди многих. Все эти разговоры, что Азербайджан развивается за счет нефтяных денег – все это неправда.

По большому счету у Азербайджана нефти немного – около 50 млн тонн в год. Есть страны, где нефти больше. Это и Казахстан, и Россия, и Туркменистан, но нет второго Баку, нет второго Азербайджана.

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/344/954e6085.jpg
Семья Ильхама Алиева, как современная элита Кавказа

Азербайджан – яркий пример, как правильно и эффективно вложены деньги во все направления. Это вложения в инфраструктуру, и мы видим, что идет непрерывный процесс строительства. В Азербайджане — свобода предпринимательства. Никто у тебя ничего не забирает, все честно и справедливо.

Я абсолютно убежден, что правильная власть, правильная налоговая система, хорошие природно-климатические условия, полная открытость миру Азербайджана, cовершенно правильный президент, непохожий на других – вот залог успеха Азербайджана».

Однако, воздавая хвалу сегодняшнему лидеру Азербайджана, Михаил Гуцериев не забыл воздать должное и трудолюбивому народу этой страны. Подчеркнув, что большинство достижений Азербайджана – это заслуга простых людей, трудящихся в самых разных сферах.

Похвала народу

«То, как сегодня развивается Азербайджан – это, прежде всего, результат активности азербайджанского народа. Несколько миллионов азербайджанцев живет в России, Украине, Белоруссии. Кто в Москве в числе самых крупных предпринимателей? Азербайджанцы.

На Украине то же самое. Я еду по этой стране и вижу заправки SOCAR. В Минске азербайджанцы тоже успешны как предприниматели. В Сочи захожу на рынок – азербайджанцы. Куда бы я ни приехал — везде азербайджанцы активны. Это народ, который умеет зарабатывать деньги. И слава Богу.

В Азербайджане благодатная земля, что позволяет развивать сельское хозяйство, заниматься растениеводством, овощеводством, животноводством. Это очень близко азербайджанцам. Развитие Азербайджана идет, прежде всего, благодаря народу – сколько в Азербайджане образованных людей!»

http://onkavkaz.com/upload/000/u1/344/a2f28551.jpg
Вид на современный центр Баку из трущоб на окраине города. Фото: varlamov.ru

Азербайджанцы – великий народ с древней, богатой историей, государственностью, который всегда имел своих национальных героев, поэтов, ученых, выдающихся деятелей искусства, экономики.

Это один из первых народов, который начал добывать нефть в мире, одним из первых создавал промышленное производство нефти (Вообще то нет. Добычу нефти в Баку организовали англичане, а потом их от-туда попросили советские власти 192.168), чем занимается и по сей день. Азербайджан подготовил тысячи кадров нефтяной промышленности, и сегодня эти специалисты добывают нефть по всему миру.

Азербайджанцы трудолюбивы, они прекрасно знают, что такое торговля. С ними всегда обо всем можно договориться. Это еще и толерантность, взаимоуважение. В Азербайджане люди живут мирно, никто никого не притесняет»(Особенно удинов, лезгин и аварцев, талышей и армян 192.168), - демонстрировал свое, поистине, восточное красноречие Михаил Гуцериев.

Пример для Северного Кавказа

Далее, Гуцериев, которого сами ингуши корят за то, что он редко, когда говорит о своем народе, подчеркивает: «Я сам ингуш», напоминая и о последствиях осетино-ингушского конфликта, и об испытаниях сталинской депортации, пережитой его народом.

Рассказывает он об этих драматических страницах истории своего народа через судьбу своей семьи: «Я два раза в год езжу на кладбище в Северную Осетию, туда, где похоронены мои близкие, мои родители, мои родственники. Я летаю в Астану, где похоронен мой дед».

Но при этом Гуцериев отмечает, что и ингуши, и остальные народы Северного Кавказа всегда старались равняться на уровень закавказских народов: «Мы, cеверные горцы, всегда равнялись на южнокавказцев (? шта?). Поехать учиться или в гости из Владикавказа в Тбилиси или из Дербента в Баку всегда почиталось за честь».

После таких искусных похвал в адрес руководства страны, правящей элиты и простого народа, как-то уже неловко напоминать о большом количестве политзаключенных в Азербайджане, о преследовании религиозных и гражданских активистов, о чудовищном уровне коррупции в стране, о разгромленном заговоре в руководстве Министерства нацбезопасности…

В картине, нарисованной Михаилом Гуцериевым, Азербайджан под руководством Ильхама Алиева, как бы говорит всем: «Пойдемте с нами вперед! Возьмемся за руки и пойдем в светлое будущее, в достойную жизнь, где все народы сосуществуют независимо от цвета кожи, вероисповедания, национальности, созидают и, подчиняясь одному закону, будут одинаково защищены». Это тоже цитата из интервью.

А в ответе на вопрос, чем именно он занимается в сегодняшнем Азербайджане, Гуцериев открывает секрет своих безудержных похвал: «Занимаемся добычей нефти... Надеюсь, начнем добывать газ. Построили парники – начали заниматься экспортом томатов. Сейчас пытаемся более активно заняться овощеводством и животноводством».

P.S.

Очевидно, что большой бизнес требует большой демонстрации лояльности. Если смотреть на ситуацию сквозь перспективы развития большого бизнеса Михаила Гуцериева, сложно не согласиться, что у этого бизнеса именно «за Ильхамом Алиевым будущее». Справедливо ли это замечание в отношении остальной страны, покажет время…

http://onkavkaz.com/news/1357-mihail-gu … vkaza.html

0


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » Персоналии » Гуцериев (Семья)