쿺

Настоящий Ингушский Форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » История Ингушетии » "Осетины"(Волкова)


"Осетины"(Волкова)

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

ОСЕТИНЫ [Вопросы формирования осетинских обществ на основании обширных этнографических материалов исследуются в монографии Б. А. Калоева «Осетины» (М., 1972).]
Источники первой половины XVIII в. очерчивают этническую территорию осетин преимущественно в пределах горной части Центрального Кавказа. «Ущелья, оставшиеся за царями овсов,— пишет Вахушти,— называются так: Чими, Тагаури, Куртаули, Валагири, Пайкоми, Дигори и Басиани; именами названы они (ущелья) или по именам селений или главным образом вступившими сюда овсами» [Вахушти. Указ. соч., стр. 138,]. Те же источники на южных склонах Кавказского хребта среди областей, населенных осетинами, с запада на восток называют: Кударо по р. Джоджоре (левый приток верхней части Риони), бассейн верхней части р. Большой Лиахвы, в том числе реки Паца, Кешельта, Эрманидон, т. е. Джавское ущелье и Урс-Туалта, верховья р. Малой Лиахвы, верховья р. Ксани (Дзымыр), р. Лехура (правый приток р. Ксани) и некоторые территории по р. Арагви (кудские осетины). Кроме того, к этому времени осетинские поселения имелись в верховьях Терека (Трусовское ущелье) и в районе Коби.[См. «История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 67, 74, 77, 115, 124, 142-145, 189.] Однако указанные границы, судя по скупым  свидетельствам письменных источников рубежа XVII—XVIII вв., не во всем соответствовали таковым к середине XVIII столетия.
Западным пределом этнической территории осетин северных склонов Главного Кавказского хребта на рубеже XVII—XVIII вв., видимо, были земли Дигорского ущелья. Однако мне приходилось в данной работе приводить факты, говорящие о незавершенности в первой половине XVIII в. процесса этнической ассимиляции отдельных групп осетин в соседних с Дигорией ущельях. [См. раздел «Карачаевцы и балкарцы».] К таким фактам относится, в частности,  упоминание Вахушти Багратиони в числе владений овсских царей области Басиани, т. е. Балкарского ущелья, где обитала овсская фамилия Басиата[Вахушти. Указ. соч., стр. 138. 142, 150.], а также сообщение документа 1743 г. об «особливом языке» жителей пяти волостей, т. е. Чегема, Бизинги, Холама, Малкара и Хусыр, знавших также и татарский язык. [«Материалы по истории Осетии», стр. 327.]  Отсутствие в письменных источниках начала XVIII в. сведений о Дигории делает необходимым привлечение некоторых документальных свидетельств XVII в., в частности данных статейного списка русских послов Никифора Толочанова и дьяка Иевлева, шедших в Имеротию A650—1652 гг.) [«Посольство стольника Толочанова и дьяка Иевлева в Имеретшо. 1650—1652 гг.», стр. 119, 120.]. Интересующая нас часть документа представляет собой рассказ дигорцев Смаила и Чибирки, приехавших в Анзорову Кабарду, где в этот момент находились русские послы. «Жилище их (дигорцев.— Я. 5.),—сообщали Смаил и Чибирка,—в горах, вверх по реке по Урухе, а владелец у них Алкас-Мурза Карабгоев, а владенья его четыре кабака. И за ними же де, позади дигор, другое  владенье стур-горцы, двадцать кабаков. А в кабаке, сказали,  жильцов дворов по двести и больше. А для де, оберегапия ясак дают Алегуке да Ходождуке мурзам Черкасским и Зазаруке мурзе. Анзорову...».[Там же, стр. 119.] Таким образом, данный источник указывает на верховья р. Уруха (Ираф) как на территорию, где располагались дигорские поселения. Последние, по сведениям статейного списка, включали собственно дигорские 4 населенных пункта) и стур-дигорские 20 селений), каждое из которых имело по 200 и  более дворов, т. е. численность населения описываемой части  Дигории в середине XVII в. составляла не менее 5 тыс. дворов (семей) или, считая в среднем по 5—6 человек в семье, 25— 30 тыс. человек.
Определить состав селений, входивших в Дигорию и Стур-Дигорию, видимо, не представляется возможным. Упоминание в документе имени владельца Аслан Мурзы Карабгоева указывает на сел. Дзинага, в котором жили баделяты Карабугаевы[АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 71. Материалы экспедиции 1970 г.].  Поселения стур-дигорцев, по сообщению того же документа,  находились от дигорцев в сторону Имеретии в одном дне пути. На расстоянии полдня пешком от Стур-Дигории названа грузинская деревня Гези, принадлежавшая грузинскому царю Александру. Судя по приведенным ориентирам, стур-дигорские селения  статейного списка 1650—1652 гг. соответствуют селениям, известным в Стур-Дигории в документах XVIII—XIX вв.: Одола, Моска, Ахсаргин и др. По описанию Вахушти Багратиони, Дигория, включавшая владения Черкезидзе (т. е. царгасатов) и Баделидзе (баделятов), тянулась от Рачииского Кавказа до Черкесии. Как отмечает тот же автор, страну Баделидзе составляют ущелья, они с постройками, селениями и башнями, «и в них (ущельях) главари суть помещики, имеющие крепостных крестьян» [Вахушти. Указ. соч., стр. 149.].
С дигорцами и стур-дигорцами мы вновь встречаемся в  описании 1743 г. «Шестой народ Дюгор. Седьмой народ Сюрдюгор. Живут в горах по вершинам реки Урюха и других ближних рек против Малой Кабарды расстоянием от деревень владельца Алдигирея Гиляксанова [Поселения этого кабардинского владельца в те годы находились около Татартупа.]  день езды и с тою Малою Кабардою постоянной имеют мир и некоторую малую кабардинцам дают  подать и взаимно между себя женятся — Дюгоры и Сюрдюгоры на кабардинках, а кабардинцы на их дочерях» [«Материалы по истории Осетии», стр. 30.] . Это сообщение говорит о неизменности местоположения дигорских поселений в горах почти за столетие. Гюльденштедт помещает Дигорский  дистрикт по р. Уруху и его притокам. Так, по р. Дугор (р. Сардидон) находились сел. Махческ, Фаснал, Фараскатте, Кумболта, Камата и др. По другим ручьям были сел. Науква, Куссу, Стурдигор, Ахсергин, Задалеск, Донифарс и др. [J.-A. Güldenschtädt Op cit., Th. I, S. 472.] Всего в горной Дигории, по Гюльденштедту, насчитывалось 50 селений.
Описание Дигории, сделанное Гюльденштедтом, значительно дополняется сведениями Штедера, относящимися к 1781 г. По данным последнего, в Дигории имелось 30 населенных пунктов [«Таgеbuch», S. 49.]. Такое расхождение в сведениях названных авторов можно объяснить как неточностью материалов, так и усилившимся к этому времени процессом переселения дигорцев на равнину. Сведения Штедера показывают, что к 1780 г. в предгорьях и на равнине возникло несколько дигорских поселений. Крайним с запада, на правом берегу р. Лескена, в 8 верстах от входа в Дигорское ущелье, было сел. Кобан (Кобантыкау). [Кобантыкау располагалось выше сел. Старый Лескен. Жители сел.  Кобан еще до революции ушли в Кабарду, образовав там сел. Озрек, а местность, где находилось их селение, до сих пор среди кабардинцев известна иод названием Къобани къуажэ, т. е. «Кобана селение» (см Дж. Коков. Кабардинские географические названия. Краткий словарь. Нальчик, 1966, стр. 63).] Последнее упоминает и Клапрот, называющий сел. Кобантыкау пограничным с  запада ттигорским населенным пунктом. [J.Klaproth. Ор. cit., Bd. II, S. 670.] По р. Уруху располагалось также дигорское сел. Каратша (Караджаево), или Маскуава, получившее свое первое название от фамилии владельцев — баделятов Карадзата, выходцев из Махческа. Каретшау, по описанию Штедера, было большим селением, находившимся к северо-западу от р. Усдона (Урсдон) у подножия лесистых гор. [«Tagerbuch», S. 11.]   Хлебные поля караджаевцев располагались на правом берегу р. Уруха. Урожаи с них, как отмечает тот же автор, были так обильны, что жители Караджаево могли продавать хлеб дигорцам, жившим в горах. [Там же.]  Ниже сел. Караджаево по течению Уруха в 8 верстах возникли еще три дигорских селения — Ватшило, Вассилово и Тума, принадлежавшие незаконнорожденным детям баделятов. Восточнее этих поселений по р. Дур-Дур, левом притоке р. Урс-дона, в полуверсте от предгорий, Штедер называет сел. Дур-Дур, принадлежавшее баделятской фамилии Таговер (Тугановы). [Там же.]  В 6 верстах от сел. Дур-Дур, в истоках р. Урсдона, были два селения Кубати — последние восточные дигорские поселения. Оба названных населенных пункта принадлежали баделятской фамилии Кубати и образовались, по' утверждению Штедера,  недавними переселенцами из горной Дигории. Поскольку Гюльденштедт не упоминает сел. Кубати, то, видимо, последнее, как и большинство других дигорских селений на равнине, могло  возникнуть не ранее конца 70-х годов. Более древнее сел. Кубати, по описанию Штедера имевшее каменные строения и замок  баделятов с одной высокой башней, занимало удобное положение, господствуя над Алагирским и Дигорским ущельями. [Там же.]  Из равнинных дигорских селений, зафиксированных в 1780-х годах Штедером, в документах первой половины XVIII в., а именно на карте Кабарды 1744 г., известно лишь одно сел. Караджаевское. Остальные, видимо, возникли не ранее 70-х годов XVIII в. и не позднее 1781 г., когда в этих местах побывал Штедер. Последний пишет, что все эти селения образовались недавними переселенцами из горной Дигории, с жителями  которой «они все связаны и находятся в родстве». [Там же, стр. 49.]
Таким образом, миграции дигорцев в течение нескольких десятилетий XVIII в. направлялись в равнинные и предгорные области в северном и восточном направлениях. Их поселения на востоке достигли р. Урсдона, где дальнейшее продвижение дигорцев было остановлено плотно заселенным Алагирским  ущельем. Поэтому более поздние передвижения из Дигории  происходили преимущественно в северном направлении, т. е. в  предгорья и на равнину, примыкающие к Дигорскому ущелью.  Однако в данном районе переселения дигорцев находились в  зависимости от интересов кабардинских феодалов, владевших всей равниной. Этот факт неоднократно отмечается как документальными материалами XVIII — начала XIX в., так и этнографическими данными. Обращаясь к начальнику Моздокской линии Фабрициану, в 1781 г. жители дигорских селений жаловались на притеснения кабардинских феодалов. «Кабардинцы и описанные владельцы и уздени[Анзоровы, Кохужевы, Борукины.] нарочно заселилися со своими кабаками на речках Урюхе, Белой и Лескане в самой вершине и в  близости гор и в самых принадлежащих им, диго^цам и каражовцам, их местах, так что уже и пахать не дозволяют», а также препятствуют осетинам креститься, отдавать детей в осетинскую школу в Моздоке и т. п. [ЦГАДА, ф. 23, д. 9, ч. IV, л. 284 об.] Эта зависимость вновь возникавших на равнине селений от кабардинских князей неоднократно отмечалась в источниках начала XIX в., а также отразилась в исторических преданиях осетинского народа. Так, Клапрот пишет о зависимости от владельцев Малой Кабарды жителей селений Кубати и Кобаитыкау [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, 3. 385.]
Следует отметить своеобразие процесса переселения дигорцев на равнину во второй половине XVIII в., в основном носившего «верхушечный» характер: на равнине в тот период возникали поселения баделятов Караджаевых, Тугановых [Караджаевы жили в сел. Махческ, откуда они ушли на равнину в Хазнидон. Тугановы жили в Гул аре (АИЭ, ф. 8, д. 27. Материалы экспедиции 1971 г.).], Кубатиевых и др., поселявших в своих владениях лишь зависимые от них дигорские фамилии. Эти же особенности нашли отражение в документах Комиссии по разбору сословно-поземельных прав,  созданной в Нальчике в 1849 г. «Дигорский народ, не имея сил защищаться от кабардинцев,— говорится в одном из  них,—должен был подчиниться им. Старшины сами находили выгоду в этом и помогали князьям кабардинским, в особенности с тех пор, как приняли веру магометанскую. Кабардинские князья, как одноверцев и воспитателей, покровительствовали дигорским старшинам. Пользуясь этим расположением, они просили у своих воспитанников позволить пользоваться около Черных гор на плоскости землями и, получив на это от князя Таусултана согласие, старшины предложили черному народу выселиться из  своего жительства, с тем однако же, чтобы они платили им подать, которую теперь платят, да кроме того с каждого двора по  одному барану для кабардинских князей Таусултановой фамилии». [ЦГИА Груз. ССР, ф. 545, оп. 1, д. 3294, лл. 23 об., 24.]  В этих же материалах отмечалось, что земля, куда с простым народом выселились предки трех баделятских фамилий, была  «свободна» (не заселена), но принадлежала кабардинским князьям Таусултановым, у которых была куплена за 38 душ холопов мужского пола. [Б. В. Скитский. Хрестоматия..., стр. 58.]  Переселившаяся на равнину баделятская  фамилия Кубатиевых владела землей от р. Разбуна до р. Белой (Урсдон) и до соединения р. Дур-Дур с р. Урсдон. [Там же.] Земля баделятов Тугановых простиралась от р. Разбун до р. Чикола и от гор вниз до р. Шаудона. Земля фамилии Караджаевых  примыкала по р. Чиколе к земле Тугановых, у аула Чегемовых — к земле Коголкиных и Анзоровых. [Там же, стр. 68.]
Следует отметить, что помимо движения дигорцев в  предгорью-равнинные районы, примыкавшие к Дигории с севера, в XVIII — начале XIX в., хотя и менее интенсивно,  происходило переселение отдельных дигорских фамилий в соседние ущелья: в Уаллагком[В сел. Галиат живут Заголовы, седьмое поколение которых ушло из дигорского сел. Нар из-за убийства баделята Кубатиева (АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 72. Материалы экспедиции 1970 г.).] , Куртатинское [В сел. Цимити Гаппаевы, Дзускаевы, Елкановы (АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 166. Материалы экспедиции 1970 г.).], а с запада — в Балкарское, где более всего полевыми материалами отмечено именно дигорских по происхождению фамилий. [См. раздел «Карачаевцы и балкарцы».]  Выходцы из Дигории имеются также в горной Раче в сел. Чиора (Гобеджешвили). [Сообщение С. И. Рехвпашвили.]  Восточнее этого района в Кударо, Джаве и по р. Ксани дигорское население не фиксируется.
Этнографические материалы дают возможность проследить еще один процесс — движение в Дигорию небольших групп  населения из других мест Осетии и Кавказа (Грузии, Балкарии). Относительная хронология такого рода фактов укладывается в рамки 3—5 поколений. Значительная часть переселенцев в  дигорских селениях несколько поколений тому назад вышла из Алагирского ущелья и Туалты. В Гуларе — Елоевы из Садона, в Махческе — Икаевы из того же Садона, из Алагирского ущелья в Дзинага — Габаевы, Текоевы, Дзаисоловы, в сел. Задалеск — Хасроевы, в Гуларе —Кодоховы" и др. [АР1Э, ф. 8, д. 25, лл. 133, 170. Материалы экспедиции 1970 г.; д. 30, лл. 76, 77. Материалы экспедиции 1969 г.; Б. Л. Калоев. Осетины, стр. 37, 38.] Переселенцы из Туалта имеются в сел. Дзинага (Костановы), Задалеске (Цагаевы), Махческе (Рамоновы). [АИЭ, ф. 8, д. 30, л. 76. Материалы экспедиции 1969 г.; д. 25, л. 173;  Материалы экспедиции 1970 г.; В. А. Калоев. Осетины, стр. 37.] Немало дйгорских фамилий ведет свое  происхождение из Балкарии: в сел. Вакац (Леоновы, Баевы, Цалаевы), в Задалеске (Базиевы), в Стыр-Дигоре (Гациевы, Нафиевы, Гулдиевы), в Ногкау (Гацалаевы), в Дзинага (Ортабаевы) и др.[ АИЭ, ф. 8, д. 25, лл. 124, 170. Материалы экспедиции 1970 г.] Отмечу также наличие в дйгорских селениях  переселенцев из Западной Грузии: в Дзинага (Гобеевы), предок которых вышел из сел. Рехвата, т. е. Чиора в горной Раче, в Махческе
Митицаевы (бывшие Джапаридзе), также, видимо, рачинцы, в Гуларе Пересаевы из Сари и др.[ Там же, лл. 133, 170.]
Сведения о горной Дигории в источниках первой половины прошлого столетия немногочисленны. Клапрот называет селения Хинашкау, Гулар, где было 70 дворов и жила баделятская  фамилия Туганофирт, Ноаккау и Истир-Дугур. По правой стороне р. Дугурдон находилось множество небольших поселений, в том числе Кубатифирт, имевшее до 30 дворов. Большинство селений в Дигории, отмечает Клапрот, принадлежало фамилии Тугановых, у которых было 400 дворов. В верховьях р. Дугурдона жили олокоми (общество Уаллагком), селения которых были  разбросаны и имели до 300 дворов.[J. Klaproth. Op. cit., Вd II, 3. 390.] Тремя десятилетиями позднее, в 1836 г., по свидетельству источников того времени, территория Дигорского общества, располагавшегося по обеим сторонам Уруха и Дигоридона, составляла 1350 кв. верст, на которых находилось 34 селения с 850 дворами и 4,3 тыс. жителей.[ ЦГИА Груз. ССР, ф. 416, оп. 4, д. 50, л. 6.]  Население Дигории занималось скотоводством и менее земледелием: в верхней Дигории сеяли ячмень, немного овса и пшеницу, в  нижней — просо, ячмень, пшеницу и кукурузу.
Кроме Дигории, источники XVIII в. в состав Осетии на  северных склонах хребта включают три ущелья, население  которых было иронским: Алагирское, Куртатинское и Тагаурское. Находясь в стороне от посольских путей XVII—XVIII вв., эти ущелья были сравнительно мало известны в источниках вплоть до 60—80-х годов XVIII в. Судя по имеющимся  немногочисленным описаниям, границы расселения этих локальных групп  осетинского народа в основном оставались без изменения почти все XVIII столетие.
Самое восточное из этих ущелий — Тагаурское (Даргавсское), 0по сведениям Вахушти Багратиони, располагалось к западу от области Чими, находившейся у устья Кистинской речки (в данном случае р. Армхи). «А в эту тагаурскую речку,—пишет  Вахушти,— впадает Чимитис-цкали... На этой речке находится Чимити (Цимити.— Н. В.), селение большое и башенное».[ Вахушти. Указ. соч., стр. 143.] Кроме Цимити, Вахушти называет Селения Кабани, находившееся на западном берегу р. Тагаурисцкали, и Какидури. По его же описанию, все эти селения «большие и башенные», а в Дзивгизе и Какадуре имелись крепости.[Вахушти. Указ. соч., стр. 144.] Область Тагата (Тагаурия), по данным Гюльденштедта, находилась по левому притоку Терека — р. Кизил (Гизилдон), на которой располагались тагаурские  населенные пункты: Уаллаг-Саниба, Даллаг-Саниба, Тменикау, Кани и др. [J. Klaproth. Op. cit., Th. I, S. 471.] По свидетельству других источников 70-х годов XVIII в., в Даргавсском ущелье имелось 16 селений с 776 дворами [«Материалы по историп Осетии», стр. 165, 166.]. Однако в число последних были включены жители селений Балта, Чми и Джерах, т. е. по левобережью Терека и Джерахского ущелья. Исключая последние, число дворов только в тагаурских поселениях было 697.
Штедер, посетивший Тагаурию в 80-х годах XVIII в.,  описывает ее как область по рекам Кизилу (Гизель) и Геналу, откуда пешеходная тропа через горы вела на восток в область Шимити на Тереке. [«Tagerbuch», S.47.] На левом берегу Кизила, в 16 верстах от его  истоков, находилась с большим числом населенных пунктов местность Кобан, а на правом берегу той же реки было тагаурское сел. Дергипш (Даргавс), имевшее укрепленный замок старшины Каншау. [Там же.]
В первом десятилетии XIX в., по свидетельству Клапрота, тагаурские селения занимали оба берега рек Геналдона и Кизила. По правобережью Геналдона находились селения Даллаг-Саниба, принадлежавшее фамилии Кундухате, Уаллаг-Саниба (фамилии Иесенате) [Фамилия Есеновых.] и поселение свободных осетин, исповедующих христианство, из фамилии Цомарта. Отсюда оба берега  Геналдона до места впадения его в Кизил не были, заселены. [J. Klaproth. Op. cit., Вd. II, 3. 458.] По левобережью Геналдона Клапрот называет три селения: Верхнее и Нижнее Тумаыекау и сел. Кани, принадлежавшее фамилии Сенате (Шанаевы). Река Кизил, по описанию того же автора, начиналась в снежных горах справа от сел. Джимара, принадлежавшего фамилии Джантиате, не относящейся к тагаурским осетинам. По левому берегу этой реки находилось сел. Ламардон, а недалеко от него на горе — сел. Какадур, имевшее несколько башен. [Там же, стр. 345.] Далее располагались селения Цизил-Кобан и Гизи, имевшие 10 домов и находившиеся на крутой горе в лесу. За сел. Цизил-Кобан вниз по течению Кизила левобережье было необитаемо вплоть до впадения реки в Фиагдон. На правом берегу р. Кизила на горе находилось большое сел. Даргавс, защищенпое башнями и принадлежавшее тагаурским фамилиям Мамциррефирт (Мамсуровы), Саха и Ханкуате, т. е. Кануковым. [Там же, стр. 347.] В горах между реками Геналом и Кизилом Клапрот называет сел. Большой Кобан. Источники 30-х годов по течению Генала и Кизила указывают 20 тагаурских селений с 431 двором,  жители которых могли выставить 800 пеших и 300 конных  воинов. [ЦГИА Груз. ССР, ф. 416, оп. 4, д. 50, л. 6 об.]
Этнографические материалы говорят о немногочисленных фактах движения в пределы Тагаурии населения из других мест Осетии и Кавказа. Так, например, в сел. Джимара жили Калаговы — переселенцы из Алагирского ущелья. [Б. А. Калоев. Осетины, стр. 52.] Однако те же материалы указывают на миграции тагаурцев за пределы Тагаурии. В Балкарии это, видимо, Кундухлары, происхождение которых выводится из Осетии. [АИЭ, ф. 8, д. 31, л. 26. Материалы экспедиции 1972 г.] Более массовым было движение тагаурского населения в районы Грузии, в верховья Терека (Трусо) и в район Военно-Грузинской дороги. [См. «История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 179.] Например, в сел. Оба много поколений тому назад поселилась фамилия Зораевых из сел. Даргавс, где до сих пор сохранилась их родовая башня. [АИЭ, ф. 8, д. 25, лл. 169, 209. Материалы экспедиции 1970 г.] Факты переселения тагаурских осетин на южные склоны хребта известны в грузинских источниках XVIII в. Уже в 1723 г. специальным указом им предоставляется право свободногот передвижения по Картли. [«История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 112, 11З.]
К западу от Тагаурии располагалось Куртатинское ущелье. «К западу от Тагаури,— пишет Вахушти,— находится Куртаули, река которого истекает из горы Хохи и идет от юга к северу и... изливается в Ломеки или Торги (Терек.— Н. Б.)». [Вахушти. Указ. соч., стр. 144.] Помимо Куртата грузинский географ называет в этом же ущелье селения Джаба и Квара, т. е. Коора, «село хорошее и башенное, с крепостью большою и крепкою», откуда дорога шла в селения Нар и Зрого. [Там же.] Сел. Джибгизи (Дзивгис), «село большое и башенное с крепостью», Вахушти относит к Тагаурии. Некоторые сведения о Куртатинском ущелье содержатся в описании Степана Вонявина, побывавшего в этих местах в 1768 г. с целью разведки рудных залежей. [«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 82, 83.] Вонявин ехал по р. Фиагдон до р. Керчь (т. е. Карца, левый приток р. Фиагдон), на которой находилось сел. Керчь (Карца). [В Осетин было два селения Карца — алагирскос и куртатинское, образованное беглыми из Куртата в левом боковом ответвлении этого ущелья, где и побывал Вонявин.] От устья р. Керчи, двигаясь далее по левому берегу р. Фок (Фиагдон), Вонявин достиг  местности Куртат, где он, пробыв один день, по левобережью той же реки доехал до притока Фиагдона р. Коора. На этой реке Вонявин указывает сел. Коора, находившееся от куртатинских селений в 20 верстах. От сел. Коора Вонявин по хребту,  проходящему между Куртатинским и Алагирским ущельями,  направился в сторону «Ардонских жилищ», до которых было «более 15 верст». [«Материалы по псторип осетинского народа», т. II, стр. 83.]
В 80-х годах XVIII в., по данным Штедера, округ Куртат, располагавшийся по р. Погк (или Фог) и на соседних возвышенностях, был одним из наиболее обширных, многолюдных и плодородных. [«Tagerbuch», S. 50.] По свидетельству того же автора, земледелие в этом округе вполне обеспечивало его жителей. [Там же.] Долина Куртата тянулась в юго-западном направлении на 8 верст. Здесь  находились селения Харишкин (Харисчин) на левом берегу Фиагдона и бывшее тогда последним населенным пунктом ущелья, Ладит (Лац) в 6 верстах от Куртата, Кора, Шимити (Цимити), большое селение на левом берегу р. Фиагдона, Барзикау — на правом берегу той же реки. На севере, где ширина Куртатинского ущелья достигала 5 верст, Штедер называет по левобережью Фиагдона селения Фартиг, Валассик, Хикус (Хидикус), Талаков (Даллагкау), Мисси, Гули, Шивгис (Дзивгис). На правом берегу той же реки находилось сел. Шаноба. К югу от входа в ущелье, по левому берегу р. Фиагдона, располагалось сел. Хилак. Среди куртатинских селений Штедер упоминает еще одно, к 1780 г. уже покинутое куртатинцами. «На вершине горы напротив Куртата,— пишет он,— лежит Хакуна, древнейшее местожительство куртатских осетин, покинутое главным образом вследствие трудной дороги». [Там же.] 
Документы 60—80-х годов XVIII в. дают возможность представить примерную схему расположения многих из существовавших тогда куртатинских селений. В частности, список осетинских селений, составленный протопопом Болгарским в 1771 г., называет 21 куртатинское село, в которых было 807 дворов. [«Материалы но нсторпп осетинского народа», т. II, стр. 80.]  Сравнение сведений Степана Вонявина A768 г.), Гюльденштедта (1771 г.) и Штедера (1781 г.) со сведениями конца XIX в. показывает ряд расхождений. Так, в источниках XVIII в. названы селения Воласихе. Фартиг, Мисир, Колгон, Абчаус, Фардыкдон, не известные в настоящее время. Наоборот, по источникам второй половины XIX в. известны селения Калотыкау, Гутыатыкау, Андиатыкау, не упоминаемые в источниках 60—80-х годов XVIII в. и, видимо, возникшие несколько позднее.
По сведениям источников 30-х годов прошлого столетия, Куртатинское общество занимало земли от истоков рек Гизели и Майрамадона до впадения Гизели в Терек, составлявшие пространство в 600 кв. верст. Селения куртатинцев располагались по обе стороны р. Фиаг, за исключением сел. Большой и Малый Фиаг, возникших к этому времени на равнине. [ЦГИА Груз. ССР, ф. 416, оп. 4, д. 50, л. 6.] Напомню, что Клапрот не называет этих селений, что говорит об образовании их в период 1807—1836 гг., т. е. времени  путешествия Клапрота и даты цитированного источника. Всего в Куртатии в 30-х годах имелось 23 населенных пункта с 335 дворами и 1,7 тыс. жителей. Описывая хозяйственный облик куртатинцев, тот же источник отмечает, что наиболее значительным у них было скотоводство. Куртатинцы разводили коров, коз, лошадей и много овец, которых летом пасли в горах, а зимой держали в жилищах. Менее население ущелья занималось земледелием. Куртатинцы сеяли овес, немного кукурузы, пшеницы, но в основном ячмень, а на равнине — более всего просо. [Там же.]
Как и в других ущельях Осетии, население Куртатинского общества пополнялось переселенцами из различных мест Осетии. Так, из Алагирского ущелья пришли предки некоторых фамилий в селения Цимити, Харисчин, Кадат. [Б. А. Калоев. Осетины, стр. 49, 50; АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 166. Материалы экспедиции 1970 г.] Выходцами из соседнего Бакинского ущелья Калоевыми было основано сел. Калотыкау в верхней части Куртатинского ущелья. [Б. А. Калоев, не аргументируя, относит основание этого селения к XVI в. (см. Б. А. Калоев. Осетины, стр. 50).]Образование здесь же находившегося сел. Андиатыкау народная традиция связывает с ингушской фамилией Яндиевых. [АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 169. Материалы экспедиции 1970 г. В этом же селении жили Евлоевы (ср. ингушскую фамилию Евлоевы).]  Имели место также миграции куртатинцев за пределы Куртатии: в Алагирское ущелье, в Трусо, где обосновались переселенцы из Хидикуса, и др. [АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 202. Материалы экспедиции 1970 г.] Алагирское ущелье находилось между Куртатинским и Дигорским ущельями. Валагири-Пайкоми, по свидетельству Вахушти Багратиопи, располагалось к западу от Куртаули и имело селения, где обитали Сидамони и Чахилидзе[Вахушти. Указ. соч., стр. 145.] Штедер располагает алагирские селения в 8 верстах от начала ущелья.[«Tagerbuch», S. 12.] Вся Алагирская долина, замечает тот же автор, представляла собой менее плодородную местность в сравнении с другими осетинскими ущельями, что и было основной причиной переселения алагирцев в предгорья и на равнину. В 1781 г. алагирцы основали в восточном предгорье два селения: Саликардо (Салугардон) и Баригзан(г). [«Tagerbuch», S. 12.] «Я вскоре убедил их,— пишет Штедер,— спуститься для обработки земли на равнину..л вернулся с  несколькими их старшинами для осмотра местности, где они просили позволения поселиться уже этим летом (т. е. в 1781 г.— Н. В.). Местность у речки Ширау, протекающей в нескольких верстах от Арадоиа, представляется им особенно выгодной». [Там же.]
Миграции алагирцев направлялись не только в предгорье и на равнину, но и в высокогорные районы, соседние Алагирскому ущелью,— в Уаллагком. Население этой области формировалось преимущественно из переселенцев-иронцев Алагирского  общества из селений Бад, Згид, Садон, Мизур, Ход, т. е. ближайших к Уаллагкому, а также из Нузала, Ардона и Тиба (Туалта). [АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 72, 73. Материалы экспедиции 1970 г.; д. 30, л. 67, 72. Материалы экспедиции 1969 г. См. также: Б. А. К алое в. Осетины, стр. 38.] Кроме иронцев в Уаллагкоме поселялись дигорцы (в сел. Галиат Заголовы, предки которых из-за кровной мести вышли из дигорского Нара), потомки балкарцев (в Галиате Мистуловы), чеченцев (Езеевы) и грузин (Олеевы-Байсунгуровы в Дунте). [АИЭ, ф. 8, д. 30, л. 67. Материалы экспедиции 1969 г.] Как показывают этнографические материалы, предки ныне живущих уаллагкомцев появились в этих местах не менее 4—5 поколений тому назад. Причина переселений — кровная месть, а также малоземелье. По преданию, алагирцы с поселившихся в Уаллагкоме людей долгое время брали дань. [Там же, л. 73.]
Другим более массовым и давним по времени движершем алагирцев за пределы своего ущелья следует считать, видимо, их  поселение в Центральной и Южной Осетии. Народная традиция выводит многих жителей верховьев Большой Лиахвы и Ардона из алагирских селений Цамат, Дагом, Луар, Урсдон, Цей и др. [Б. А. Калоев. Осетины, стр. 44, 45.] Это Кадзаевы, Алборовы, Абаевы, Дзугаевы, Калоевы, Чеселаевы и др. Нельзя не отметить также хотя и немногочисленные факты поселения в алагирских селениях выходцев из других ущелий: из Куртатинского ущелья в Згид переселились предки Цагараевых, из того же ущелья из сел. Харисчин — Дзебасовы. В алагирских селениях имеются также поселенцы из других мест Кавказа. Например, в Цее фамилия Басиевых по преданию выводится из Грузии; сел. Ход, по рассказам информаторов, первоначально представляло фамильное поселение Кайтуковых, видимо выходцев из Кабарды. [Там же, стр. 46, 47.]
По сведениям источников 30-х годов XIX в., Алагирское  ущелье занимало земли в 650 кв. верст от устья р. Ардона до горы Касарайхох. [ЦГИА Груз. ССР, ф. 416, оп. 4, д. 50, л. 6 об.] Таким образом, в это определение не включалась Туалта. Большая часть алагирских селений, которых  насчитывалось 44, располагалась по обе стороны р. Ардона. По данным того же источника, во всех населенных пунктах Алагирского ущелья было 423 двора с 2,1 тыс. жителей. Они сеяли ячмень, но более всего занимались скотоводством (разводили овец, рогатый скот, свиней).  [Там же.]
В верховьях того же Ардона находилась Туалта. По данным Вахушти, эта область, называемая им Двалетией, делилась на следующие ущелья: Касрисхеви, «которое и теперь,— отмечает грузинский географ,— называется Двалетией», Нари, Зрого (Зругское ущелье) и Захи (Закинское ущелье). [Вахушти. Указ. соч., стр. 65, 73.] Тем самым в состав Двалетии Вахушти включал территории, составляющие, по представлениям современных осетин, область Туалта. Характеризуя каждое из названных ущелий, Вахушти отмечает их значительную заселенность. Кроме этих ущелий тот же автор относил к Двалетии некоторые территории по южным склонам хребта, а  также область Трусо в верховьях Терека. В составе последней, по свидетельству грузинского географа, было три ущелья: по реке, вытекающей из Закис-мта, по реке, начинающейся в Магран-Двалети, и по реке, берущей начало из Хохского Кавказа.
В этих ущельях находились 8 селений, жители которых были осетины-двальцы. [Там же, стр. 145—147.] Это описание Трусовского ущелья, составленное Вахушти по данным не позднее начала XVIII в., соответствует современной картине. Действительно, один из перевалов соединяет Трусо с Закинским ущельем, другой — с Магран-Двалети (Урс-Туалта), третий ведет к верховьям р. Терека. Из областей, населенных осетинами, Вахушти называет Магран-Двалети, состоявшую из трех ущелий. Магран-Двалети грузинских источников соответствует области, известной среди осетин под именем Урс-Туалта, т. е. Белая Туалта, и находящейся в верховьях р. Лиахвы. Все жители Двалетии (Туалта), Магран-Двалетии, Трусо, а также население бассейнов Большой Лиахвы, Малой Лиахвы, Ксанис-хеви и области Кударо, по мнению Вахушти,— двальцы. Но последние называются двальцами лишь потому, что они выселились в эти места из Двалетии. По определению Вахушти, «они едины верою, порядками и нравом и поднесь находятся в родственных друг с другом отношениях». [Там же, стр. 147. Подобный взгляд на южных осетин как туальцев существует среди осетин и в настоящее время. Последние считают большинство южных осетин переселенцами из Туалта (АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 196 Материалы экспедиции 1970 г.).]
В верховьях Ардона помещает Двалетию и Гюльденпттедт. [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 475.] В истоках этой же реки Штедер в 80-х годах XVIII в. называет район Заха, принадлежавший фамилиям Абаите и Битарте. [Осетинская фамилия Бидарте в 90-х годах XVIII в. жила у Крестового перевала, где была поселена отцом Ираклия II («История Осетии в  документах и материалах», т. I, стр. 302); J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 274.] Из Заха шли дороги на Трусо, Магран-Двалети и Сба на Малой Лиахве. Область Заха, как свидетельствует тот же Штедер, состояла из близко расположенных маленьких фамильных поселений: Регах, Сригат, Абаитекау, Ноаккау и др. [«Tagerbuch», S. 51.] В отличие от названных авторов Клапрот называет Двалетией осетинские области, находившиеся на южных склонах хребта. «В прошлом двали,— пишет он,— подчинялись эриставам Арагв- ским, Ксанским и Рачинским». [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 274.] Но собственно Двалети, по мнению Клапрота, располагалась по р. Джеджо (Джоджора) и относилась к Имеретии, т. е. соответствовала границам Кударского ущелья. [По определению самих кударцев, границы Кударыком на западе достигают сел. Ир в сторону Они, а на востоке — сел. Лет и оз. Эрцо (АИЭ, ф. 8, д. 31, л. 58. Материалы экспедиции 1972 г.).] «Она принадлежит Маджис-эристави,—пишет он,— однако имеретинская княжеская фамилия Джапаридзе, имеющая рядом владения, претендует на господство над ней». [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 274.] Это представление не противоречит и некоторым историческим свидетельствам XVI в., включающим в Двалети территории, соседние горной Раче, т. е. Кударо. [См. С. С. Какабадзе. Грузинские документы Института народов Азии АН СССР. М., 1967, стр. 35.]
Формирование населения области Туалта, как уже отмечалось, происходило в основном за счет переселявшихся алагирцев. В Зругском ущелье поселились предки Козэевых, Хозиевых, Бираговых, в Закинском ущелье — Калоевых, в Гибе — Кучиевых из Мизура. [Б. А. Калоев. Осетины, стр. 58.] Из Туалта длительное время шел активный процесс расселения туальцев в район Военно-Грузинской дороги (Коби, Ухате), в Урс-Туалта, откуда некоторые фамилии (например, Абаевы) впоследствии перешли в Коби, в Трусовское ущелье, где имеются переселенцы из Нара, а также в Джавское и Кударское ущелья. [АИЭ, ф. 8, д. 25, лл. 124, 202, 203. Материалы экспедиции 1970 г.] Имеются алагирские переселенцы также в Дигории (сел. Дзинага). [Там же, л. 124.] Кроме осетин в Туалта живут фамилии, предки которых вышли из Грузии (Дарчиевы) и Кабарды (Хетагуровы), образовавшие Нар и вокруг 20 небольших поселений. [Б. А. Калоев. Осетины, стр. 56.] Документально все такого рода переселения не всегда подтверждаются, поэтому хронология этих событий не всегда определима. Известно, например, что Бидарте жили у Крестового перевала еще до 90-х годов XVIII в., фамилия Хетагури из Нара встречается в грузинских документах самого начала XVIII в. и т. п. [См. «История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 112, 302.]
Некоторые сведения о численности населения Алагирского ущелья с областью Туалта сообщают источники конца 20-х  годов XIX в. В целом к этому времени число алагирцев составляло 12,3 тыс. человек, в том числе туальцев 5,9 тыс. [АКАК, т. VI, ч. I, 1874, стр. 403.]
---------------------Восточная граница---------------------
[ATTACH=CONFIG]147[/ATTACH]
  Более существенно, как показывают источники, к началу XVIII в. изменилась восточная этническая граница осетин. По сведениям источников 70-х годов XVIII в., самыми восточными осетинскими поселениями были населенные пункты в Дарьяльском ущелье по левому берегу р. Терека — Ларе, Чми, Балта. Однако подобное положение не было характерным для конца XVII — начала XVIII в. Во всяком случае русские источники второй половины XVI—XVII в. дают основания предполагать, что в это время по левобережью Терека в районе Ларса обитало вайнахское население. Первое свидетельство об этом встречается в документах 80—90-х годов XVI в. В них описывается Ларсов кабак, владельцем которого был Салтан-мурза. [С. Л. Белокуров. Сношения России с Кавказом, вып. I. М., 1889, стр. 150.] Национальная принадлежность последнего в источниках не указана, однако устанавливается косвенным путем. Салтан-мурза, неоднократно упоминая в своих речах Ших-мурзу Окуцкого, известного вайнахского политического деятеля второй половины XVI в., называет его своим братом. Естественно возникает вопрос, свидетельствует ли подобное обращение о родственных связях Ших-мурзы Окуцкого и Салтаи-мурзы или только о политических симпатиях ларсского феодала, проявляемых к чеченскому владельцу? Последнее представляется маловероятным. Ни один из известных нам в настоящее время русских документов XVI—XVII вв., описывающих политические связи и устремления северокавказских феодалов, не содержит подобных обращений. Поэтому более возможным представляется, что в этом  обращении Салтаы-мурзы из Ларса отразился факт кровного родства последнего с Ших-мурзой, вайнахом по происхождению.  Поскольку Ших-мурза был убит, видимо, в самом конце XVI в., то становится ясным, что Салтан-мурза, имевший тесные связи с Ших-мурзой, уже жил в Ларсовом кабаке во всяком случае не позднее последнего десятилетия XVI в.
  Второе известие представляет рассказ Ших-мурзы Окуцкого о том, что в царствование Ивана Грозного (т. е. не позднее начала 80-х годов XVI в.) он водил русские посольства в «Железных воротех» (видимо, Дарьяльское ущелье). [С. А. Белокуров. Указ. соч., стр. 150.] Если сопоставить эти данные и приведенные выше сведения о владельце Ларса брате Ших-мурзы Окуцкого Салтан-мурзе, то становится понятной,та сравнительная доступность этого участка Дарьяльского ущелья для Ших-мурзы, проводившего здесь русских послов во второй половине XVI в.
Естественно встает вопрос, в какое время в районе Ларса появилось осетинское население. Выше уже отмечалось, что Ларе известен в документах XVI—XVII вв. Чми и Балта в источниках того же времени не упоминаются. Когда возникли последние два селения и какое население жило здесь в первой половине XVIII в., помогают понять сведения, сообщаемые Клапротом. Местность от Балты (Балташ) до Лаарса, по замечанию этого автора, называлась живущими здесь осетинами Шимит. [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 390.] В нее входили селения Балташ, Даллагкау, Уллагцмикау (Чми) и Лаарс. Все эти селения принадлежали осетинской фамилии Слонате, происходившей из алагирского сел. Бад. О фамилии Слонате Клапрот в 1807 г. записал следующие сведения. Илальд, родоначальник новой ветви фамилии Слонате, убежал из сел. Бад около 70 лет назад, т. е. примерно в 1730 г., и обосновался на Тереке, где и заложил сел. Улагцмикау (Верхнее Чми). [Там же.] Последнее действительно указано на карте Северного Кавказа 1733 г., что в известной мере подтверждаем сведения Клапрота. Младший сын Илальда Ахмед остался жить с  родителями в сел. Улагцмикау, а его два брата — Темирсултан и Багир отделились и основали каждый отдельные поселения: первый — Балташ, второй — Даллагкау (т. е. Нижнее селение). Во времена путешествия Клапрота A807—1808 гг.) основное местечко Чим принадлежало сыну Ахмеда — Дудуруку. В Даллагкау жил Максим Слонате, а в Балташе — Девлет-мурза. Клапрот приводит генеалогическую схему фамилии Слонате, которая показывает, что в этих местах в 1807—1808 гг. жило третье и четвертое поколения этой фамилии (см. схему).
[ATTACH=CONFIG]146[/ATTACH]
То, что Клапрот сообщает не предания, а реальные факты и описывает реально существовавших лиц, подтверждается  сведениями 70—80-х годов XVIII в., сообщаемыми Гюльденштедтом и Штедером. Первый упоминает Ахмеда и Темира Слонате, живших в Чми в 1771 г., второй также пишет об Ахмеде Слонате, которому подчинялись жители Ларса. [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 470; «Tagerbuch», S. 56.] О сыновьях Илальда имеются сведения также в документах 70-х годов того же столетия, называющих Темирсолтана и Ахмата Дударовых. [Дударовыми н Дударишвпли называлась эта ветвь фамилии Слонате в русских и грузинских документах XVIII — начала XIX в. (см. «История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 201; ЦГАДА, ф. 23, д. 9, ч. 5, л. 86 и др.). «Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 91.]
  Следует отметить, что тагаурские предания не считают Дарьяльское ущелье местом давнего обитания тагаурцев. Одно из этих преданий повествует, что братья Курта и Тага, легендарные эпонимы двух групп осетин, поселившись в ущелье р. Фиагдон, обосновались рядом: Курта — в верховьях реки, Тага — в ее низовьях. После ссоры братьев Тага ушел в ущелье Гизельдона. [Б. В. Скитский. Хрестоматия, стр. 106.] Тагаурские предания, записанные в 40-х годах прошлого столетия, перечисляют 11 фамилий узденей, живших по р. Даргавс, а позднее расселившихся в другие места: Тлате — па Гизельдон, Кондехе — на Фридон, Алдате, Тхосте, Мамсоре — в сел. Даргавс, Тугане — в сел. Тименикау, Есене —на Каурадон, Канукое — в Верхний Кобан, Санаи — на р. Канидон. . Вскоре в это же (Даргавсское) ущелье, как сообщает предание, переселилась почетная осетинская фамилия Дударе. [Б. В. Скитский. Хрестоматия, стр. 100, 101.] Тем самым в этих преданиях фамилия Дударовых не причисляется к исконно тагаурским.
  Таким образом факты, сообщаемые Клапротом, говорят о том, что в Ларсе, Чми и Балташе в начале XIX в. жили потомки осетин, ушедших из Алагирского ущелья и поселившихся до конца 20-х годов XVIII в. на земле, видимо считавшейся ингушской. Последний факт подтверждается сведениями того же Клапрота. «Осетины Слонате,— пишет он,— за пользование землей, на которой находились селения Ларе, Чми, Балташ, издавна платили ингушам подати». [J. Klaproth. Op. cit., Вd II, S. 669.] Однако с усилением фамилии Слонате,  которая увеличивалась благодаря новым пришельцам и беглецам, эта фамилия стала причислять себя к тагаурским осетинам и перестала платить ингушам дань, но продолжала платить ее еще в течение 30 лет малокабардинским князьям Мударовым. «Осетины Слонате,— пишет далее Клапрот,— прекратили платежи кабардинским князьям Мударовым с тех пор, как старший сын Ахмеда из Чима по имени Мисост убил черкесского князя Алкаса Мулдарате, попытавшегося силой увезти сестру Мисоста». Четвертый брат Мисоста — Арсланбег Хасан, кунак и друг черкесского князя, отомстил за его кровь, застрелив своего брата, когда тот спал на сторожевой башне. После этого Арсланбег Хасан убежал к ингушам, среди которых жил со своей семьей уже в 1807—1808 гг. [Там же, стр. 670.] Этот побег к ингушам одного из Слонате совершился, вероятно, не ранее 90-х годов XVIII в., поскольку в документах 80-х годов того же столетия упоминаются представители второго, а не третьего поколения Слоновых. Приведенное сообщение о бегстве Арсланбега Хасана Слонова-Дударова в конце XVIII в. к ингушам и оставшегося у них со своей семьей подтверждает предание об осетинском происхождении ингушской фамилии Дударовых, в настоящее время живущих в ряде селений Ингушетии (Кантышево, Экажево и др.). [Там же.]
  Уход Слонате к соседним ингушам был далеко не единственным случаем такого рода. Клапрот рассказывает, что против Улагцмикау на р. Макалдоне (Армхи) живут две осетинские фамилии в сел. Ширахекау (Джерах), состоящем из двух селений: Цурате и Ленате,— выше которых живут ингуши, граничащие с гудамакарцами и пшавами. [АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 87. Материалы экспедиции 1970 г.] Нетрудно в этих фамилиях узнать известные ингушские фамилии Дуровых и Льяновых, впоследствии жителей сел Джерах, Озьми и Фуртоуг. Определить время появления осетинских фамилий в Джерахском ущелье довольно трудно. Однако уже в документах 70-х годов XVIII в. упоминается старшинская фамилия Дуровых, к этому времени жившая в деревне Жарбшимиби (Джерах). [«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 102.]
Это сообщение Клапрота об осетинских фамильных поселениях Цурате и Ленате, составлявших сел. Джерах, и неупоминание в последнем ингушей говорит о том, что в первом десятилетии XIX в. ингушское население обитало несколько выше по р. Армхи. Наличие ингушей среди жителей сел. Джерах в середине XIX в., видимо, может говорить как о передвижении отдельных групп этого народа в нижнее течение р. Армхи, так и о процессе этнической ассимиляции осетинских фамилий ингушами, происходившем в XVIII — первой половине XIX в.
В этом плане интересны сведения, сообщаемые источником, датируемым не позднее 1816 г. Названный документ указывает, что пять деревень джерахов в количестве 37 дворов и 185 душ об. п. происходят от осетин. Они христиане, и полоса земли, занимаемая ими, есть продолжение Кистинского ущелья. Джерахи в равной мере занимаются хлебопашеством и скотоводством и находятся в тесных сношениях с кистинами. [ЦГИА Груз. ССР, ф. 416, оп. 4, д. 50, л. 13. Как рассказывают старики, жители сел. Кантышево, ингушей, живших в Реданте (Футхуз), считали по пропсхождению осетинами. Редантские ингуши были переселенцами из Джерахского ущелья (АИЭ, ф. 8, д. 30. Материалы экспедиции 1969 г.).] Ряд нужных деталей по исследуемому вопросу дают также источники 30-х годов XIX в. В частности, документы, содержащие донесения о военной экспедиции князя Абхазова против жителей Кистинского ущелья, сообщают следующее. Один из двух отрядов Абхазова, перейдя на правый берег Терека, стал подниматься по трудной тропе к сел. Калмыкау — первому в Джерахском ущелье. Жившие на соседних высотах джерахи прислали к командованию отряда своих старшин, «с покорностью объясняя, что кистинцы овладели силою их селением Калмыкау». [«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 209.] Продвигаясь далее вверх по Кистинскому ущелью (ущелье р. Армхи), отряд к ночи достиг сел. Валакау (Уаллагкау). 10 августа старшины и жители джераховских селений были приведены к присяге «по существующим у них обычаям».[Там же, стр. 210.] Несколько членов фамилии Льяновой присоединились к жителям кистинского сел. Обин. [Там же.]
К. Кох во время своего первого путешествия на Кавказ в 1836—1837 гг. называет в нижнем течении р. Армхи шесть селений: Калмыкау, Нижний и Верхний Восби, Багир, Пемат (Нижний Джерах) и Доллаукау, образованные чимитцами, т. е. жителями левого берега р. Терека, оттеснившими живших в этих местах ингушей. [K. Koch. Reise durch Russland nach dem Kaukasischen isthmus in den Jahren 1836, 1837 und 1838, Bd. I. Stuttgart, und Tübingen, 1842, S. 78.] Эти же селения перечислены в документальных материалах того времени (см. приложение). Название одного из джерахских селений, упоминаемых Кохом, указывает на имя третьего сына Илальда — Багира, жившего, видимо, в те же годы, что и второй сын Ахмед, старшина, известный в документах 70-х годов XVIII в.
В исторических преданиях ингушей Джерахского ущелья досих пор сохранилось представление об осетинском происхождении двух ингушских фамилий — Цуровых и Хаматхановых. [АИЭ, ф. 8, д. 25. Материалы экспедиции 1970 г. Фамилия Хаматхановых известна в Осетии. В Куртатинском ущелье в сел. Дзивгис один из  Хаматхановых в 1902 г. принимал участие в ремонте аланского храма XII в., о чем свидетельствует надпись на стене этого храма (см. АИЭ ф. 8, д. 25, л. 167; Материалы экспедиции 1970 г.).] По рассказу 80-летнего Джебраила Дурова, жителя сел. Джерах, Цур и Хаматхан переселились из Осетии. «Так я слышал от дедов»,— говорил он. [АИЭ, ф. 8, д. 30. Материалы экспедиции 1969 г.] Эта же версия повторяется в рассказах: жителей Назрани. Когда Хаматхан и Цур перешли из Осетии, то в нижней части Джерахского ущелья землей владели кабардинцы, с разрешения которых переселенцы стали пользоваться: местными землями. Позднее в эти же места пришли Льяновы,, Боровы, Ахриевы. Как рассказывают джераховцы, Цуровы прежде жили в селениях Джерах, Пхамат (Нижний Джерах) и Озьми. Население Джераха во второй половине XIX в. включало уже 5 фамилий. Кроме Цуровых здесь жили Мамиловы, Томовы, предки которых были взяты в плен, а потомки обосновались в Джерахе, Мурзабековы, племянники Цуровых, и Гудантовы, переселившиеся с гор Ингушетии. Видимо, длительное время осетинские фамилии в Джерахе сохраняли свои этнические особенности. По свидетельству Салмана Цурова 1889 г. рожд.), его отец хорошо знал осетинский язык. Глубокие старики из ингушей Цуровых, собираясь для обсуждения важных вопросов, говорили по-осетински. Эти же Дуровы брали в жены осетинок, и их дети знали осетинский язык. [Там же.] Кроме Дударовых, Цуровых, Льяновых и Хаматхановых среди ингушей и чеченцев до сих пор сохранились предания об осетинском происхождении еще некоторых: фамилий. К таким, по мнению старших жителей ингушского) сел. Кантышево и Назрани, относится большая часть тейпы Гайтовых. Кроме Гайтовых назывались также фамилии (тейпы) Таутиевых в сел. Альтиево, Тариевых в сел. Экажево, жившие ранее в горах, а потом расселившиеся в селениях Экажево, Кантышево и др.. [Там же, д. 25, л. 87, 104. Материалы экспедиции 1970 г.] В сел. Верхние Ачалуки живут Бедоевы. Они ингуши, но окружающее население считает их по происхождению осетинами. Когда в 1969 г. мне пришлось беседовать с Магамедом Бедоевым, то он, рассказывая о своей фамилии, отметил, что их тейпа хири, т. е. из осетин. [Там же, д. 30, л. 54. Материалы экспедиции 1969 г.]

Странно а Алмазовы где?
Продолжение следует (Далее про ЮАО)

0

2

Странно а Алмазовы где?


а они причем? тоже осетины?

0

3

Чербижева А.М. 2008 год

Часть 30. 
ОТДЕЛЬНЫЕ ТАЙПЫ.
Глава 1.
Гагиевы. 
1. Киачи Балха-Гагиевы – от Гяги, два сына Сарал и Мутал, ставшие эпонимами
Сапралиевых и Муталиевых, прож. в с.Али-юрт, с.Экажево. 
2. Гетагажевы – являются в братстве с Гагиевыми, Сапрвлиевыми, а также и
Гетагажевы, которые прож. в с.Курт. 
3. Гамишевы – птр. от Гагиевых, прож. в с.Барсуки.
4. Джавровы – птр. от Гагиевых, прож. в с.Ахки-юрт.
5. Эстоевы – птр. от Гагиевых, прож. в с.Назрань, г.Назрань. 
Глава 2.
Гайтовы. 
1. Гайтовы – вых. из Осетии. От них Алмазовы из с.Кантышево. 
Глава 3.
Гайрбековы. 
1. Гайрбековы – кумыки по происхождению прож. в с.Сагопши. 
Глава 4.
Гиама-н. 
1. Гиама-наькхан вых. из аула Бейни. Их род считался сильным, более
сведений нет. 
Глава 5.
Воделовы, аул Мохле, Духиургиште. 
1. Воделовы – предположительно вых. из Абхазии, близки с Куштовыми, прож.
в Малгобекском р-не. 
2. Куштовы как и Воделовы были в прошлом зависимы от Дударовых, прож. в
Малгобекском р-не и Назрановском р-не. 
3. Берихановы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
4. Альтемировы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
5. Гуражевы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
6. Озиевы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки.
7. Арапиевы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
8. Амахановы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
9. Губиевы – птр. от Куштовых, прож. в с.Н.Ачалуки.
10. Дзоевы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки. 
11. Бабиговы – птр. от Воделовых, прож. в с.Н.Ачалуки, имеют башню в ауле
Гоуст. 
Глава 6.
Гиале-наькъан - ? 
Глава 7.
Фала-наькъан. 
1. Фала- наькъан – птр от Цороевых, то есть Могушковы, по имени матери, 38
2. Арсамаковы – птр. от Могушковых, прож. в с.Н.-Корт, г.Назрань, с.Алхасты,
с.Базоркино. 
3. Харсиевы-Фала-наькъан, прож. в с.Базоркино. 
Глава 8.
Гушиевы. 
1. Гушиевы – вых. из Осетии, прож. в некоторых районах Ингушетии. 
Глава 9.
Акинцы. 
1. Дикиевы – акинцы, прож. в с.Сурхахи, Н.Ачалуки, г.Назрань. 
2. Дударовы – акинцы, прож. в г.Назрань, с.Экажево.
3. Мациевы, Араниевы – птр. от Дударовых, прож. в г.Назрань, с.Экажево. 
4. Елхароевы – акинцы (Ялхароевы). 
5. Колоевы – вых. из Акки, прож. в г.Назрань. 
Глава 10.
Джакаевы. 
Джакаевы – вых. из Ялхароя, прож. в с.Сурхахи, с.Экажево. 
Глава 11.
Джанбатовы. 
Джанбатовы – вых. из Чечни, Хаджиевы, прож. в с.Каским. 
Глава 12.
Джениевы. 
Джениевы – вых. из Чечни прож. в с.Н.Ачалуки. 
Глава 13.
Джокулаевы. 
Джокулаевы – прож. в с.Аршты. 
Глава 14.
Джогомировы. 
Джогомировы – прож. в с.Кантышево. 
Глава 15.
Дударовы – вых. из Осетии, прож. в с.Кантышево. 
Глава 16.
Дудурхановы. 
Дудурхановы – вых. из Осетии, прож. в с.Экажево. 
Глава 17.
Заурбековы. 
Заурбековы? Прож. в с.Плиево. 
Глава 18.
Закой-н. 
Закой-н. – вых. из Чечни по линии кровной мести.  39
Глава 19.
Измайловы. 
1. Измайловы – вых. из Осетии, прож. в с.Альтиево.
2. Гутиевы – птр. от Измайловых, прож. в с.Альтиево. 
Глава 20.
Изнауровы. 
Изнауровы – прож. в с.Кантышево. 
Глава 21.
Тхотовы. 
1. Тхостовы – вых. из Осетии по линии кр.мести. 
2. Илезовы – птр. от Тхостовых, прож. в с.Кантышево. 
Глава 22.
Ингушевы. 
Ингушевы – вых. из Кабарды по линии кр.мести. 
Глава 23.
Исаевы. 
Исаевы – вых. из Шали прож. в г.Назрань. 
Глава 24.
Исраиловы. 
Исраиловы – вых. из Чнчни прож. в с.Сагопши. 
Глава 25.
Йовгор-наькъан. 
Йовгор-наькъан – от русского кузнеца Егора. Так и именуются Йовгар-н. прож.
в с.Сурхахи. 
Глава 26.
Киевы. 
Киевы – вых. из Акки прож. в с.Н.Ачалуки. 
Глава 27.
Климатовы. 
Климатовы – вых. из Кабарды, считаются братьями Коккурхоевых. 
Глава 28.
Хашагульговы. 
1. Хашагульговы – вых. из Кабарды, считаются побратимами Албогачиевых.
Прож. в с.Яндаре, с.Экажево, Беке-юрт, Зязик-юрт, Камбилеевка,
с.Кантышево, Сурхаих. 
2. Куркиевы – птр. от Хашагульговых, прож. в с.Бозоркино. 
3. Латыровы – птр. от Хашагульговых, прож. в с.Яндаре. 
4. Темирхановы, Джантемировы – птр. от Хашагульговых, прож. в с.Базоркино. 
Глава 29.
Лягиевы.  40
1. Лягиевы (Эльбиевы) – вых. из Кабарды. Считаются побратимами с
Котиевыми, Точиевыми, Альдиевыми, Ведхиевыми, Джабагиевыми, Кусиевыми,
прож. в с.Долаково. 
Глава 30.
Мамедовы. 
Мамедовы – потомки турка, плененного в Русско-Турецкую войну, прож. в
с.Галашки. 
Глава 31.
Марзабековы. 
Марзабековы – птр.от Акинцев. 
Глава 32.
Маршани – вых. из Абхазии прож. в с.В.Ачалуки. 
Глава 33.
Медаровы. 
Медаровы – вых. из Акки. 
Глава 34.
Медовы. 
Медовы – вых. из Акки. 
Глава 35.
Меровы. 
Меров Магомет – сын Албогачиева м.Б.-Х., фамилия по матери. 
Глава 36.
Колевы, аул Кули. 
Колоевы-Колой – прож. в с.Плиево, с.Альтиево. 
Глава 37.
Мурадовы. 
Мурадовы - вых. из Дагестана. 
Глава 38.
Мусостовы. 
Мусостовы – вых. из Чечни, прож. в с.Сагопши. 
Глава 39.
Цолкиевы. 
1. Цолкиевы – ведут род от усыновленного ингушами сироты. 
2. Мустабиевы – птр. от Цолкиевых, прож. в с.Яндаре. 
Глава 40.
Муцольговы. 
1. Муцольговы – считаются инонационального происхождения. В братстве с
Леймой. 
2. Алхазуровы – птр. от Муцольговых, прож. в с.Сурхахи, с.Н.-Корт, г.Назрань.  41
Глава 41.
Шагал-наькъан. 
Пиагал-наькъан, жили в ауле Хяни. 
Глава 42.
Пушкины. 
Пушкины – птр. от Дахгильговых, фамилия материнская, брак не
зарегистрирован. 
Глава 43.
Рамазановы. 
Рамазановы – вых. из Дагестана. Издавна прож. в с.Долагово. 
Глава 44. 
Самсоновы. 
Самсоновы – вых. из Чечни. 
Глава 45.
Абировы – живут в селе Пригородного р-на – птр. от Гудантовых. 
Глава 46.
Хакиевы. 
Хакиевы – вых. из Дагестана, прож. в с.Галашки, с.Мужичи. 
Глава 47.
Хатаевы. 
Хатаевы – птр. от Цороевых, по имени матери. 
Глава 48.
Хачароевы ? 
Глава 49.
Хьевхоарой. 
Хьевхарой – птр. от Оарстхой. 
Глава 50.
Химиевы ? прож. в с.Альтиево. 
Глава 51.
Хуллаговы. 
Хуллаговы – вых. из Акки. Издавна живут в с.Ахки-юрт, г.Назрань. 
Глава 52.
Шамхаловы. 
Шамхаловы – кумыки по происхождению прож. в с.В.Ачалуки. 
Глава 53.
Шундалиевы. 
Шундалиевы – вых. из Дагестана, прож. в с.Кантышево.  42
Глава 54.
Чемхильговы ? Ведется работа. 
Глава 55.
Гесик-наькъан. 
Гесик-наькъан. Гости Цечоевых. 
Глава 56.
Товсултановы. 
Товсултановы – вых. из Чечни. 
Глава 57.
Фалхановы. 
Фалхановы – вых. из Акки, от них Горокоевы, Келиговы. 
Глава 58.
Хабиевы. 
Хабиевы – фалхановы –Оарцхой, из аула Эрзи. Они же Буржаевы. Хабиев-
Буржаев был одним из проводником в экспедиции Б.К.Далта по Горной
Ингушетии. 
Глава 59.
Чологовы ? 
Глава 60.
Чонгуровы ? 
Глава 61.
Чопаровы (Чопар-наькъан) ? 
Глава 62.
Чомак-н. ? 
Глава 63. 
Цаликовы ? Цалик-наькъан. 
Глава 64.
Чергизов. 
Чергизовы – птр. Малорой, прож. в с.В.Ачалуки. 
Глава 65.
Харсиевы – птр. от Хацороевых вых. из Чечни, прож. в с.Даттых. 
Глава 66.
Эйсе. 
Эйсе – род Коартой и Пувво. 
Глава 67.
Экиевы ?  Глава 68.
Эса-н. вых. из Акки. 
Глава 69. 
Эстамуровы из Сурхахи? 
Глава 70.
Ялхароевы вых. из Акки. 
Глава 71.
Аваровы – вых. из Дагестана прож. в с.Сурхахи. 
Глава 72.
Агасиевы – вых. из Буйнакска Р.Даг. прож. в с.Альтиево. 
Глава 73.
Адуевы – вых. из Чечни, прож. в с.Экажево. 
Глава 74.
Акбиевы – вых. из Кабарды, прож. в разных районах Ингушетии. От них
Исламовы, Халмурзиевы, Мархиевы, Мухиевы. 
Глава 75.
Аккхе-наькъан примкнули к Барханной. 
Глава 76.
Анцадоевы вых. из Дагестана, прож. в с.Экажево. 
Глава 77.
Аулиевы – Колой. 
Глава 78.
Багиевы ? прож. в с.Экажево. 
Глава 79.
Базалаевы – вых. из Дагестана прож. в с.Сурхахи, Али-юрт. 
Глава 80.
Батиевы – татары прож. в г.Назрань. 
Глава 81.
Бедоевы – вых. из Осетии. 
Глава 82.
Бедаш беттараш – птр. от Кодзоевых. 
Глава 84.
Машиговы – птр. от Къоастой ? 
Глава 85.
Тотага-наькъан ?

0

4

Переселения осетинских фамилий, уходивших преимущественно из-за кровной мести, на Северном Кавказе не ограничивались Балкарией и Ингушетией. Осетинские по происхождению фамилии известны также в малокабардинских селениях. В сел. Дейское живут Бацежевы, Ошроевы, в Плаыовском — Дудуевы, Цолаковы, ставшие Ахаминовыми, Кушховы. Все эти фамилии в настоящее время считаются адыгскими.[АИЭ, ф. 8, д. 25, лл. 80, 126. Материалы экспедиции 1970 г.] Осетинские по происхождению тейпы встречаются также в восточной Чечне. К таким относится, например, фамилия Таусултановых, жителей сел. Герзель. По преданию, прадед Айнди Таусултанова, ныне живущего в этом селении, пришел сюда из Осетии из сел. Гизель. Еще при отце Айнди у фамилии Таусултановых имелись связи с жителями сел. Гизель, где сохранялась их доля земли. Отец Айнди ездил в Гизель, чтобы продать их земельный  участок. Осетинского языка он не знал.[Там же, ф. 8, д. 27, л. 156. Материалы экспедиции 1971 г.]

В последней четверти XVIII в., как свидетельствуют источники, значительные массивы осетинского населения имелись на южных склонах Кавказского хребта. Время появления здесь осетин современными исследователями относится к различным историческим эпохам. Г. А. Кокиев и Б. В. Скитский считают, что предки современных южных осетин начали переселяться в IV в. (в период нашествия гуннов), Е. Г. Пчелина и Г. С. Ахвледиани относят этот процесс к VI—VII вв., 3. Н. Ванеев —к XV — XVI вв., Б. А. Калоев-к ХVI-XVIII вв., Г. Р.  Лазарашвили — к XVI—XVIII вв. (последнее, однако, не означает, что Г. Р. Лазарашвили исключает присутствие осетин на южных отрогах Кавказского хребта до XVI в.).[Б. В. Скитский. Очерки по истории осетинского народа с древнейших времен до 1867 г. «Изв. СОНИИ», т. X, 1947, стр. 139; Е. Г. Пчелина.  Археологические данные по Юго-Осетии. «Сборник Юго-Осетии», т. I. Тифлис, 1924, стр. 238; Г. С. Ахвледиани. Сборник избранных работ по осетинскому языку, кн. I. Тбилиси, 1960, стр. 60; Б. А. Калоев. Осетины, стр. 59; Г. Р. Лазарашвили. О времени переселения осетин в Грузию. СЭ, 1966, № 2, стр. 106.] Многочисленные факты переселения отдельных групп осетин ранее этого времени сообщают грузинские источники. [См., например, документы в кн.: «История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 85, 103 и др.] Однако эти переселенцы, по мнению Б. А. Калоева и Г. Р. Лазарашвили, расселялись в равнинных областях Грузии и к XVIII в. в основном слились с грузинами.[Г. Р. Лазарашвили, Указ. соч., стр. 107; Б. А. Калоев. Осетины, стр. 59.]

Территория южных склонов хребта не является объектом данного исследования, однако тесная связь процессов, происходивших в этих областях, с территорией Северного Кавказа делает необходимым хотя бы кратко остановиться на некоторых моментах. Имеющиеся в нашем распоряжении документальные данные и этнографические материалы указывают следующее: исходные пункты миграций южных осетин, места их новых поселений, характер и причины переселений и, хотя и не всегда, хронологию
этих событий.

Начиная с XIII—XIV вв., когда осетины в результате политических событий той исторической эпохи оказались запертыми в горных ущельях, земли на южных склонах Главного Кавказского хребта в течение нескольких веков были почти единственным местом поселения осетинского народа за пределами родины, поскольку северокавказские равнины и предгорья, занятые кабардинцами и ногайцами, были закрыты для массовых переселений осетин почти до начала XIX в. Это обстоятельство создавало предпосылки для переселения горцев на юг, в Грузию, где в результате политической обстановки того времени образовался значительный фонд свободных земель. Походы персов, турок, дагестанцев опустошали целые области Грузинского государства, тысячи людей уничтожались или уводились в плен. Преимущественно эти освобождавшиеся земли, бывшие собственностью грузинского царского дома или грузинских феодалов, и заселялись осетинами. Например, в 20—50-е годы XVII в. происходило заселение осетинами земель Верхней Джавы, опустевших в результате голода и скупленных княжеской фамилией Мачабели.  «Вымерла Верхняя Джава, и не стало там осетин (курсив мой.— Н. В.). Будет тому свидетелем сам бог, так вымерла, что никаких признаков людской жизни там не было. Продал тебе в Верхней Джаве имение Дзиганизевых вместе с их  усыпальницей, пахотными землями, лугами, водой, мельницей, горными и равнинными землями».[«История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 103, 104.] Судя по тексту приведенного документа, заселение осетинами Верхней Джавы в 20—50-х годах XVII в. было второй миграционной волной осетин с Северного Кавказа.

На протяжении XVIII в. осетинами заселялась территория Самухрано, разоренная набегами дагестанских феодалов.[Там же, стр. 18.] По сведениям Вахушти Багратиони, к началу XVIII в., кроме верховьев р. Ксани, осетины занимали ущелье р. Малой Лиахвы, в частности Герис-Хеви, вместе с Ванати называемое Савахтанго, Шуацхвири, Ацерисхеви, находившееся выше Шуацхвири, выше которого «жили только осетины».[Вахушти. Указ. соч., стр. 80, 81.] В 70-х годах того же столетия Ираклием II в Ачабети (ущелье р. Большой Лиахвы), главной резиденции Мачабели, были поселены зарамагские осетины.[«История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 15.] В 90-х годах Ираклий II принимает переселенцев-тагаурцев. С этим моментом связан факт пожалования в 1794 г. дворянского звания и тарханства осетину Туджию Кундухишвили. «Так что ты в деле переселения этих осетин очень потрудился,— говорилось в грамоте,— и усердно послужил нам, и, кроме того, ты изъявил желание вместе со всей семьей тоже переселиться и поселиться вместе с этими осетинами».[Там же, стр. 179.] Источники второй половины XVIII в. показывают, что осетинское население Картли частично формировалось путем купли крепостных. «В 1780 г. послал в Осетию, людей, для того чтобы достать осетин,—говорится в одном из документов того времени, известном под названием «Завещание Иэссе Бараташвили»,—... обещают, но пока ничего нет,— может, сумею умножить своих крепостных».[Там же, стр. 17.]

О возрастании численности осетин в пределах Грузии говорят данные 70-х годов XVIII в. Так, Гюльденштедт называет 41 осетинский дистрикт, занимавший территории по Большой и Малой Лиахве, Джеджо (Джорджора), Паце, Меджуде, Лехуре и Ксани.[J.-A. Guldenstudt. Op. cit., Th. I, S. 470, 471.] В верховьях р. Терека находился осетинский дистрикт Тирсау (Трусо) с 13 селениями.[Там же, стр. 471. Те же 13 селений в долине Трусо называет побывавший здесь в 40-х годах XIX в. Дюбуа де Монпере. В трусовских селениях насчитывалось 207 домов и 856 жителей. Эти селения находились по р. Мне C селения с 16 дворами и 55 жителями), в долине Ноакау, где было 6 селений с 56 дворами и 190 жителями, и в верховьях Терека (F. Dubois de Montpereux. Voyage autour du Caucase, v. I. Paris, 1840, р. 40).] Осетинское население отмечено Гюльденштедтом также в районе Коби.[J.-A. Guldenstudt. Op. cit., Th. I, S. 472.] Представление о численности осетин в Грузии в эти годы дает проведенная: Ираклием II перепись 1770 г. Население эриставства Арагвского, куда наряду с другими районами входили Заха, Трусо, Чвриви-Хада и Гуде, насчитывало 3300 дымов, в том числе 1200 дымов осетин. Общая численность дымов во владениях эристави Ксанского достигала 3600, из которых 2000 были осетинскими. В землях князей Мачабели жило 860 осетинских семей.[«История Осетии в документах и материалах», т.. I, стр. 13,.]

Многочисленные исторические предания осетинского народа подтверждают данные письменных источников о миграциях осетин на южные склоны хребта. Факты, сообщаемые этими преданиями, показывают, что хронологические рамки подобных переселений, для некоторых районов представлявших, видимо, вторую волну миграций, охватывают 3—5 поколений. Большинство ныне живущих в Кударском ущелье осетинских фамилий, как свидетельствуют полевые материалы,— потомки переселенцев из Алагирского ущелья (селения Цей, Бад и др.) и Туалты (селения Тиб, Нар, а также Заккинское и Мамисонское ущелья), которыми были образованы селения: Лет (Калоевыми), Гулианта (Гуларовыми), Стырмасыг (Гагиевыми), Кобет (Джаджиевыми), Сагилзас (Наниевыми и Нартыкоевыми).[АИЭ, ф. 8, д. 31, лл. 55, 61. Материалы экспедиции 1972 г.] Четвертое поколение Хугаевых, обосновавшихся несколько выше по Джоджоре в местности Часавали (рядом с современным Кваиси), образовало сел. Къозита. Предок этой фамилии, по преданию, ушел из Мамисона из-за отсутствия пахотных земель. В конце XIX в. многие из Хугаевых переселились в Кахетию и Владикавказ, однако и тогда в селении насчитывалось до 140 дворов.[Там же, л. 66.] Те же полевые материалы показывают еще одно направление движения кударских осетин — из горных селений Кобет, Сагилзас, Стырмасыг и др. в более удобные для жизни местности. Основная причина такого рода переселений — малоземелье. Хронологически эти факты передвижения населения из более высокогорных селений имели место уже в четвертом поколении, считая ныне живущее старшее поколение (не моложе 70 лет). Так, Гагиевы из Стырмасыга ушли в Касагджын, куда перешли Дзахоевы из Коза и в третьем поколении Габуевы из Тамагина.[Там же, л. 54.] Жители сел. Везури перешли из Сагилзаса, из которого в Швацала ушло третье поколение Нартыкоевых.[Там же, л. 55.] Наниевы из Сагилзаса переселились ниже и образовали фамильное поселение Канитакау (Накреп или Начрепа), находящееся рядом с современным пос. Киров.[Там же, л. 56.]

Переселение осетин в долину р. Ксани, по мнению Б. А. Калоева, относится приблизительно к XVIII в.[5, А. Калоед. Осетины, стр. 64.] Судя по полевым материалам, 3—5 поколений назад дзымырские ш осетины начали переселяться в Лехурское ущелье и равнинно-предгорные районы. Имеющаяся информация от осетин, жителей верховьев р. Ксани, живущих ныне в среднем или нижнем течении этой реки, а также по р. Лехуре, не содержит материалов о движении осетин в верховья Ксани, а лишь о миграциях  последних в район Лехуры и на равнину. Устанавливается, что в Дзымыре жили Кораевы, Тогоевы, Биганаевы, Хубуловы, Цгоэвы и др.... составлявшие отдельные фамильные поселения. Полученные сведения говорят об активном движении значительной части населения Дзымыра в предгорные районы. Из сел. Гнух (район Кельского озера) три поколения тому назад часть жителей ушла в сел. Цнет (ныне в Джавском районе), откуда перешла в сел. Нижнее Боли, в настоящее время слившееся с Ленингори, часть гнухцев переселилась в сел. Ильтоз (фамилия Хубаевых), теперь входящее в Душетский район, откуда они ушли в сел. Сембули, где и живут в настоящее время. Часть Хубаевых из того же Гнуха обосновалась в сел. Хопа (в  нескольких километрах от Ленингори). Те же гнухцы переселялись в бассейн Лехура. Хронологически это охватывает 3—4  поколения. Таково переселение в Кабаури фамилии Хубловых, еще до революции перешедших в сел. Квичира, находящееся ниже по течению Лехура, Музаевы из Куцхатыкау (правое боковое ущелье притока р. Ксани — Чуртыком, выше сел. Дореткари) в Музатыкау и т. д.[Там же, л. 75.] Кроме дзымырцев по р. Лехуре поселялись выходцы из Урс-Туалта (в частности, из сел. Тли), обосновавшиеся в сел. Верхнее Заккора, Плиевы (из Туалта), образовавшие фамильный поселок Плитекау, и т. п.[Там же, л. 76.] В результате такого рода миграций по Лехуре создалось компактное осетинское население.

Таким образом, данные полевых материалов говорят о том, что в отличие от Лехуры заселение верховьев Ксани — факт хронологически более давний. Последнее находит подтверждение в письменных источниках. Вахушти Багратиони, фиксировавший в своем труде положение этнической карты Кавказа не позднее самого начала XVIII в., пишет: «А на запад от Карчохи на Ксане находится Жамури (Дзымыр.— Я. В.), где ныне живут осетины».[Вахушти. Указ. соч., стр. 79.] И далее продолжает: «А вместо отмеченных нами осетин, живущих в этих местах (ксанские земли.— Я. В.), первоначально обитали грузины-крестьяне; затем же владельцы их переселили сюда осетин, а грузины (крестьяне) спустились в долины, ибо на долине убавился народ от (вторжения) врагов».[Вахушти. Указ. соч., стр. 82. ч]

В результате движения ксанских осетин из высокогорных районов в предгорные районы, где жили грузины, возникли процессы этнической ассимиляции. Более активно выражен процесс огрузинивания осетин, когда третье поколение переселенцев утрачивает родной язык, но еще сохраняет национальное самосознание. Менее активен другой процесс — этнической ассимиляции грузин, хотя случаи такого рода в национально-смешанных грузино-осетинских семьях зафиксированы. Например, в Чуртыком находится сел. Дореткари, фамильное поселение Илуридзе (Илурта). Дед Тарела Илурта, которому сейчас 75 лет, женился на осетинке. С тех пор они все, как говорит Т. Илурта, женились на осетинках и становились, по его выражению, осетинами. Все они свободно говорят по-осетински и по-грузински.[АИЭ, ф. 8, д. 31, ял. 72, 75. Материалы экспедиции 1972 г.] Такой же случай зафиксирован в сел. Сембули в фамилии Одишвили (Одита). Тхисо Одишвили, жена которого осетинка, рассказывает, что его предки женились на осетинках и становились осетинами. Отец Тхисо предпочитал осетинский, язык. Сам Тхисо считает родным осетинский язык, но пишется грузином. Такого же рода факты отмечены в сел. Чочели, Нагоми и др.[Там же, л. 74]

Менее массовыми были переселения осетин в Трусовское ущелье (верховья Терека) и в ущелья в районе Коби. В трусовских селениях зафиксированы переселенцы из Куртатинского ущелья, в частности из сел. Хидикус, из Даргавсского (сел. Джимара), из Туалта (сел. Нар).[Там же, д. 25, лл. 202, 203. Материалы экспедиции 1970 г.; Б. А. Налоев. Осетины, стр. 53.] Те же нарцы (фамилия Кобловых, ушедшая из Туалта из-за кровной мести) обосновались в ущелье Ухаты (за Коби).[АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 103. Материалы экспедиции 1970 г.] В самом Коби из-за малоземелья поселились ушедшие из Туалта Туаевы, из Куртатинского ущелья — Бизиковы и Злиевы, из Сба — Абаевы и Гадзиевы, и др.[Там же, л. 166.]

Северную этническую границу осетинского народа к XVIII в. составляли выходы ущелий, где они граничили с кабардинцами, занимавшими в этот период названные территории. Так, в XVIII в. при входе в Дигорское ущелье располагались Анзоровы кабаки, у Куртатинского ущелья — Борукины кабаки Анзоровой фамилии и т. д. В связи с этим обстоятельством переселения осетин на равнину и в предгорья Северного Кавказа вплоть до 20-х годов XIX в. не были массовыми. Другой особенностью движения осетин на равнину в XVIII в. был его «верхушечный» характер, поскольку переселялись обычно баделятские (Дигория), а позднее алдарские (Тагаурия) фамилии.

Источники XVIII в. фиксируют немногочисленные факты подобных переселений, поскольку фамилии, поселявшиеся на землях, составлявших собственность кабардинских феодалов, были
вынуждены выплачивать последним различного рода дани. Однако, несмотря на такое положение, в течение XVIII — начала XIX в. происходили систематические, хотя и не массовые, миграции осетин на равнину, значительно расширившие этническую границу этого народа в северном направлении. Основным толчком к такого рода миграциям служило малоземелье, что неоднократно подчеркивалось в официальных документах того времени. Так, в обращении тагаурских старшин, направленном в 1755 г. императрице Елизавете Петровне, говорилось: «Мы жительствуем внутри гор тесно и неисправно. Во всем же имеем великую нужду и недостаток и некоторые наши подлые люди ни малой пахотной земли не имеют».[«История Осетии в документах и материалах», т. I, стр. 263.] Стремление осетин к переселению на равнину отразилось также в материалах первого осетинского посольства в Петербург. «Они, старшины,— сообщалось в одном из документов посольства,— и весь осетинский народ желают быть в подданстве ее императорского величества и в защищении от других народов и переселиться, как прежде от них архимандриту Пахомию объявлено было, ближе к России ниже тех гор, в которых ныне они жительство имеют».[Там же, стр. 264.]

Одной из главных задач осетинского посольства, представлявшего две группы осетин — туальцев из Бакинского и Зарамагского ущелий и куртатинцев, было получение политических гарантий в защите осетин от притязаний кабардинских феодалов и переселение первых на равнину. Просьбы о переселении более всего высказывались «крещеными старшинами Куртанской и Чимитской волостей». Места для поселения осетин предполагались в 10—15 верстах выше от кабардинских деревень Алимурзиных и Аизоровых, а также «ниже местечка Дзуарикау примерно в верстах тридцати». Источники 50 —начала 70-х годов XVIII в. еще не фиксируют в намеченных районах осетинских поселений. Последние появляются, видимо, не ранее конца 70-х годов. Во всяком случае, многие из них (Кобан по р. Лескене, Ватшйло, Вассилово, Тума, Дуд-дур, Кубати по р. Урсдону, Саликардоп, Бирагзаиг) фиксирует лишь побывавший здесь в 1781 г. Штедер.

Видимо, одним из первых осетинских поселений на равнине было сел. Караджаево по р. Уруху (сел. Хазнидон), уже известное на карте Кабарды 1744 г. Селение было основано дигорскими баделятами Карадзате, на земле которых, как рассказывают осетинские информаторы, имели право поселяться только зависимые от Караджаевых кумаяги.[АИЭ, ф. 8, д. 30. Материалы экспедиции 1969 г.] К 80-м годам XVIII в., как уже отмечалось, в равнинно-предгорных районах возникают Кобантыкау, Кубатыкау, Дур-дур и другие дигорские и алагирские  поселения. Вплоть до 40-х годов XIX в. источники фиксируют  поселение в равнинной Дигории особой группы осетин, оседавшей здесь под покровительством баделятов.[Б. В. Скитский. Хрестоматия, стр. 87.] Это были жители Алатирского ущелья из Садона, Мизура, Згида, Хода, а также из Стур-Дигории, ушедшие из родных мест в основном из-за кровной мести и называемые хехесами.[Там же.]

С начала 60-х годов XVIII в. переселение осетин на равнину Северного Кавказа получает новое направление — к  Моздоку, а с конца того же столетия — к Владикавказу.  Возникновение в эти годы поселения Моздок, где обосновался со своими людьми кабардинский князь Коргоко Кончокин, а с 1764 г.— и крепости, было немаловажным событием в истории народов Северного Кавказа. Длительное время Моздок был значительным экономическим центром для осетин[Вопросам этнографии и истории моздокских осетин посвящена статья Б. А. Калоева «Из истории Моздока и моздокских осетин» («Изв. Северо Осетинского НИИ», т. XXV (история). Орджоникидзе, 1966, стр. 210—253).], кабардинцев, ингушей, ногайцев, русских, северокавказских армян и грузин. В Моздок бежали из плена северокавказские горцы, армяне и грузины. Наконец, Моздок был и культурным центром, где находилась осетинская духовная миссия, печатались книги на осетинском языке и т. д.

Факты переселения осетин к Моздоку [Моздок во второй половине XVIII — начале ХТХ в. был экономическим центром и для горных осетин. Например, существовали торговые связи населения Туалта с Моздоком. Нарские осетины привозили в Моздок свои изделия, получая взамен соль, хлеб, полотно и другие товары (АКАК, т. IV, стр. 467).] до сих пор сохранились в исторических преданиях этого народа. Как рассказывает столетний Хакясса Цориев, житель сел. Чикола, переселенцы из горной Дигории, преимущественно из сел. Комата (Цориевы, Кертановы, Тускаевы и др.), жили в местности Кета (при слиянии р. Хазна с р. Ираф). Убийство кабардинского алдара, пытавшегося увезти осетинскую девушку, как повествует предание, повлекло за собой приказ кабардинских князей уйти всем осетинам из этих мест. Последние, обосновавшись в  местности Ардоз, находящейся недалеко от Кета, послали двух избранных представителей к царице Екатерине с просьбой разрешить им поселиться под Моздоком. В Кета остались Цориевьл поскольку дигорский баделят Караджаев был воспитанником этой фамилии, а также некоторые близкие к Цориевым фамилии. Это были Гоценаевы, Кертановы, Марзоевы. Остальные ушли под Моздок, где поселились в местности Цайта. В местности Дзарасте эти переселенцы пасли свой скот. Таким образом, приведенное предание сообщает сведения о самой первой группе моздокских переселенцев-осетин «цайта». Численность этих осетин в 1765 г. составляла до 500 человек. Со временем вокруг Моздока новыми переселенцами с гор создавались поселения: в 1804 и 1811 гг. на казенных землях и бывшей земле помещика Реброва 473 человека образовали селения Черноярское и Новоосетиновское.[АКАК, т. VI, ч. II, стр. 603.] Здесь обосновались главным образом дигорцы из селений Масукау, Гулара, Стур-Дигора, откуда переселились Елоевы, Сабаевы, Кибировы и др. Сюда же перешла часть осетин из Дзарасте.[АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 79. Материалы экспедиции 1970 г.] В 1810 г. 266 дигорцев поселились между Екатериноградом и Ерашты, образовав сел. Осетинское на р. Тереке.[АКАК, т. IV, стр. 460.] Как отмечают документы того времени, после ухода этой группы дигорцев по правой стороне р. Уруха в Дигории осталось не более 200 семей, также желавших уйти жить на равнину.[Там же.] Кроме дигорцев, в Моздоке поселялись также осетины из Куртатинского и Тагаурского ущелий.[«Материалы по истории осетинского народа», стр. 28, 317.] Часть тагаурцев помимо Моздока в начале XIX в. обосновалась при Владикавказской крепости и Елисаветинском редуте на р. Камбилеевке.[Там же, стр. 317.] «Прошлого 1807 г. в марте месяце,— сообщалось в одном из документов,— переселившиеся из Тагаурских ущельев некоторые осетины со всеми семействами по бедности подле Владикавказа ныне согласились принять христианский закон».[АКАК, т. III, 1869, стр. 219.] В 1809 г. осетины Алагирского ущелья, численность которых достигала 3 тыс. дворов и 780 семей, обратились за разрешением распахивать земли около Черной речки за Тереком в 7 ;верстах от Владикавказа и «если не будет препятствия от кабардинцев, то и переселиться туда».[АКАК, т. IV, стр. 456.] О разрешении переселиться на  равнину просили у царской администрации также куртатинцы. «Хочу,— писал в 1811 г. генерал-майор Дельпоцо,— построить
редут на р. Куртате, чтобы поселить около оного куртатинский народ, который по неименрш в горах нынешнего их жительства достаточно земли неоднократно просил у меня позволения поселиться там во множестве под защитою оного от Кабарды».[АКАК, т. II, стр. 456.]

Более массовый характер переселение осетин на равнину приняло в 20-е годы прошлого столетия. Все равнинные земли в пределах современной Осетии были разделены между осетинскими обществами. «1. Для дигорского народа Тугановой фамилии от хребтов гор по речке Разбун, впадающей в Дур-дур, и по Левой стороне оной вниз до хребта Татартупа, чем все Тугайовы остались довольны. 2. А от оной до Белой речки, как оная земля была занимаема и ныне занята хлебопашеством и  сенокосом деревнею Кокая Кубатиева, предоставил ему от устья  Белой речки до Крупка, впадающего в оную близь Татартупа. 3. Алагирскому народу от речки Крупе до р. Ардон, а с правой стороны по речке Суадань, впадающей в Ардон, и вниз по  течению оного до устья, где впадает оной в Терек. 4. Куртатинскому народу от реки Ардон до речки Майрамадаг и вниз, где оный соединяется с Ориандоном и впадает в Ардон. 5. Тагаурскому народу от речки Майрамадаг до Терека и вниз по течению, где соединяются оной с Ардоном и вверх по Тереку до Владикавказа».[«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 189, 190.] А. П. Ермолов, инструктируя полковника Сквордова, которому была поручена организация переселения горцев-осетин на равнину, подчеркивал, что «выселяющиеся с гор осетины равномерно должны быть как подданные российские ограждены от всяких утеснений со стороны прочих народов», при этом отмечалось, что переселившиеся осетины не будут платить кабардинцам за занимаемые ими земли.[Там же, стр. 124, 126.] Уже в 1822 г. часть равнинных земель, изъятых у малокабардинских владельцев,  была передана осетинским обществом для поселения.

В течение 20—30-х годов на равнине возникает целый ряд селений, образованных осетинами-горцами. В 1825 г. жители сел. Нижний Кобань (Тагаурия) из фамилии Тулатовых поселились около крепости Владикавказской.[ЦГА ЧИ АССР, ф. 32, оп. 1, д. 1217, л. 45 об.] С ними с гор выселились 18 дворов фарсалагов.[Б. Скитский. Хрестоматия, стр. 225.] Позднее все они перешли на правый берег Терека в 25 км ниже Владикавказа, где образовали сел. Беслановское.[Там же.] В 1830—1840-х годах на равнине возникают Замаыкул, Эльхот, Даргкох, Батоко-юрт и другие селения, часть жителей которых составилась из переселившихся с гор фарсалагов.[«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 308; т. III, стр. 8.] Сел. Заманкул, прежде называвшееся Бердыкау (по имени основателя селения Берда Кусова), было основано выходцами из Санибанского ущелья. Позднее сюда приселились из Алагирского ущелья Муртазовы, Албеговы, Икоевы, Битаровы и др..[АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 84. Материалы экспедиции 1970 г.] В урочище Эльхот в 1838 г. поселились 88 осетин и вольных фарсалагов, живших до этого в долинах рек Кирмана и Камбилеевки.[«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 308.] Впоследствии к ним перешли горцы из Санибанского и Алагирского ущелий (Дзгоевы, Кусовы, Козеревы, Цомартовы и др.), а также из Гизельдонского ущелья (Доевы и Тотиковы) и из Ламардона (Тугузовы).[АИЭ, ф. 8, д. 25, л. 76. Материалы экспедиции 1970 г.] Последние, как рассказывают информаторы, переселялись в Моздок, однако, еще будучи в пути, решили обосноваться в Эльхотово. Из Ламардона на равнину ушла вся их фамилия. По рассказу Каспулата Дзгоева A880 г. рожд.), уроженца сел. Эльхотово, дед которого переселился из Саниба молодым, в этих местах до переселения осетин царствовали кабардинские алдары. С целью укрепления этого района царское правительство, по выражению К. Дзгоева, поселяло в этих местах «более активных осетин». Переселенцам со временем разрешалось вызывать с гор своих  родственников. Первоначально сел. Эльхотово располагалось в 9 км от нынешнего поселения в сторону ферм, но там не было пресной воды и была далеко река, поэтому вскоре жители перешли на эти места.[Там же, лл. 71, 72.] Сел. Дарг-кох образовалось переселенцами из Даргавcского ущелья из селений Какадур, Джимара, Даргавс, Позднее в нем поселились выходцы из Куртатинского ущелья из селений Кули, Цимити (Есеновы, Куловы, Темесовы, Габисовы, Кцоевы и др.).[Там же, л. 142.] Самая старая часть селения, восточная, до сих пор носит название Хъахъхъадурысых, т. е. квартал какадурцев.[Там же, л. 138.] В 30-х годах возникает сел. Ардон, основателями которого считаются четыре семьи из фамилии Гайтовых. К 1854 г. в Ардоне уже насчитывалось свыше 250 семей. [«Материалы по истории осетинского народа», т. II, стр. 153; т. III, стр. 8.]

*

Исследуемые в данном разделе материалы подтверждают мысль о значительных изменениях в территории расселения осетинского народа, происходивших в изучаемый период. В целом эти изменения носили характер расширения этнической  территории осетин и были результатом миграций горцев в северном (предгорья и Владикавказская равнина), южном (за Кавказский хребет) и менее восточном (левобережье Терека, нижнее течение р. Армхи) направлениях. Интенсивность этих  передвижений была различной в отдельные хронологические периоды. Если почти все XVIII столетие миграции осетин в северном направлении были минимальны, и они устремлялись 
преимущественно на юг, за хребет, в Грузию, то в начале XIX в., а  особенно в 20-е годы, эта ситуация меняется. Именно в этот период в пределах Владикавказской равнины возникает множество осетинских, в основном иронских, селений.

Этническая территория осетин на ее западных рубежах в отличие от северных, южных и восточных продолжала сокращаться. Однако, как уже отмечалось, еще в 40-х годах XVIII в. в областях, соседних Дигории, имелись группы осетин, говорившйх на тюркском и осетинском, языках. В течение XVIII в. источники не фиксируют изменений внутренних границ горных обществ Осетии. Но для них в исследуемый хронологический отрезок времени был характерен интенсивный процесс движения горцев на равнину, приводивший к уменьшению числа жителей горной полосы и обезлюдению ее некоторых районов.

0

5

Шукри Дахкильгов не успел при жизни переиздать свою книгу относительно глупой и не обоснованной сплетни про какую то зависимость, которую ему предъявили и он это признал  про Куштовых, Воделовых и Дударовых ранее состоявшие в братстве (Вошал таса) практиковавшееся у ингушей, при этом приходящие дарили Белого быка ( Кей уст) . Это длинная история, знатоки владеют информацией  ( ингушский фольклор, сказания и легенды ) , но не понятно почему этот бред перепечатывают и выпускают современные издания.

0

6

Lors написал(а):

Шукри Дахкильгов не успел при жизни переиздать свою книгу относительно глупой и не обоснованной сплетни про какую то зависимость, которую ему предъявили и он это признал  про Куштовых, Воделовых и Дударовых ранее состоявшие в братстве (Вошал таса) практиковавшееся у ингушей, при этом приходящие дарили Белого быка ( Кей уст) . Это длинная история, знатоки владеют информацией  ( ингушский фольклор, сказания и легенды ) , но не понятно почему этот бред перепечатывают и выпускают современные издания.


а есть у Шукри работы по этому вопросу , может в черновиках ? почему бы не разместить их просто в СМИ, без всякого ожидания тиража ?
у Волковой в этой части встречаю и новый поворот , что Мамиловы, Гудантовы, Томовы у джераховцев не переселенцы, а из пленников. Нигде подобного больше не встречал.

0

7

Lors написал(а):

Шукри Дахкильгов не успел при жизни переиздать свою книгу относительно глупой и не обоснованной сплетни про какую то зависимость, которую ему предъявили и он это признал  про Куштовых, Воделовых и Дударовых ранее состоявшие в братстве (Вошал таса) практиковавшееся у ингушей, при этом приходящие дарили Белого быка ( Кей уст) . Это длинная история, знатоки владеют информацией  ( ингушский фольклор, сказания и легенды ) , но не понятно почему этот бред перепечатывают и выпускают современные издания.

? к чему претензии?

0


Вы здесь » Настоящий Ингушский Форум » История Ингушетии » "Осетины"(Волкова)